Фельдшер Беляков: Народ разбаловался и вызывает скорую по любому случаю

19 июня 2016, 15:43

Фото: ©РИА Новости/Константин Чалабов

<p>Фото: &copy;РИА Новости/Константин Чалабов</p>

Работник скорой помощи рассказал об особенностях профессии и специфике работы службы в России.

Е. ИВАНЧЕНКО: Здравствуйте! У микрофона Евгения Иванченко. Сегодня у нас в гостях Дмитрий Беляков, председатель независимого профсоюза работников скорой помощи "Фельдшер.ру", действующий фельдшер скорой помощи. Дмитрий Валентинович, здравствуйте!

Д. БЕЛЯКОВ: Добрый день!

Е. ИВАНЧЕНКО: Работает, кстати говоря, в скорой помощи радио? Может быть, какие-нибудь диски вы ставите?

Д. БЕЛЯКОВ: В машинах есть радио во многих, конечно, почему бы и нет. Кто-то ездит на дачу, опять же.

Е. ИВАНЧЕНКО: Может быть, да, сейчас выходной. А Вы только-только к нам пришли со смены со своей.

Д. БЕЛЯКОВ: Да, после суток, только что сменился.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вот это очень интересный вопрос, потому что, если ты не знаком с какой-то профессией, интересно узнать все детали, кухню так называемую. О Ваших сутках: как они проходят? Во сколько Вы заступили на работу? Кто в Вашей бригаде? Сколько человек?

Д. БЕЛЯКОВ: Если исходить из вчерашних суток, то заступил я в 8 часов утра. У меня был второй номер, мы работали вдвоём – это нехарактерно, к сожалению, как на московской, так и на многих других скорых помощах.

Е. ИВАНЧЕНКО: Обычно сколько человек?

Д. БЕЛЯКОВ: Должно быть два. Но сейчас очень большая текучка, народ уходит. Нас было двое, и это очень хорошо, всё-таки на подмосковную скорую потихоньку народ стекается.

Е. ИВАНЧЕНКО: Нет, Вы имеете в виду, что периодически по одному ездят?

Д. БЕЛЯКОВ: Где периодически, а есть и места, где постоянно работают люди по одному. Работа тяжёлая, зарплаты, в общем-то, не особо высокие, мало кто сейчас приходит на скорую помощь. Но приходят именно фанаты, именно те, кто хотят. В основном, удерживаются только из-за того, что "засасывает" эта работа.

Е. ИВАНЧЕНКО: Ну и из-за того, что, наверное, призвание у кого-то, да? Кому-то хотелось работать именно в скорой помощи.

Д. БЕЛЯКОВ: Наверное, да, но очень многие потом разочаровываются, к сожалению, уходят. Но, если год отработал и не ушёл, как правило, это уже надолго.

Е. ИВАНЧЕНКО: А есть, кстати, такой миф, а может быть и не миф, что среди людей, работающих в скорой есть маленький процент тех людей, которые, действительно, хотели именно в скорой работать, больший процент – это выпускники вузов, которые хотят временно работать в скорой, и оставшийся процент тех людей, которых по каким-то причинам в другие места не приняли. Так ли это? Что там такая "текучка"?

Д. БЕЛЯКОВ:

"Случайных людей на скорой нет, они просто не выдержат"

На скорую идут именно те, кто хочет работать, может быть, не на скорой, но в медицине, то есть они отучились на фельдшера, они работают на скорой, они учатся на вечернем отделении института или на дневном. И, в общем-то, эта практика на скорой даёт уверенность в себе и даёт другие немножко знания.

Е. ИВАНЧЕНКО: И потом, наверное, человек понимает, чем он хочет заниматься, распределение, да?

Д. БЕЛЯКОВ: Если человек в течение года ушёл со скорой, то, как правило, он иногда даже вообще прощается с медициной.

Е. ИВАНЧЕНКО: Таких страстей увидел, да?

Д. БЕЛЯКОВ: Дело даже не в страстях, дело в том, что, во-первых, это очень специфическая работа; во-вторых – это совершенно другая нация людей. Это люди, у которых свой юмор, свой какой-то сленг, у них свои какие-то понятия о жизни. Юмор специфический: очень сложно, например, песни могут не понять, другое население обывателей, как сейчас говорится.

