Святая инквизиция доказательной медицины. Почему хайп и спекуляции закладывают динамит под лечение коронавируса

15 декабря 2020, 13:31
38300
<p>Фото © ТАСС / Владимир Смирнов</p>

Фото © ТАСС / Владимир Смирнов

Церковь и доказательная медицина, казалось бы, вещи далёкие друг от друга. Но отсылка к Церкви может быть вполне оправданной. Инквизиция — яркий пример того, как борьба за аутентичность идеи может превратиться в исторический процесс, от названия которого и несколько веков спустя мурашки бегут по коже.

Каким аршином измерить медицину

В основе доказательной медицины лежит важная идея — помочь современному врачу найти и использовать в работе достоверные с научной точки зрения и клинической практики методы лечения для конкретного пациента. В идеале врач имеет в своём арсенале и данные научных и клинических исследований, и информацию об опыте применения того или иного препарата, соотносит с конкретным случаем человека, обратившегося к нему за помощью, и принимает решение. Помимо клинических доказательств и научных данных всегда учитываются соотношение риска и пользы, ресурсы и альтернативные стратегии лечения — это тоже является частью доказательной медицины и входит в систему принятия решений практикующим врачом.

Фото © ТАСС / Владимир Смирнов

Фото © ТАСС / Владимир Смирнов

То есть доказательная медицина — это инструмент для врача. Инструмент многослойный и многоуровневый. Есть разные уровни доказательности — методички и клинические рекомендации, определяющие алгоритм действия. Однако всегда и везде подчёркивается, что одинаковых случаев не бывает, стратегия лечения основывается на исходных данных пациента.

Вы просто поверьте

Хотя медицина в принципе и не может быть "недоказательной", доказательная появилась как ответ глобализации и информационной перегрузке. Сегодня "доказательность" превратилась в медиапропаганду: доказательные врачи, доказательные клиники, доказательные инстаблогеры и целые общества доказательности.

Увы, прекрасная идея в жизни исказилась и беспощадно эксплуатируется в корыстных целях. С доказательной медициной всё не так драматично, как было с инквизицией. Но когда речь идёт о здоровье, то любая мелочь может быть фатальна.

Совсем свежая статья на одном из медицинских порталов об ополаскивателе для рта так и называется — "Доказательная медицина: новые возможности профилактики распространения коронавируса". Но речь идёт всего лишь о лабораторном тесте одного из антисептиков — цетилпиридиния хлорида — в составе этого ополаскивателя. Цетилпиридиний — давно известный антисептик, — как и спирт, хлорка и много других соединений, при взаимодействии с вирусом "убивает" его. Зато сделан далеко идущий вывод: орошение слизистой полости рта и носа ополаскивателем может защитить от вируса. Исследования ещё идут, а громкий заголовок уже ушёл в массы.

Фото © ТАСС / EPA / MARTIN DIVISEK

Фото © ТАСС / EPA / MARTIN DIVISEK

В статье высказались известные учёные и врачи — доктор медицинских наук Анатолий Альтштейн и главный инфекционист ФМБА Владимир Никифоров. Кто как не они должны понимать, что такое доказательная медицина, ополаскиватели для рта и профилактика коронавирусной инфекции.

С широко закрытыми глазами

Инквизиторы доказательной медицины под лозунгом борьбы за чистоту медицины выбрали для себя роль просвещения и образования "тёмного" российского общества. Заполнив свой арсенал поверхностными знаниями медицинской статистики и красивой фразой "рандомизированные плацебо контролируемые исследования", пошли в поход, преследуя и клеймя в соцсетях и СМИ медицинских еретиков, фармацевтические компании и правительство. "Доказательные блогеры" переписывают слово в слово одни и те же посты, дословно цитируют "Википедию" или репостят друг друга, добавляя самые простые факты из первой ссылки базы медицинских знаний PubMиed.

Зачастую эти мастера слова с довольно узким подходом к доказательной медицине и без собственной глубокой экспертизы — даже не практикующие врачи или специалисты в клинических исследованиях, в лучшем случае — научные сотрудники с проваленной научной карьерой, а в худшем — студенты медицинских вузов.

Между тем именно на местах — в поликлиниках и больницах — врачи работают с пациентами каждый день, принимают решения и хорошо понимают, что одним аршином каждый клинический случай не измерить. Пандемия ещё раз расставила всё на свои места. Ежедневно в красной зоне спасают жизни пациентов. На первых порах это было очень сложно, доктора действовали практически вслепую, столкнувшись с неизвестной, неизученной болезнью.

