Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.
Узнавай важные новости первым

"Его злость я ощущал кожей". За что Плющенко и Ягудин возненавидели друг друга

Самое жёсткое противостояние в фигурном катании: Загитова и Медведева курят в сторонке.

43624
Post cover

Коллаж © LIFE. Фото © ИТАР-ТАСС / Александр Яковлев / "Спорт-Экспресс" / ИТАР-ТАСС / Александр Фёдоров

Противостояние Алины Загитовой и Евгении Медведевой с пиком на Олимпиаде в Пхёнчхане сейчас принято считать главным в современном фигурном катании. Две ученицы одного тренера — лучшие в мире, и на главном спортивном старте они взяли золото и серебро. Но каких-то двадцать лет назад двое других российских фигуристов устраивали гораздо более жаркие баталии на льду и за его пределами. Плющенко против Ягудина — это настоящая классика фигурного катания. История взаимной ненависти, сделавшая обоих великими.

"Вали в свой Волгоград!"

Плющенко и Ягудин встретились в 1994 году в тренерской группе Алексея Мишина. Тринадцатилетний Лёша к тому моменту занимался во дворце спорта "Юбилейный" уже два года, а одиннадцатилетний Женя только-только переехал из Волгограда. Обоих к легендарному Профессору привёл случай: бывший тренер Ягудина уехал в Швецию, а родной каток Плющенко просто закрылся. Так они оба оказались под крылом Мишина и стали непримиримыми врагами.

До появления Плющенко козлом отпущения в группе Мишина был Ягудин. Именно юного Алексея шпыняли за победы и даже запирали в шкафчике для одежды. Поэтому приходу юного Евгения он радовался больше всех: теперь роль жертвы перешла от Ягудина к Плющенко.

"Вали в свой Волгоград!" Эту фразу я слышал и от других спортсменов, но от Ягудина чаще всего. Конечно, я получал от него зуботычины. Как от старшего и более сильного. Причём, как правило, если он меня и бил, делал это исподтишка

Евгений Плющенко

Алексея Мишина пацанские разборки не особо интересовали. В его группе занимался ещё и Алексей Урманов, который как раз в 1994 году стал олимпийским чемпионом. Профессор делал упор именно на взрослого спортсмена, а перспективным юнцам ещё нужно было доказать свою состоятельность.

"Он злился, ведь видел во мне сильного конкурента. Я это кожей ощущал"

Ягудин и Плющенко в молодости. Фото © 24smi.org

В первые годы совместных занятий у Мишина между Ягудиным и Плющенко не было как такового противостояния. Алексей был старше на два года и спокойно выигрывал юниорские турниры. Евгений тогда только набирался опыта. Но уже спустя пару лет они оба начали видеть друг в друге главного врага и искать теорию заговоров.

Ягудин был уверен, что Мишин специально не даёт ему побеждать, чтобы ударить по эго молодого фигуриста.

Я долго ломал голову над тем, почему Мишин постоянно посылает Урманова и меня на одни и те же состязания. Почему он не даёт мне шанса выйти из тени моего старшего товарища? Наконец меня осенило: Мишин хотел, чтобы я постоянно проигрывал Алексею! Пока я пытался вырваться из этого замкнутого круга, Плющенко выступал в других турнирах, выигрывал их и набирал силу. Допускаю, уже тогда Мишин видел в Жене своего нового фаворита, — признавался Ягудин в автобиографии.

Но и Плющенко было несладко: он считал, что тренер на него откровенно забивает. При этом Евгений уже тогда почувствовал ненависть со стороны Ягудина.

Самые лучшие программы по-прежнему отдавались Ягудину. Ему доставалась лучшая музыка, уделялось больше времени, а я собирал остатки. Иногда Алексей Николаевич уезжал со старшими, и мы с Ягудиным оставались вдвоём. Если он выехал на лёд, и мне непременно нужно было выехать. Если он делал прыжок, я делал каскад из двух прыжков. Я постоянно стремился сделать больше, чем он. Конечно, Алексей злился, он уже видел во мне сильного конкурента. Я это кожей ощущал, — откровенничал Плющенко.