Е. ИВАНЧЕНКО: День работника скорой помощи, то есть не день, а смена, длится 24 часа, правильно?

Д. БЕЛЯКОВ: Не везде. Есть те, которые работают сутками, есть те, которые работают по 12 часов. Всё зависит от укомплектованности штата, всё зависит от руководства той или иной станции. Я сейчас работаю в "Железнодорожном", там стараются, чтобы у тебя был график, который именно тебя устраивает, не в ущерб другим, не в ущерб работе.

Е. ИВАНЧЕНКО: А это какой график? Сутки через трое или как, если сутки?

Д. БЕЛЯКОВ: Сейчас я работаю сутки – трое. Это на ставку.

Е. ИВАНЧЕНКО: Это стандартно?

Д. БЕЛЯКОВ: Зимой я работал: день, ночь, двое дома, потому что, может быть, по каким-то причинам мне летом удобнее сутками, а зимой работать полусутками. Идут навстречу, спасибо всем.

Е. ИВАНЧЕНКО: А вот по поводу нагрузок: сколько выездов в среднем за одну смену, если говорить о сутках?

Д. БЕЛЯКОВ: Опять же, смотря где. В Москве – от 16 до 24. Можно в 9 утра сесть в машину и приехать на обед, который длится 20 минут, где-то к 8 часам вечера, а можно вообще остаться без обеда, скажем, бери ложки и кушай, пока едешь.

Е. ИВАНЧЕНКО: Это зависит от времени года? От праздников?

Д. БЕЛЯКОВ: Это зависит от всего: от времени года, от дня недели, от погоды, от количества бригад, которые вышли на линию, от того района, где стоит скорая, то есть, если скорая стоит где-то в промышленном районе, там, в основном, нагрузка идёт днём.

Е. ИВАНЧЕНКО: В рабочее время.

Д. БЕЛЯКОВ: Да, а к вечеру, когда все люди разъезжаются по домам, нагрузка ложится на спальные районы. В каких-то далёких деревнях, далёких регионах, там у них вообще своеобразная работа: там можно уехать на вызов за 100 километров и провести много времени на одном вызове, по пути ещё какие-то хватая. Но это нужно Вам приглашать оттуда людей, они лучше расскажут.

Е. ИВАНЧЕНКО: Бедные. Это мы отдельную программу сделаем. Если говорить о Москве, московском регионе, время, за которое должна приехать скорая, среднее определено?

Д. БЕЛЯКОВ: Сложно сказать. Там варьируются разные цифры.

"Но в Москве, в Подмосковье скорая помощь приезжает достаточно быстро, очень быстро, особенно на какие-то чрезвычайные ситуации, для которых, собственно, была создана скорая помощь: это автокатастрофы, какие-то поездные травмы, внезапные острые заболевания коронарные, инфаркты, инсульты"

 Быстро приезжает скорая, даже несмотря на пробки, несмотря на внешние факторы.

Е. ИВАНЧЕНКО: А есть такое, что 20 минут – и должны? Если нет, то должны объяснять, почему не приехали к людям.

Д. БЕЛЯКОВ: Изначально, когда были бригады скорой помощи при советской власти, там было расписано, что скорая помощь должна быть рассчитана – одна бригада на 10 тысяч человек населения, и доезд скорой помощи в радиусе 20 минут. Это ещё советские. Сейчас каждый регион вносит свои нормативы: там быстрее, там не так, там сяк.

Е. ИВАНЧЕНКО: Если говорить о Москве: Москва всё-таки ближе.

Д. БЕЛЯКОВ: Про Москву я уже сказал, что, допустим, на автокатастрофу скорая помощь может доехать и за 2 минуты, и за 5 минут. В Подмосковье то же самое.

Е. ИВАНЧЕНКО: А если говорить о градации вызовов: существуют срочные, не очень срочные. Это определяют диспетчеры, но примерно по какому принципу?

Д. БЕЛЯКОВ: Сейчас сложно по этому поводу что-то сказать – сейчас ввели такую систему как 112, и то, что мы принимаем от них – это, в общем-то, не поймёшь, куда ты едешь.

Е. ИВАНЧЕНКО: Кстати, 112 и 103 можно позвонить, правильно?

Д. БЕЛЯКОВ: Да, можно позвонить 103 и попадёшь на скорую помощь того района, где ты находишься.

Е. ИВАНЧЕНКО: Там переводят, да?

