Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.
Посмотреть видео можно на основной версии сайта

Россия не продешевила

Политолог Вячеслав Данилов — о том, почему скромная встреча освобождённых пленников лучше, чем помпезное шоу.

Post cover

В начале мая занесла меня нелёгкая в столицу Австрии. В Вене есть свой аналог Винзавода — московского центра современного искусства. Так вышло, что здесь открылся фестиваль "It'a (about) politics", что можно было бы весьма вольно перевести как "Это (деточка) политика". Обычно на таких околополитических арт-фестивалях заправляют если не представители ЛГБТ, то левые, где они клеймят неолиберализм. Но каково же было моё удивление, когда оказалось, что данный ивент был крышей для… украинских пропагандистов.

Торжественное открытие фестиваля сопровождалось, как водится, банкетом. Стену белоснежного зала украшала черная надпись: "Silence does not help Ukrainian political prisoners in Russia" (что вольно можно было бы перевести как "Извините, что мы вам так надоели своими Савченко и Сенцовым").

В холле висела доска "Message & Ideas" ("Жалобы и предложения"), демонстрировавшая полное отсутствие идей у участников фестиваля. Я хотел было сказать пьющим за свободу Савченко и Сенцова, что я думаю об одесской трагедии 2 мая, о пленных Александрове и Ерофееве и их мёртвом адвокате, о томящихся в застенках по всей Украине оппозиционерах и о тех "сепарах", которые находятся за решёткой спецтюрьмы под Харьковом. Но не стал. И не потому, что не нашёл слов или испугался…

Вернувшихся на родину русских солдат встречал не президент. Их встречали их близкие. Размытое любительское фото встречи бродит по Сети, и это — по-человечески теплее и морально чище, чем помпезное шоу с участием селебрити Савченко.

История обмена Савченко превращает состоявшийся над нею суд в фарс. Но это не так. Медианакачка дела Савченко (спасибо Фейгину и госдеповским грантам) позволила повысить её стоимость и обменять её одну на двоих заложников. Мы вернули наших ребят, сняли с повестки тему "украинских политзаключённых в России", к тому же проявив акт милосердия. Украинская же сторона обмена признала, что Савченко — военный преступник, а не невинная девочка с бантиками, которая вышла по Донбассу погулять.

Я слышу тех, кто считает, что Россия продешевила. И что за Савченко можно было требовать больший "выкуп". Если и мерить их правоту, то только продолжением процесса политического урегулирования на Донбассе и дальнейшим обменом пленными в формате "всё на всё", как это подразумевалось минскими соглашениями. И, безусловно, освобождением всех политзаключённых на Украине, включая всех "сепаратистов" и пророссийских активистов.

Тогда на Украину скатертью дорожкой можно было бы отправить и режиссёра-пиротехника Сенцова.

Выбор редакции