Ягудин (2-е место), Плющенко (1-е место) и Урманов (3-е место) — призёры чемпионата России 1999 года. Фото © ИТАР-ТАСС / Игорь Уткин

Дичайшая конкуренция на питерском льду развивала в обоих лучшие качества. В сезоне 1997/1998, первом взрослом для Плющенко и втором — для Ягудина, оба уже были в мировом топе, хотя ни одному из них не было даже и 18 лет. Алексей тогда стал чемпионом Европы и спокойно отобрался на Олимпиаду в Нагано. Плющенко сделать этого не смог, но зато уже исполнял на соревнованиях четверной тулуп, который Ягудин только-только освоил. Чемпиона это напрягало.

Я взрослел и догонял Ягудина. Я дышал ему в затылок и наступал на пятки. Алексей Николаевич наконец-то заметил мой потенциал и стал гораздо больше уделять мне времени. Ягудина это нервировало, он раздражался

Евгений Плющенко

Заклятые друзья тогда ещё даже жили в одном номере, но, кроме "доброе утро" и "спокойной ночи", сказать друг другу им было нечего. Парни были слишком разными по духу и общий язык найти не могли. Ягудин часто не мог обуздать эмоции, и Плющенко на его фоне выглядел большим педантом. Алексей Мишин любил дисциплину, поэтому ему больше нравилось работать с юным, но более организованным спортсменом. Однако на Олимпиаду пришлось ехать с Ягудиным.

Алексей был фаворитом турнира и в своей победе не сомневался. Настолько, что позволил себе простыть под кондиционером перед произвольной программой. Это стоило ему не только первого места, но и вообще какой-либо медали. Ягудин остался пятым, а выиграл Олимпиаду Илья Кулик — ученик главной соперницы Мишина Татьяны Тарасовой. Профессор этого не простил.

Сидя рядом со мной после произвольной программы, Алексей Николаевич не сказал ни слова. Когда на табло появились оценки, он ушёл, оставив меня одного с моими чувствами. Я знал: он зол на меня за то, что я заболел. Тогда мои отношения с Мишиным зашли в тупик

Алексей Ягудин

Провал Ягудина тяжело воспринял не только Мишин, но и вся Федерация фигурного катания. На чемпионат мира вместо Алексея хотели отправить Плющенко, но из-за ухода Кулика место освободилось — поехали оба. Плющенко на дебютном мировом первенстве занял третье место, а разозлённый Ягудин взял золото. Однако это его не успокоило. Алексей злился на весь мир и решился на кардинальные перемены. Он бросил Мишина и сбежал к Тарасовой. Плющенко не мог поверить своему счастью.

Уход Ягудина от Мишина из нашей группы стал для меня полной неожиданностью, шоком. В эту новость я не верил до последнего, пока не увидел, что Ягудина больше нет на нашем катке. Честно говоря, я обрадовался, когда он ушёл к Тарасовой. Очень обрадовался и этого не скрываю

Евгений Плющенко

Ягудин и Тарасова в 2000 году. Фото © ИТАР-ТАСС / Олег Булдаков

Они долго делили один лёд и одного тренера, но теперь всё изменилось. Каждый стал главной звездой именитого наставника, и их битва началась снова.

"Неважно, как ты будешь кататься, потому что победителем буду я"

В 1999 году Плющенко впервые обыграл Ягудина, взяв золото чемпионата России. Всего за карьеру Евгений накопил десять наград высшей пробы национальных первенств, а Алексей так ни разу и не стал лучшим в своей стране. Но у него была другая цель — Олимпиада.

На стыке веков Плющенко расцвёл, окреп и из перспективного юнца превратился в сильнейшего фигуриста планеты. Он уже без всяких проблем штамповал победы над Ягудиным во всех турнирах, подходя к Играм в Солт-Лейк-Сити в статусе главного фаворита. К тому же он был ещё любимцем публики: легендарный номер с раздеванием под Sex Bomb появился как раз тогда.

Конечно, это дико раздражало Ягудина. Мало того что он никак не мог снова победить своего главного соперника, так ещё и превратился в плохого парня в глазах общественности из-за своего побега от Мишина. Но у Татьяны Тарасовой была своя тактика: она решила направить безудержные эмоции Ягудина в нужное русло и превратить его в главного ледового артиста мирового фигурного катания. А чтобы это не рушило концентрацию молодого фигуриста, наняла ему психолога, который помогал настраиваться на соревнования.

Ход сработал: в олимпийском сезоне Ягудин наконец-то пришёл в себя, победил Плющенко в финале Гран-при и приехал на Олимпиаду, чтобы забрать то, что ему было положено ещё в прошлый раз, — золото. Плющенко сдаваться на собирался. Даже несмотря на поражение в финале Гран-при, он всё ещё оставался главным фаворитом первой для себя Олимпиады.