Д. БЕЛЯКОВ: Нет, там автоматически, правда, вчера у меня был казус, когда я ездил в район Купавны и оттуда собрался отзвониться своим, что я свободен. Позвонил по 103 и попал в Москву.

Е. ИВАНЧЕНКО: А должны были?

Д. БЕЛЯКОВ: А должен был попасть в Железнодорожный.

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть там какая-то автоматика работает, и она должна переводить?

Д. БЕЛЯКОВ: Совершенно верно.

Е. ИВАНЧЕНКО: И вот так вот не перевела. Я проводила перед эфиром небольшой соцопрос в редакции, говорю: "Если сейчас срочно нужно в скорую звонить, какой телефон?". Кто-то сказал 112, а кто-то  - 103, а кто-то говорит: "Ничего не помню, не могу".

Д. БЕЛЯКОВ: 112 – это служба общая, то есть туда звонят, когда человеку плохо, и когда какое-то чрезвычайное происшествие: пожар, стихийное бедствие – это служба спасения. А 103 – это, собственно, телефон экстренной медицинской помощи.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вот когда перешли на эти телефоны, на Ваш взгляд, это усложнило работу? Или всё-таки уже люди привыкают потихоньку?

Д. БЕЛЯКОВ: Они привыкают. Раньше, когда диспетчеры сами принимали вызов, они говорили с больным, они определяли степень того, нужна ему экстренная помощь или не нужна, они что-то могли сказать. Теперь, когда человек звонит на 112, там ни о чём практически не беседуют, просто переводят этот вызов на скорую помощь ближайшего района, и этот вызов подлежит исполнению.

Е. ИВАНЧЕНКО: А тот диспетчер, районный, он уже не разговаривает с человеком?

Д. БЕЛЯКОВ: Он может перезвонить опять, если это где-то в Подмосковье, если это где-то чуть дальше, спросить. А насколько в Москве это делается, сейчас не могу сказать. Скорее всего, нет.

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть ушла личная история, личное общение.

Д. БЕЛЯКОВ: Появился посредник, который немножко сделал телефон более испорченным.

Е. ИВАНЧЕНКО: И это влияет на работу врача непосредственно? Сложнее становится врачу?

Д. БЕЛЯКОВ: Конечно. Со 112 могут перекинуть вызов: "Температура 37,5," – и мы обязаны ехать. Если бы этот вызов пришёл непосредственно на скорую помощь, то уточнили бы, сказали бы, допустим, что Вам нужно вызвать участкового врача. Сейчас такой возможности во многих местах нет.

Е. ИВАНЧЕНКО: Это, конечно, удивительно, потому что у многих пациентов такое желание существует, особенно, когда что-то экстренное, позвонить, и чтобы ещё и не отпускали его люди на том конце провода, чтобы как-то контролировали, говорили, когда приедут.

Д. БЕЛЯКОВ: Вы знаете, здесь многое зависит от самого населения. У нас сейчас народ настолько, уж извините меня, разбаловался, что вызывают экстренную службу по любому поводу: плохо пил, хорошо спал, неправильно всхрапнул. Буквально сегодня ночью девочка, поссорившись по телефону со своим молодым юношей, прислала ему фотографию порезанных вен, сказала, что она себе порезала вены. Юноша из другого конца города вызвал ей скорую помощь.

Е. ИВАНЧЕНКО:  Она пошутила, что ли?

Д. БЕЛЯКОВ: Она пошутила. И, самое главное, ни он, ни она за это не отвечают никак, против них нечего предъявить. А скорая-то выезжает. А в это время к кому-то ещё надо ехать.

Е. ИВАНЧЕНКО: Гость программы "Клиника" Дмитрий Беляков. Сегодня он к нам на эфир пришел со смены, с суток. Но говорит, что собрался. После смены ещё чем-то заниматься?

Д. БЕЛЯКОВ: Ну если у нас люди после смены ходят на вторую работу, а после второй работы ещё иногда и на третью, и на учёбу.

Е. ИВАНЧЕНКО: И тоже врачи? То есть по своей специальности?

Д. БЕЛЯКОВ: Фельдшеры, врачи, кто во что горазд. Сейчас достаточно сложно выжить в нашей стране.

Е. ИВАНЧЕНКО: Ну это же каторжный труд, влияет и на другую работу.

