Марсианин. Космическая одиссея профессора Вайсберга

Post cover

Научный руководитель проекта российской колонизации Луны всю жизнь отстаивал идею экспедиции на Марс.

Ракетоплан мчался сквозь черноту космоса.

— Вот она, наша Луна! — вдруг воскликнул профессор. Он крутил штурвал, пытаясь избежать столкновения с пиками лунных гор.

Аспирантка Марина и пионер Андрюша облачились в скафандры. Корабль "Иосиф Сталин" сел в центре лунного кратера. Советские люди готовились впервые ступить на поверхность Луны.

1946 год. Одиннадцатилетний школьник Олег Вайсберг сидел в зрительном зале, раскрыв рот. Снятый до войны фантастический фильм "Космический рейс" режиссёра Василия Журавлёва, сценарий которого визировал сам Циолковский, привезли на открытие лучшего в Нижнем Тагиле кинотеатра "Сталь". Школьники сопровождали восторженным свистом и топотом прыжки профессора Седых в скафандре по лунным скалам.

Четвероклассник Вайсберг посмотрел ленту раз десять и захотел стать таким профессором. Прочитал все романы о дальних планетах, найденные в библиотеке. Увлёкся астрономией. Размечтался о полётах на Марс.

2016 год. Московский кабинет Олега Леонидовича Вайсберга, старшего научного сотрудника Института космических исследований РАН, завален книгами, чертежами, макетами приборов. Профессор подтянут, сверкает белозубой улыбкой и носит дорогие очки в тонкой оправе.

На одном из двух мониторов — трёхмерная модель межпланетной станции "Луна-25", похожая на золотого паука. Растопыренные посадочные лапы, на боках круглые баки ракетных двигателей.

Многие мальчики грезят о космосе, но мало кто остаётся верным мечте в 82 года. Вайсберг — один из немногих.

Он идеолог и научный руководитель российской программы освоения Луны. Согласно расчётам, в 2019 году отечественная станция должна сесть в районе южного полюса земного спутника и начать поиск водяного льда, необходимого будущим колонистам, прибытие которых запланировано примерно на 2040-й.

Хотя вообще-то он хотел улететь на Марс.

***

2011 год, 9 ноября. Оператор ЦУП нервно стучал по кнопкам, но экран оставался пустым. Молчали и приборы телеметрии. Космический зонд "Фобос-грунт", отправленный к Марсу, будто растворился через 40 минут после запуска с Байконура.

Миссия "Фобос-грунт" должна была стать мировым событием. Впервые за много лет Россия отправляла в полёт межпланетную станцию, и не просто в космос, но к одной из самых загадочных планет.

Через несколько дней пропавший зонд нашли. Из-за сбоя двигательной установки он не смог покинуть окрестности Земли и накручивал витки на сверхнизкой орбите, медленно приближаясь к падению.

Спустя ещё два месяца насмешек в прессе "Фобос" сгорел, войдя в плотные слои атмосферы. После катастрофы правительство свернуло российскую программу исследований Марса.

Вайсберг руководил созданием большинства научных аппаратов для зонда — частично в сотрудничестве с коллегами из Европы.

Его жизнь в космической науке состояла из многих взлётов и падений, и это не каламбур. Его лучшие приборы сгорали и разбивались в авариях, но, несмотря на все усилия, Луна и Марс остаются для него всё так же далеки, как и полвека назад, когда казалось, что высадка соотечественников на них — вопрос немногих лет.

Теперь он надеется, что космическую экспансию осуществят хотя бы ученики. И верит, что сам успеет с помощью приборов узнать для человечества что-то новое.

А начиналось всё с картинок мамы.

Мальчик родился 5 января 1935 года в Магнитогорске в семье главного инженера известного всей стране металлургического комбината Леонида Вайсберга. В 1938-м инженера арестовали по доносу о создании "вредительской троцкистской организации". Через год выпустили в ходе "бериевской оттепели", чтобы назначить директором нового комбината в Нижнем Тагиле, куда и перевели семью.

Отец хотел, чтобы Олег тоже стал металлургом. А мама, художница Габриэль Белоярцева-Вайсберг, имеющая французские корни, прочила сыну карьеру в мире искусства.

Габриэль была футуристкой. Рисовала пролетарских покорителей межзвёздной целины и огромные города будущего. Маленького Олега они пленяли. Рассматривал картинки в стылом тагильском бараке и мечтал отправиться на ракете к иным мирам, более красивым, чем заводские трубы за окном. А потом ещё и фильм "Космический рейс".

Закончив школу в 1952 году, отправился поступать в астрономы — на мехмат Московского университета. Полагал, что из астрономов и биологов будут формировать будущие отряды советских покорителей космоса. Кому же ещё высаживаться на планетах, как не учёным?

В университете его преподавателем астрофизики стал Иосиф Шкловский, автор прогремевшей в те годы гипотезы об искусственном происхождении Фобоса, спутника Марса. Дескать,  характеристики орбиты говорят, что это полое космическое тело. Возможно, и не планета вовсе, а убежище марсиан, пытавшихся спастись от загадочной катастрофы.

Так подготовка полёта на Марс и Фобос стала мечтой жизни Олега Вайсберга.