Евгений Плющенко за несколько месяцев до Олимпиады-2002. Фото © ИТАР-ТАСС / Вячеслав Евдокимов

То, что происходило на льду Солт-Лейк-Сити, окутано мистикой. Это был уже не просто спорт, а что-то намного серьёзнее. И личные счёты, и месть, и мечты о золоте. Каждый взгляд имел значение. Оба поймали его тогда. Но последствия были совсем разными.

Начинал Плющенко. Его глаза были полны азарта, стоящий у борта Мишин победно возносил руки вверх ещё до выступления. Но Евгений не продержался на ногах и 20 секунд — упал на первом же прыжке. Причём на каком — на своём коронном четверном тулупе. Объяснить это падение было настолько трудно, что Плющенко принялся искать в этом мистику. Якобы он поймал взгляд того самого психолога Ягудина, который оказался для него слишком тяжёлым.

Этот прыжок я знаю как Отче наш. Разбуди меня ночью — и я его прыгну без единой помарки. И вдруг… Выходя на четверной, я увидел силуэт Загайнова. Он находился как раз напротив меня. Я поймал его тяжёлый взгляд. Я очень хорошо оттолкнулся и ровно вылетел. Но потом случилось что-то необъяснимое. Кто-то словно приказал мне: "Раскрывайся. Иди на приземление!" И я послушался, хотя было ещё рано. И до сих пор осталось ощущение, будто меня потащила за собой какая-то непонятная сила, — сетовал Евгений.

Это падение стало приговором. Плющенко разместился только на третьем месте. Оставалось надеяться только на провал Ягудина, который в тот момент даже не пытался скрывать радости.

Когда Плющенко упал в короткой, я подпрыгнул и закричал: "Да! Да! Да!" Вряд ли эта выходка красит меня, но на карту было поставлено слишком многое, и я не мог и не хотел скрывать свою радость. В тот момент я понял, что стану чемпионом

Алексей Ягудин

Чтобы стать чемпионом, одного падения Плющенко, конечно, было мало. Нужно было и самому сделать всё безупречно. И Ягудин сделал. Короткая программа "Зима" до сих пор считается чуть ли не главным шедевром за всю историю фигурного катания.

И здесь всё тоже решил один взгляд. Ягудин вспоминал, что увидел тогда своего бывшего тренера Алексея Мишина и просто не мог позволить себе проиграть.

Я наткнулся на колючий взгляд Мишина. Мой бывший наставник стоял у бортика, точно зная, что я вижу его, и не сводил глаз. "Не дождётесь, Алексей Николаевич!" — процедил я сквозь зубы, легко вошёл в прыжок и чётко приземлился. В завершение прыгнул тройной лутц как раз в том углу, где стоял Мишин, и одарил его беззаботной улыбкой, — рассказывал Ягудин.

Плющенко в итоге оказался после короткой программы четвёртым. Выиграть Олимпиаду ему могло помочь только чудо. Но Ягудин его дарить главному сопернику не собирался.

Он сел со мной рядом. На секунду мы взглянули друг другу в глаза. В этот момент я подумал: "Как ты будешь кататься, Женя, не имеет ровным счётом никакого значения, потому что победителем буду я"

Алексей Ягудин

Произвольную программу оба откатали блестяще, но за счёт преимущества в короткой олимпийским чемпионом стал Алексей Ягудин. Эта его победа была скорее вопреки, чем благодаря, но это было уже неважно — он не только наконец-то взял олимпийское золото, но и снова утёр нос своему заклятому врагу.

Плющенко в итоге выиграл Олимпиаду, даже дважды (личный турнир в Турине-2006 и командный — в Сочи-2014). Но в очной дуэли Ягудина так и не превзошёл. Оба ушли из спорта одинаково — прямо перед прокатом почувствовали такую боль, что выступать уже не могли. Только у Ягудина это случилось в том же, 2002 году, а у Плющенко — спустя 12 лет.

За время без Ягудина он выиграл множество титулов и наград, но они были не так сладки: достойного соперника у Евгения больше никогда не было. Может, поэтому он до сих пор любит зарубиться с Ягудиным то в СМИ, то в "Инстаграме", то через СМС. Их вражда — уже не просто фигурная битва, это образ жизни.

Выбор редакции

Loading...