Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.

Защита или произвол. Чем могут грозить новые поправки для судебных приставов

Фото © ТАСС / Кузьмичёнок Василий

Post cover

Федеральная служба судебных приставов может получить по новому закону полномочия запрашивать информацию о звонках коллекторов и получать дополнительные сведения о кредитной истории граждан из Бюро кредитных историй (БКИ).

Приставам хотят открыть доступ к данным операторов — например к информации о фактах передачи сообщений и совершения звонков, чтобы взыскатели не превышали допустимую частоту взаимодействия с должниками.

В настоящее время закон "О кредитных историях" уже разрешает БКИ передавать судебным приставам титульную и основную части кредитного отчёта, включая данные о гражданине, сумме и виде его задолженности, сроках её погашения, проведённых платежах, наличии залогов. Но сейчас в законе нет формулировок, на каком основании сотрудник ФССП может запросить в БКИ кредитный отчёт.

Однако новые поправки Минюста предлагают наделить пристава чёткими полномочиями проверки и выяснения: не нарушались ли правила взыскания долга. Также проверяющим может стать доступна дополнительная часть кредитной истории — полная информация о заимодавцах и покупателях просроченной задолженности.

Безусловно, защищать права должника от недобросовестных взыскателей необходимо, но не откроет ли новый закон иную "правовую дыру"?

В отношении поправки, вводящей право приставов требовать предоставления данных от операторов связи, — вопросов нет, это реально необходимо для пресечения нарушения прав должника, которому, например, названивают каждую минуту недобросовестные коллекторы.

Самая главная "уязвимость" заключается в ином: в отсутствии гарантий, что приставы не будут торговать банковской информацией должника или иным путём использовать её, то есть не в целях защиты должника. Да, формально Минюст и судебные приставы гарантируют неприкосновенность информации должников, но хотелось бы видеть помимо обещаний конкретные меры по защите информации и санкции за подобные нарушения.

Кроме того, даже при отсутствии злого умысла со стороны приставов данные из БКИ могут случайно быть опубликованы — в результате утечки либо утери документов, что у приставов в силу их загруженности случается чаще, чем у суда, следователей и иных лиц, имеющих право на доступ к кредитным историям.

Каждый юрист, который сталкивался с работой приставов, знает, что данное ведомство хронически перегружено исполнительными производствами, часто совершаются нарушения закона и просто ошибки. А теперь приставы будут обязаны каким-то образом хранить и обеспечивать тайну массива банковской информации.

Кто за это будет отвечать, есть ли у ФССП соответствующие материальные и иные возможности? Ведь в такой ситуации и правда неизбежны ошибки и утечки. А ведь речь идёт не просто о персональных данных, но, по сути, о банковской тайне гражданина.

В России регулярно принимается большое количество различных новых законов вместо корректировки правоприменения органами, исполняющими уже существующие законы, и контроля за этими органами. Например, самый "заштопанный" сотнями поправок закон — это Налоговый кодекс. Поправки вносятся ежегодно, но появляются иные проблемы: ведь каждый новый закон порождает и новые правовые лазейки.

Не хотелось бы, чтобы такая же незавидная судьба постигла и законопроект о кредитных историях от Минюста.

Илья Ремесло
Илья Ремесло

Выбор редакции

Комментариев: 0

avatar
Для комментирования авторизуйтесь!
Loading...
закрыть