Д. БЕЛЯКОВ: Это не просто каторжный труд, на сегодняшний день по тем нормативным документам, по которым мы работаем, это, в принципе, крепостное право.

Е. ИВАНЧЕНКО: А есть ли какие-то, как у работников нефте-, газодобывающей промышленности, работников шахт, социальные выплаты? Есть ли такое у работников скорой помощи?

Д. БЕЛЯКОВ: Наверное, да. Я так думаю, что нам разрешено переходить дорогу на красный свет и заплывать за буйки на пляже.

Е. ИВАНЧЕНКО: Только это? То есть пока нет. Но как-то пытаетесь добиться, наверняка, со стороны профсоюзов?

Д. БЕЛЯКОВ: Пытаемся. Но Медведев же сказал: "Денег нет, держитесь".

Е. ИВАНЧЕНКО: Кстати говоря, телефон прямого эфира. Вам уже передают приветы от БИТов, 26-я.

Д. БЕЛЯКОВ: Спасибо, ребята!

Е. ИВАНЧЕНКО: Это как переводится?

Д. БЕЛЯКОВ: Бригада интенсивной терапии. Спасибо, ребята, 26-я подстанция, спасибо!

Е. ИВАНЧЕНКО: "Мы как раз на сутках", – пишут.

Д. БЕЛЯКОВ: Удачи вам и весёлой охоты. Давайте немножко отвлечёмся. Мы сегодня собрались, всё-таки, по случаю праздника: у нас ведь завтра День медицинского работника. Давайте сразу поздравим всех медиков, не только скорой помощи, но и всех медиков, которые работают, своим тяжёлым трудом спасают ваши жизни и здоровье. Всех с праздником!

Е. ИВАНЧЕНКО: Да, поздравляем. Песню мы исполним чуть позже тогда?

Д. БЕЛЯКОВ: Песню мы исполним, и не одну.

Е. ИВАНЧЕНКО: Хорошо. По поводу высказывания о том, что денег нет – это много обсуждали, и во всех сферах. Недавно в рамках Петербургского экономического форума глава Счётной палаты Татьяна Голикова сказала, что дело не в том, что денег нет, а дело в том, что они неправильно расходуются, распределяются уже на местах.

Д. БЕЛЯКОВ: Они не просто неправильно расходуются, неправильно распределяются. Они ещё валяются под ногами, их никто не берёт.

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть и в здравоохранении деньги есть?

Д. БЕЛЯКОВ: Это вы у здравоохранения спросите.

Е. ИВАНЧЕНКО: Нет, я спрашиваю у Вас, как у работника, как Вы чувствуете?

Д. БЕЛЯКОВ: Как человек, как работник, я Вам скажу.

"Из 100% эмигрантов медицинский полис есть только у 5%, и то, как мне кажется, один на эти 5%"

У нас люди, въезжая в Россию, не имеют медицинского полиса. То есть это реально потерянные деньги. И никто не хочет этим заниматься. Почему? Потому что это эмигрант: он приехал, уехал, чего его отслеживать? Просто эти деньги снимать с тех, кто работает, с врачей, они же никуда не денутся.

Е. ИВАНЧЕНКО: А люди без полиса часто обращаются?

Д. БЕЛЯКОВ: Регулярно.

Е. ИВАНЧЕНКО: Что таким людям делать? Можно обратиться без полиса? Или нужно потом принести?

Д. БЕЛЯКОВ: На сегодняшний день скорая помощь бесплатна, она выезжает ко всем: есть полис или нет полиса. И, если у человека экстренное состояние, то она оказывается бесплатно. Всё дело в том, что потом эта карточка, по которой мы работаем с больным, карта вызова, идёт в ОМС.

Е. ИВАНЧЕНКО: Это вы её заполняете уже на месте?

Д. БЕЛЯКОВ: Мы её заполняем на месте, пишем паспорт, полис, данные. Потом эта карточка отправляется в ОМС, и не каждая страховая компания эту карточку оплатит. То есть фактически из общих денег, которые идут на зарплату медикам, будет какая-то часть отнята. Скажут: "А у них не было полиса". А мы-то здесь при чём?

Е. ИВАНЧЕНКО: Получается, так наказывают врачей скорой помощи за то, что они не заполнили или неправильно заполнили?

