Залечь на дно: как глава НКВД инсценировал самоубийство и стал скитальцем

6 февраля 2021, 21:40
35874

Коллаж © LIFE. Фото © Shutterstock, © Wikipedia

<p>Коллаж © LIFE. Фото © Shutterstock, © Wikipedia</p>

Опальный нарком внутренних дел СССР предпринял отчаянную попытку спасти свою жизнь, затерявшись в советской глубинке.

В феврале 1902 года родился Александр Успенский — одна из самых необычных фигур во главе советских органов госбезопасности. Прославился он даже не активным участием в репрессиях, подобно большинству других чекистов той эпохи, а весьма экстравагантным поступком. Ощутив, что и над его головой начинают сгущаться тучи, он решился на отчаянный шаг — инсценировать собственное самоубийство и затеряться на бескрайних просторах Советского Союза под чужим именем. И это ему почти удалось.

Сообразительный малый

Александр Успенский родился в одной из деревень Тульской губернии в семье лесника. По меркам своего времени и происхождения получил достаточно неплохое образование. Сначала окончил школу, затем — начальное училище и (по состоянию на 1917 год) учился в духовном училище. Как правило, выпускники этих учебных заведений в дальнейшем поступали в семинарию, но Успенский священнослужителем так и не стал. Не по годам сообразительный сельский паренёк сразу после революции бросил учёбу и начал делать карьеру. Сначала примкнул к сельскому комитету бедноты, а через него угодил прямо в начальники районной милиции. И это всего-то в 17 лет. К 18 годам Успенский уже был уполномоченным уездной ЧК в Алексине.

person

Александр Успенский

Там сообразительного молодого человека присмотрел влиятельный начальник тульского отдела ОГПУ Герман Матсон, который составил ему протекцию. С его подачи 21-летний Успенский возглавил экономический отдел губернского ОГПУ. Потом Матсон ушёл на повышение, став полпредом ОГПУ по Уралу, и забрал подопечного с собой. Любопытно, что хорошее отношение Матсона к Успенскому не помешало последнему закрутить роман с женой патрона Ларисой Жигалкович-Матсон. Впоследствии судьба сведёт их ещё раз при весьма необычных обстоятельствах. Многолетняя работа в экономическом отделе помогла Успенскому обзавестись связями более серьёзного уровня, благодаря чему в начале 30-х он сумел перевестись в Москву.

Серьёзная промашка

Фото © ТАСС / Вадим Ковригин

Фото © ТАСС / Вадим Ковригин

В 1935 году Успенский был назначен заместителем коменданта Московского Кремля. В высшей степени серьёзная и ответственная должность. Всё получалось так легко и просто, что Успенский немного переоценил свои силы. Едва очутившись на высоком посту, он затеял интригу против своего непосредственного шефа, кремлёвского коменданта Ткалуна. Однако дело не выгорело. Хуже того, о происках новичка узнал сам шеф НКВД Ягода и решил поставить выскочку на место. Он распорядился вышвырнуть интригана из Москвы, и Успенский, не продержавшийся на посту и года, вынужден был уехать аж в Западно-Сибирский край (объединял территории нынешних Новосибирской, Кемеровской и Томской областей, а также Алтайского края). Это была почти ссылка, вдобавок он стал даже не начальником, а всего лишь заместителем начальника краевого НКВД.

Неожиданная удача

На карьере Успенского можно было поставить крест, если бы не внезапные вести из Москвы. Вскоре после отъезда Успенского в немилость угодил и сам Ягода. Сменивший его Ежов был партийным аппаратчиком, а не чекистом, поэтому нуждался в лояльной команде. Разумеется, сколачивать её он начал прежде всего из тех, кто по тем или иным причинам имел на прежнего шефа зуб.

Фото © Wikipedia

Фото © Wikipedia

Весной 1937 года освободилось место начальника НКВД по Оренбургской области. Вместо арестованного Райского Ежов назначил "пострадавшего от самодурства" Ягоды Успенского с поручением провести зачистку области. Успенский управился за полгода, после чего получил солидное повышение. Его ждал Киев.

Недолгий триумф

В январе 1938 года Успенский из заштатной Оренбургской области был назначен сразу наркомом внутренних дел УССР, моментально став одной из самых влиятельных фигур советской госбезопасности. Дело в том, что комиссариат внутренних дел самой крупной союзной республики — РСФСР — был упразднён ещё в 1930 году. Таким образом, именно НКВД УССР был крупнейшим республиканским ведомством во всём СССР. К тому же Украина всегда была в зоне особого внимания из-за того, что граничила с Польшей, которая считалась наиболее вероятным военным противником. Поэтому назначение было признаком высочайшего доверия шефа союзного НКВД. Успенский, помимо прочего, вошёл ещё и в состав политбюро украинской компартии, став одним из самых влиятельных руководителей в республике.

В Киеве он сразу же рьяно взялся за дело. Тогдашний глава УССР Хрущёв впоследствии вспоминал, что нарком просто извёл всех ежедневными донесениями о "недобитых и затаившихся врагах народа".

Впрочем, триумф Успенского был недолгим. В июне к японцам бежал начальник Дальневосточного управления НКВД Люшков. Этот грандиозный скандал основательно потряс позиции Ежова. Уже через два месяца заместителем главы НКВД был назначен новый фаворит Сталина — Лаврентий Берия. Он почти не скрывал, что пришёл за головой Ежова. Но сразу свалить наркома было нельзя, сначала надо было подобраться к его выдвиженцам в ключевых регионах.