Фото © ТАСС / Дмитрий Рогулин

Фото © ТАСС / Дмитрий Рогулин

Инквизиция не заставила себя ждать. Любой новый метод лечения взрывал социальные сети: "правильные клинические исследования не проведены", "слишком мало пациентов в группе", "а где плацебо?"... Но позвольте, какой плацебо-контроль в красной зоне? Как это — лечить одного и не лечить другого, чтобы удовлетворить сторонников доказательной медицины? Кто будет нести ответственность за смерть человека, получавшего вместо лечения плацебо-пустышку? Потом стали применять кортикостероиды, ответ докмед-тусовки не заставил себя ждать: "Ну мы-то всегда про них знали! Почему врачи только сейчас додумались их применять?"

До коронавируса единственным развлечением докмед-инквизиторов была гомеопатия и БАДы. Пандемия дала развернуться. Люди напуганы настолько, что принимают за чистую монету практически любую доступную информацию о лечении COVID-19. А что сделано докмед-экспертами в ответ на новый глобальный вызов человечеству? Ничего, кроме рекомендаций лечиться ягодным вареньем. Но об этом чуть ниже.

С небес на землю

Доказательная медицина — это прежде всего сбор информации, её обобщение и анализ и, самое главное, принятие решения. Реальная жизнь гораздо сложнее. В реальности врач принимает решение отнюдь не в "тепличных" условиях клинических исследований. Именно поэтому классическая доказательная медицина учитывает несколько типов доказательности, а не один — рандомизированные плацебо контролируемые исследования.

Исследования любого нового препарата проводятся на взрослых. Чтобы расширить показания для детей, необходимо провести дополнительные исследования. Не все производители идут на это, так как любое исследование — затраты, которые в конечном итоге повышают цену препарата, а значит, делают его менее доступным. С каждым таким исследованием препарат всё дальше и дальше отдаляется от нуждающегося в нём пациента, и это дно пробивается снова и снова. Так, самый дорогой препарат — "Золгенсма" — для лечения спинальной мышечной атрофии у детей стоит более 150 миллионов рублей.

Фото © ТАСС / Юрий Смитюк

Фото © ТАСС / Юрий Смитюк

Как поступают врачи, если нет лекарства для ребёнка, или пожилого пациента, или беременной женщины? Они опираются на накопленный массив различного рода исследований, которые могут быть наблюдательными, когортными, исследованиями сходных случаев, и на собственный опыт. Но какой бы тип ни использовался, решающим остаётся принцип определения соотношения "риск/польза" для пациента. Однако, согласно ортодоксальным принципам, навязываемым сегодняшней доказательной медициной, не провели клинических исследований — не лечите.

Задачи специалистов доказательной медицины — сориентировать практикующих докторов в море информации, аккумулировать сведения о научных достижениях, наблюдениях других врачей. Эти постулаты перечислены на сайте межрегиональной общественной организации "Общество специалистов доказательной медицины". Но на деле мы видим другое: члены этого общества выступают в публичном пространстве исключительно с критикой российской медицинской науки.

Но что делать врачу с больным COVID-19? Рекомендовать ему чай с малиной, как советует один из главных представителей докмед-тусовки — профессор Василий Власов? Что сделает наш человек? Правильно, тут же объявит в соцсетях о плохом докторе, который не умеет лечить, и напишет жалобу заведующему. А дальше человек пойдёт к "доктору Гуглу", где другой доказательный эксперт расскажет о рекомендованных ВОЗ при коронавирусе лекарствах — дексаметазоне, азитромицине и прямых антикоагулянтах. В этом случае надежда только на то, что в аптеке нашему человеку эти рецептурные препараты не продадут.

Именно поэтому один из фундаментальных принципов доказательной медицины гласит, что необходимо учитывать соотношение риска и пользы для конкретного пациента и его состояния, финансовые возможности и альтернативные стратегии лечения. Но доказательные блогеры про это забывают, такой подход не приносит медийных очков.

Докмед-инквизиция ничем не рискует. Квазимедики из "Фейсбука" и "Инстаграма" в очередной раз произнесут громкую речь, напишут пост или поглумятся над нашей отсталой медициной. А врачу завтра на смену, и кому-то — в красную зону.

Авторы

Комментариев: 0

avatar
Для комментирования авторизуйтесь!
Layer 1