Д. БЕЛЯКОВ: В Москве, например, это самая страшная беда. Люди, отработав сутки, ещё потом где-то от 3 до 5 часов сидят и переписывают карточку, подгоняют её под те стандарты, не надо говорить: "Алгоритм", –ещё что-то. Так, как их преподносит руководство – это реальные стандарты, подгоняя их под эти стандарты, под международную классификацию болезней, чтобы там было всё до точки, и что на всех подстанциях каждый заведующий видит это по-своему. Люди сидят всё это заполняют. И не факт, что они придут потом на следующую смену, и некоторые карточки им всё равно вернут: давайте, ещё раз переписывайте.

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть, сейчас основная проблема  людей, которые работают в скорой помощи, – это бюрократия?

Д. БЕЛЯКОВ: Совершенно верно! На скорую помощь взвалили статистические дела. То есть вся статистика, которую, в общем, если хотят вести статисты, что-то там кодировать, взвалили на скорую.

Е. ИВАНЧЕНКО: А такой вопрос: в этой бумаге человек должен ещё подписать, что он согласен на то, что ему оказывают эту скорую медицинскую помощь.

Д. БЕЛЯКОВ: Да, это есть.

Е. ИВАНЧЕНКО: Что делать, если человек не может подписать эту бумагу?

Д. БЕЛЯКОВ: Как правило, пишется, что решение принималось самостоятельно, если человек в силу своего состояния не может подписать: если он без сознания или в коме, то пишется, что решение принималось самостоятельно.

Е. ИВАНЧЕНКО: Врачом?

Д. БЕЛЯКОВ: Да, врачом.

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть он берёт на себя ответственность.

Д. БЕЛЯКОВ: То есть если мы, грубо говоря, ночью подняли пьяного из лужи, он не в состоянии не то, что писать, он не в состоянии "Му" сказать.

Е. ИВАНЧЕНКО: И вообще это его нормальное состояние.

Д. БЕЛЯКОВ: И вообще это его нормальное состояние. Мы привезли его в больницу, потому что полицейские таких не берут. Он там проспался нахаляву и пошёл дальше гулять. Но, если бы он хорошо подумал, он бы мог обратиться в суд и сказать: "А зачем меня оттуда забрали? Я не давал согласия". И попытаться ещё даже что-то стянуть.

Е. ИВАНЧЕНКО: И часто  такое бывает?

Д. БЕЛЯКОВ: Пока, слава богу, такого нет, но народ умнеет потихонечку.

Е. ИВАНЧЕНКО: А родственники могут подписать эту бумагу?

Д. БЕЛЯКОВ: Нет. Если только они являются официальными опекунами.

Е. ИВАНЧЕНКО: А, это о несовершеннолетних.

Д. БЕЛЯКОВ: Это не только, это ещё и инвалиды, престарелые люди.

Е. ИВАНЧЕНКО: Это те люди, которые сами не могут принимать решение.

Д. БЕЛЯКОВ: Тогда они.

Е. ИВАНЧЕНКО: А муж, жена не могут?

Д. БЕЛЯКОВ: Нет.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вот так вот. Получается ещё такая дополнительная ответственность есть на врачах скорой помощи. А вот по поводу разговоров по телефону. Есть вообще такая возможность у пациента, когда он обращается в скорую, попросить, чтобы его соединили с врачом, чтобы что-то ему сказали, ещё пока врач едет и пока он в пути?

Д. БЕЛЯКОВ: Именно с врачом бригады?

Е. ИВАНЧЕНКО: Да, наверное, это лучший вариант. Ну или с каким-то?

Д. БЕЛЯКОВ: Наверное, нет.

"Но сейчас практически на многих станциях скорой помощи, в том числе и в Москве, в Подмосковье, в городах, есть консультационный пункт, консультационный отдел, где, позвонив на скорую, можно попросить врача для консультации"

 И врач уже может принять решение проконсультировать больного и сказать: "Обратитесь в поликлинику", либо сказать, что сейчас к Вам приедет бригада.

Е. ИВАНЧЕНКО: Но с врачом из бригады невозможно связаться?

Д. БЕЛЯКОВ: Нет.

Е. ИВАНЧЕНКО: Давайте, мы решили, что в середине программы Вы исполните песню.

Д. БЕЛЯКОВ: Давайте.