Тело в Днепре

Фото © Shutterstock

Фото © Shutterstock

Первым кандидатом на чистку оказался глава важнейшего республиканского аппарата Успенский. Как опытный чекист, он, конечно, всё понимал и осознавал, что конец неминуем. С начала сентября он начал продумывать различные варианты спасения. После бегства Люшкова уход за кордон стал невозможен, контроль на границах значительно усилили, а за видными чекистами стали следить. Поездка в сторону границы, несомненно, вызвала бы подозрения. Оставался только один вариант спасения — залечь на дно в самом СССР.

Ежов, и сам считавший дни до ареста, намекнул Успенскому, что вскоре последует вызов в Москву, только не стоит ему сильно радоваться. 14 ноября 1938 года наркома вызвали в столицу. Тем же вечером он отпустил личного шофёра, попросив не дожидаться его. Домой он так и не вернулся.

К вечеру следующего дня наркома хватились — уже после того, как он не появился на рабочем месте. На столе в кабинете нашли лаконичную предсмертную записку: "Прощайте все хорошие товарищи! Труп мой ищите, если нужен, в Днепре. Так вернее, застрелиться — и в воду… Без осечки. Люшковым никогда не был!"

Сослуживцы Успенского на допросах подтверждали, что в последнее время нарком действительно находился в дурном расположении духа и порой даже высказывал суицидальные мысли. Реку прочесали специально прибывшие водолазы, обнаружившие фуражку Успенского и его китель. Однако тело найти не смогли.

person

Лаврентий Берия

Вероятно, в любое другое время уловка Успенского удалась бы, но на фоне бегства Люшкова все стали недоверчивыми. Берия считал, что Успенский жив и попытается бежать за границу. Так что самоубийцу на всякий случай объявили в розыск как особо опасного государственного преступника. Через несколько дней Берия стал уже полноправным наркомом внутренних дел и взял поиски исчезнувшего чекиста под личный контроль.

Скиталец

В ночь исчезновения Успенский достал из сейфа заранее заготовленные документы на имя Ивана Шмашковского. Написал предсмертную записку. Потом выбросил фуражку и китель в реку и сел на поезд до Воронежа. Чтобы сбить погоню со следа, вышел в Курске, где несколько дней прожил у случайного знакомого. Оттуда на перекладных отправился в Архангельск. На Севере требовались рабочие руки, и в некоторых случаях лишних вопросов там не задавали.

Ещё недавно всесильный нарком едва не превратился в лесоруба. Но из-за проблем с пропиской на работу устроиться не получилось. Оттуда он поехал в Калугу. Там Успенский хотел навести справки, ищут ли его или поверили в историю с утоплением. Поняв, что инсценировка не удалась, он уехал из города.

Фото © Shutterstock

Фото © Shutterstock

Путь беглого наркома лежал в Москву. Конечно, он осознавал риск, но там у него была последняя надежда на спасение — Лариса Матсон, его бывшая любовница. Её супруга, бывшего покровителя Успенского, арестовали ещё в 1937-м, но женщину не тронули.

Успенский разыскал её, бывшая возлюбленная даже согласилась помочь ему. Более того, они возобновили отношения. Пара переехала в Муром, где Лариса устроилась заведующей родильным отделением в больнице. Первоначально женщина взялась помогать ему с легализацией на новом месте. Выхлопотала прописку и пыталась помочь с работой. Но в итоге страх пересилил любовь. Муж Ларисы и некоторые её родственники уже были арестованы по контрреволюционным статьям. Если бы женщину уличили в укрывательстве особо опасного преступника, её ждали бы очень серьёзные неприятности. Жить в режиме чудовищного ежедневного напряжения и вздрагивать от каждого шороха под окном становилось всё тяжелее. Наконец, спустя три месяца, женщина решила спасать себя. Она уехала из города, оставив Успенскому письмо, в котором извещала его о разрыве отношений.

Теперь у беглеца оставалась одна призрачная надежда — затеряться в тайге в какой-нибудь артели. Вновь начались скитания, ночёвки на вокзалах или у случайных попутчиков. Тем временем кольцо продолжалось сжиматься. Чекистам стала известна конспиративная фамилия беглеца. Теперь на поиски Шмашковского были ориентированы все сотрудники НКВД. Он и сам сглупил, взяв документы на достаточно редкую фамилию. Будь он каким-нибудь Иваном Кузнецовым, может быть, и удалось бы ему затеряться на просторах Союза. Шмашковскому было тяжелее.

Скитания наркома продлились пять месяцев. 15 апреля 1939 года его арестовали на Урале, в городе Миасс. Он прекрасно понимал методы работы собственного ведомства, так что решил не преумножать свои страдания, безоговорочно подписав предложенные ему признания во всех контрреволюционных грехах.

В конце января 1940 года Александр Успенский был расстрелян (практически одновременно с Николаем Ежовым). Лариса Матсон также была осуждена за помощь беглецу, получив десять лет лишения свободы.

Авторы

Подпишитесь на LIFE

  • Google Новости

Комментариев: 0

avatar
Для комментирования авторизуйтесь!
Layer 1