Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.
Посмотреть видео можно на основной версии сайта

Канны-2014: «Облака Зильс Марии»

Фильм-участник основного конкурса в борьбе за «Золотую пальмовую ветвь» в рецензии SUPER

Post cover

По закоулкам швейцарских Альп мчится поезд, а по его коридорам мотает из стороны в сторону Валери — ассистентку французской актрисы Марии, добившейся признания в Голливуде. Где-то в комфортабельном купе восседает сама Мария, усердно старающаяся самостоятельно написать речь по случаю принятия известным драматургом Вильгельмом Мельхиором — первооткрывателем ее лицедейского таланта, какой-то памятной награды. Пассажирки узнают о его смерти в промежутке между телефонными переговорами по условиям развода актрисы и утрясанием сроков очередной фотосессии. Отныне поездка Марии из акта дани уважения своему учителю превращается в ностальгирующий трип по местам собственной боевой славы. Кучевые зильс-марийские облака сгущаются над ее уверенностью в себе еще больше, когда новомодный драматург предлагает сыграть в главном спектакле всей ее профессиональной карьеры еще раз. Но вместо звездной роли 18-летней совратительницы Марии на этот раз придется отыграть партию неудачницы за 40, ставшей жертвой соблазнения. О том, каково на вкус старение по-актерски и о том, что не так страшна старлетка, как ее малюют, рассказывает картина Оливье Ассайаса.

Прелесть прошедшей почти незаметно в последний день Каннского фестиваля «Зильс-Марии» состоит в создании режиссером ироничного кубика Рубика из особенностей кино- и театрального производства. Режиссеру удалось совместить свое изящество с внятной камерной историей про европейскую актрису, чья идентификация (культурная, возрастная, гендерная, профессиональная) и является предметом прямо чеховского тонкого препарирования. Бинош, которая и обязана возрождением именно этому режиссеру, сыграла лучшую роль за последние, пожалуй, двадцать лет. С достоинством создали и образы Кристиан Стюарт и кукольной Хлои Морец. Создатели славно расставили зеркала с отражением между сценарными персонажами и их воплощениями, репутациями актрис, сыгравших в фильме, и репутациями их персонажей.

Из тех фильмов, в которых особо видны просветы, умолчания, подтексты, аура и культурные коды — без чрезмерных обобщений, лубка и риторики. Как славно, что обошлись без лесбийской линии и самоубийства Стюарт, лишь создавая намеки на возможность подобных сюжетных развитий. Сцены, в которых Бинош смеется, это такие именины сердца и естественности актрисы, что грех не поддаться очарованию. Не может не радовать, что завершили картину без сцен спектакля и суконных выводов.

Не относя себя к энтузиативным зрителям, принимающим «на ура» все новинки, вполне понимаю определенную сценическую чрезмерность картины и простительную режиссерскую тягу к красивостям альпийских пейзажей. В ней нет существенных недостатков, а одни лишь прелести.

Фильм многократно превосходит в художественной и смысловой ценности премированную «Иду», картину снятую от малого бюджета и достаточно безыскусную. Режиссер предпочитает не пропустить историю Райнера Вернера через двойное сито «актеров, играющих актеров», а преломить ее через созданную внутри картины реальность в виде отношений Марии и Валери. Идею о «кино в кино» он не только иллюстрирует сценариями готовящихся к съемках фильмов или кадрами уже готовых проектов, но и превращает читку пьесы в лицах главной героини и ее ассистентки в межличностный конфликт. В нем уже с трудом можно разобрать, где заканчиваются реплики за авторством Мельхиора, а где начинаются их взаимные претензии.

В решении обеих режиссерских задач ключевую роль, как ни странно, играет не исполнительница роли Марии — Жюльет Бинош, а Валери — Кристен Стюарт. Именно в ее желанных для большинства би-любопытствующих it-girl повадках скрывается «роковое» соблазнение XXI века. На первый план выступают уже не ярко выраженная сексуальность, а способность стать необходимым человеком, создать вокруг жертвы вакуум, пропуская через себя все потенциальные контакты для общения, а место подчинения желанию тела занимает приобретенная, как условный рефлекс, беспомощность, заставляющая чувствовать себя без другого человека неполноценной, не способной на самостоятельные решения личностью.

Выбор редакции