Е. ИВАНЧЕНКО: Мои коллеги вспомнили, что Александр Розенбаум работал на скорой помощи, у него есть песни о скорой. У меня сложилось такое впечатление, что вообще работники скорой очень творческие люди, отдыхают творчески.

Д. БЕЛЯКОВ: Да, у нас очень много людей писали и пишут песни, и про скорую, и не про скорую. У нас был Вадим Голованов. К сожалению, он умер. У него гигантское количество песен про скорую помощь. У нас есть группа "Огни Урфа", которая поёт, в том числе, и песни про скорую помощь, и социальный рок у них есть. У нас есть писатели, которые пишут великолепные книги: Андрей Звонков, Михаил Сидоров, Миша Каневский тоже книжкой занялся. Так что на скорой очень много талантов.

Е. ИВАНЧЕНКО: О чём будет Ваша песня?

Д. БЕЛЯКОВ: Те, кто работают на скорой, её знают. Это будет песня, посвящённая врачу стационара, поскольку у нас праздник общий: и у врачей стационара, и у врачей скорой помощи. Она будет под гитару. А вторая песня – это будет большой сюрприз.

Е. ИВАНЧЕНКО: Но это уже будет в конце.

Е. ИВАНЧЕНКО: Дмитрий Беляков, фельдшер скорой помощи.

Е. ИВАНЧЕНКО: Спасибо. Вообще популярны Ваши песни в медицинской  среде?

Д. БЕЛЯКОВ: Судя по Интернету, наверное, скачивает кто-то.

Е. ИВАНЧЕНКО: И помогает это отдохнуть?

Д. БЕЛЯКОВ: Да. Это, в общем-то, отдушина. Ну, у нас много других способов отвлечься: кто-то ходит в походы. Мы с ребятами с металлоискателями иногда баловались. Сейчас, к сожалению, это немножко сложнее стало. Есть люди, которые дайвингом занимаются и просто туризмом, катаются по городам и весям, если деньги позволяют.

У нас другой народ, это другая нация, можно сказать.

Е. ИВАНЧЕНКО: В песне было очень много интересных историй, моментов. Мне запомнилось, что врачи других специальностей вас не понимают и не поймут.

Д. БЕЛЯКОВ: Понимают, но не полностью. Есть люди, которые прошли скорую помощь и потом стали специалистами.

Е. ИВАНЧЕНКО: Тогда они, может быть, понимают, но всё равно воспринимают как пройденный этап и, наверное, больше они привержены тому, что делают в данный момент.

Д. БЕЛЯКОВ: Может, но всё равно они медики.

Е. ИВАНЧЕНКО: А есть какое-то недопонимание между врачами скорой и теми людьми, к которым скорая привозит пациентов. Есть такое, что "опять привезли!", "не везите нам больше!". Я слышала, что такое тоже есть.

Д. БЕЛЯКОВ: У них тоже работа нервная.

Е. ИВАНЧЕНКО: Устают они.

Д. БЕЛЯКОВ: Если к ним в течение всего вечера привозят только битых пьяных, которые спали в лужах, конечно, они тоже ругаются, а что делать?

Е. ИВАНЧЕНКО: Они говорят такое: "Не везите нам вот этих, привезите кого-нибудь нормального". Наверняка же?

Д. БЕЛЯКОВ: Говорят, конечно.

Е. ИВАНЧЕНКО: В шутку, потому что как-то раз мне тоже пришлось вызвать скорую из-за того, что болел живот, не понятно, что, и в итоге не понятно было и потом, когда в клинику приехали, что произошло. Приехал очень молодой фельдшер, а может быть, и врач, весь в татуировках. Правильно я понимаю, врач выезжает и фельдшер вместе с ним?

Д. БЕЛЯКОВ: Может быть один врач, может быть один фельдшер.

Е. ИВАНЧЕНКО: Ну, скорее всего, он был фельдшером, потому что он молодой, только-только после института, весь в татуировках. И говорит: "Вообще я на квартиры не езжу, я обычно езжу на ДТП, мне нравится это всё. Но некого было посылать, вот я приехал". И говорит: "Вообще бы, наверное, если б Вы были бабушкой, то я бы Вас и не послал в стационар". Но, на всякий случай, так как он тоже молод, говорит: "Надо бы".

Д. БЕЛЯКОВ: Знаете, о скорой помощи нужно судить не по тому, что они говорят, а по тому, что они сделали. Если же после того, как уехала скорая помощь, Вам стало лучше, или не стало хуже, или Вас госпитализировали. А говорить можно всё, что угодно.

Е. ИВАНЧЕНКО: Нет, я к тому, что мы поехали в одну из больниц, и он мне как раз и сказал, что сейчас начнут говорить: "Вот, опять привезли".

Д. БЕЛЯКОВ: Потому что бывают моменты, когда в одном кабинете старшего врача сидят две бригады. Одна бригада пишет объяснительную по жалобе, почему бригада приехала и улыбалась, а вторая пишет рядом, почему бригада приехала и была грустная.

Е. ИВАНЧЕНКО: Понятно. Вас поздравляют с праздником по номеру прямого эфира.

Д. БЕЛЯКОВ: Спасибо за поздравления! Всех также опять с праздником!

Е. ИВАНЧЕНКО: Да, поздравляют с приближающимся, завтра же день медика?

Д. БЕЛЯКОВ: Завтра.

Е. ИВАНЧЕНКО: Давайте примем звонок. Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Меня зовут Илья. Я работаю спасателем в Москве. И часто встречаемся с врачами скорой помощи. Хочу сказать им большое спасибо, очень профессионально работают. Просто благодарность. Все ругают скорые, ещё что-то, но они зачастую даже больше работают, чем мы. То есть на ДТП встречаемся, и тоже на квартиры заезжаем, помогаем им с транспортировкой в скорую помощь.

Д. БЕЛЯКОВ: Да, я сколько раз вызывал МЧС, чтобы оттранспортировать.

Е. ИВАНЧЕНКО: Спасибо!

Д. БЕЛЯКОВ: Вам спасибо за помощь!

Е. ИВАНЧЕНКО: Спасибо большое! Ещё звонки, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Анна, Москва. Вы знаете, даже у вас на радио обсуждался вопрос, что якобы скорая помощь будет платной, то есть скорую помощь отдадут в частные компании.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вот, я не успела задать, а Вы задали, спасибо, Анна!

СЛУШАТЕЛЬ: А Вашего гостя поздравляем. И всех их благодарим!

Д. БЕЛЯКОВ: Спасибо! Вы немножко спутали: скорую помощь не собирались отдавать в частные руки, собирались машины, на которых выезжала скорая помощь, перевести в частное финансирование.

Е. ИВАНЧЕНКО: Но были же слухи, что ограничат количество вызовов, не больше четырёх в день.

Д. БЕЛЯКОВ: Вы знаете, как обыватель я могу сказать, что это, конечно, было бы плохо. Как сотрудник скорой помощи я уже начинаю думать, что надо вводить какие-то санкции для тех, кто вызывает скорую каждый день и не по одному разу, для тех же самых алкоголиков, которые валяются по улице и тратят силы и здоровье сотрудников скорой помощи, что их каждый раз вывозят. Надо вводить санкции, не платную скорую. Допустим, привёз пьяного, его там врач осмотрел. И, если всё хорошо, выпустите вы его со штрафом в 5000 рублей за нахождение в культурном месте в неприличном виде. Хотя бы так. Надо, чтобы люди, въезжающие в Россию, имели полис медицинский. А то у нас въезжают, я уже говорил.

Е. ИВАНЧЕНКО: А вообще какое количество ложных вызовов?

Д. БЕЛЯКОВ: Непрофильных.

Е. ИВАНЧЕНКО: Хорошо, непрофильных вызовов – какой процент?

Д. БЕЛЯКОВ: 80%

Е. ИВАНЧЕНКО: 80%?! Да Вы что?! И получается, из-за этих вызовов, действительно, скорая не приезжает к тем людям, к которым нужно.

Д. БЕЛЯКОВ: Да.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вы предлагаете штрафовать этих людей, если они вызывают каждый день.

Д. БЕЛЯКОВ: Но надо хотя бы с чего-то начать.

Е. ИВАНЧЕНКО: А что делать с бабушками, дедушками, которым хочется пообщаться? Таких же тоже много?

Д. БЕЛЯКОВ: Много. Бабушки, дедушки – это отдельная песня, отдельная тема. И мне иногда кажется, что у бабушек и дедушек, которые вызывают скорую помощь, просто нет детей.

Е. ИВАНЧЕНКО: Скорее всего, или есть дети, но они не уделяют никакого внимания старикам.

Д. БЕЛЯКОВ: Но квартира уже на кого-то подписана. Совершенно верно. У нас нет этой культуры, что стариков надо содержать, что за стариками надо ухаживать.

Е. ИВАНЧЕНКО: Но тут и бригада скорой помощи, наверное, с пониманием с каким-то, может быть, чай выпьют и что-то такое.

Д. БЕЛЯКОВ: Нет, чай никто не пьёт.

Е. ИВАНЧЕНКО: Нельзя?

Д. БЕЛЯКОВ: Не то, что нельзя. Чай никто не пьёт, потому что работа, потому что опять пострадают другие вызовы. К бабушке, которая вызывает скорую по два раза в день, мы относимся с пониманием, но это тоже как-то наши силы уменьшает.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вопрос от Евгении: "Для беременных есть ли отдельный телефон скорой помощи? Или можно тоже звонить 103?"

Д. БЕЛЯКОВ: 103.

Е. ИВАНЧЕНКО: И вот ещё часто задаваемый вопрос: "Может ли человек решить, в какую больницу он поедет?".

Д. БЕЛЯКОВ: Нет.

Е. ИВАНЧЕНКО: По какому принципу принимается это решение?

Д. БЕЛЯКОВ: Это зависит от территориальности – если больному нужно, если он подлежит госпитализации, значит, его нужно побыстрее доставить.

Е. ИВАНЧЕНКО: Ближе, соответственно.

Д. БЕЛЯКОВ: Ближе, согласны?

Е. ИВАНЧЕНКО: Да.

Д. БЕЛЯКОВ: В зависимости от того, какая ближайшая больница открыта. Бывает, что открыты две, тогда в Москве, например, запрашивается по электронной системе. Иногда высвечивается две больницы. Можно у больного спросить: "Поедете в эту или в эту? Повезти в какую?". А так — нет. Это всё принимает решение либо диспетчер, либо автоматическая служба.

Е. ИВАНЧЕНКО: Я ещё слышала, что беременные иногда делают так: поближе к больнице становятся и звонят от неё.

Д. БЕЛЯКОВ: Вы знаете, что они только не делают, и не только беременные.

Е. ИВАНЧЕНКО: Есть такие способы?

Д. БЕЛЯКОВ: Я Вас умоляю.

Е. ИВАНЧЕНКО: Хотели бы, чтоб врачей приравняли к служителям правопорядка?

Д. БЕЛЯКОВ: Они не хотели, мы хотели. Нас пытались вооружить и ещё что-то. 

"Я думаю, что если будет закон, по которому поднявший руку на врача получит лет 5-8, то у нас будет гораздо меньше проблем с теми, кто нападает на скорую помощь. А такие нападения есть"

Е. ИВАНЧЕНКО: То есть начать нужно с наказания за применение силы.

Д. БЕЛЯКОВ: Самое главное — с неотвратимости наказания.

Е. ИВАНЧЕНКО: Вопрос в доказательстве тогда? Ведь бригада скорой помощи — причастные люди.

Д. БЕЛЯКОВ: Это уже технически.

Е. ИВАНЧЕНКО: Нужно продумывать это нашим депутатам.

Д. БЕЛЯКОВ: Да.

Е. ИВАНЧЕНКО: А носить оружие, на Ваш взгляд?

Д. БЕЛЯКОВ: Знаете, я вешу 90 кг, 1,87 м рост, я бывший десантник. Я ещё смогу что-то сделать на вызове, когда на меня полезут. А если это девочка, извините, 1,53 м с кепкой, которая тащит ещё с собой ящик и кардиограф, что она сделает? У неё отнимут этот пистолет, и ей же по голове им настучат. А могут ещё и выстрелить.

Е. ИВАНЧЕНКО: А Вам приходилось применять силу?

Д. БЕЛЯКОВ: Приходилось, но это не в эфире.

Е. ИВАНЧЕНКО: У нас в гостях был Дмитрий Беляков. Спасибо за интересную беседу! Приходите к нам ещё. И ещё раз Вас поздравляю с праздником!

Д. БЕЛЯКОВ: Спасибо!

Авторы

Подпишитесь на LIFE

  • Google Новости

Комментариев: 0

avatar
Для комментирования авторизуйтесь!
Layer 1