Советская космическая программа с самого начала крутилась вокруг двух планет — Луны и Марса. За влияние боролись сторонники первоочередных исследований Марса и Луны, особняком держались не столь многочисленные группы "венерианцев" и "меркуриан".

"Марсиане" были романтиками, мечтавшими найти на Красной планете жизнь. Пусть и не развитую цивилизацию, но как минимум бурную растительность. В начале 60-х в научной печати активно обсуждалась вероятность существования марсианских лугов и лесов. Академики всерьёз дискутировали по поводу форм и цветов марсианской флоры.

"Лунатики" были большими материалистами. Ещё отец космонавтики Константин Циолковский определил, что Луна нужна людям для добычи редких минералов (был уверен, что там водится золото, нефть и алмазы). Один из лидеров "лунной" партии, академик Владимир Челомей, создатель ракетно-ядерного "щита" Родины, выступал за создание лунной базы для постоянного наблюдения за Землёй. Предлагали разместить на спутнике Земли и ретрансляторы ТВ — чтобы телесигнал из Москвы шёл сначала на Луну, а оттуда — по всей нашей планете.

Первый старт межпланетной автоматической станции к Луне состоялся в сентябре 1958 года. Ракета-носитель взорвалась в момент запуска. Катастрофой завершились и две следующие попытки. Лишь четвёртый по счёту аппарат достиг спутника. А в 1959-м очередная станция облетела Луну и сфотографировала её невидимую с Земли сторону.

В 1961 году, после полёта Юрия Гагарина, правительство одобрило программу подготовки пилотируемого полёта советских космонавтов на Луну. Проект подготовил академик Челомей под покровительством Никиты Хрущёва (сын советского лидера работал в его ОКБ). Согласно сценарию, "Лунный корабль-1" должен был доставить на орбиту спутника спускаемый аппарат с двумя космонавтами.

Сергей Королёв параллельно работал над межпланетной станцией "Марс-1". Она стартовала 1 ноября 1962 года. Запуск закончился неудачей: на полпути к планете аппарат перестал выходить на связь.

Для пилотируемого полёта на Луну в 1963-м создали отдельный отряд из десятка пилотов — в него, в частности, вошли второй космонавт Герман Титов и будущий первопроходец открытого космоса Алексей Леонов. Подготовку планировали уложить в пятилетку. 

Проект, хоть и не был реализован, стал источником вдохновения для американских конструкторов.

Вайсберг, работая над диссертацией, в 1963-м тоже написал заявление на приём в основной отряд космонавтов. Тренировался там вместе с врачом Борисом Егоровым, который в 1964-м действительно стал первым "пиджаком" (нелётчиком) на орбите, совершив полёт на "Восходе-1" с офицером Владимиром Комаровым и ещё одним инженером Константином Феоктистовым.

Но Вайсберг был быстро отчислен из отряда из-за проблем с вестибулярным аппаратом. Успокоил его лично конструктор Сергей Королёв. Сказал: "Пилотов у нас достаточно, нужны учёные, способные двигать программы орбитальных исследований".

И Вайсберг стал работать на космос как учёный. Переключился на изучение солнечного ветра — потока частиц гелиево-водородной плазмы. Мельчайшие частицы создавали большие проблемы космонавтам — выводили из строя аппаратуру.

В том же году прибор Олега Вайсберга полетел в космос, в кабине "Востока-6" с первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой. Это был фотометр — прибор для измерения солнечной активности. Олег Леонидович лично собрал его из подержанных и купленных на рынке радиодеталей.

Внешне фотометр напоминал бластер из фантастических боевиков. В рукоятке "пистолета" размещались батарейки, на "стволе" — приборная панель с циферблатами и кнопками настройки. Терешкова должна была через иллюминатор космического корабля направить ствол в сторону солнца и несколько раз спустить "курок", записывая показания датчика.

На орбите первой женщине-космонавту стало плохо. Терешкову постоянно тошнило, и она сделала лишь один "выстрел" — собственно, на этом научная программа её полета завершилась. Но для советской астрофизики и это был прорыв, учёные впервые измерили солнечную активность с орбиты.

В 1967 году Олега Вайсберга пригласили в только что созданный Институт космических исследований Академии наук СССР для составления программ научных экспериментов в космосе.

Он не упускал случая агитировать за Марс. Однажды на симпозиуме, возмутившись репликой президента академии Мстислава Келдыша, вылез на сцену и принялся доказывать важность своих исследований планеты, ведущих к фундаментальным открытиям. Наглеца не прогнали, но и не приняли всерьёз.

Программа освоения Красной планеты, принятая в 1964-м и предусматривавшая полёт на Марс шести космонавтов, продолжала действовать. Уложиться собирались в две пятилетки: в конце первой пятилетки планировалось послать два автоматических зонда для подготовки пилотируемой экспедиции, в конце второй — пилотируемый корабль.

Для разведочных станций, которым было присвоено общее название "Марс-69", Вайсберг с коллегами из Института космических исследований разработал новые приборы. В частности, детектор пара для поиска следов воды и телекамеры для выбора будущего места посадки.

Сотрудники лаборатории Вайсберга буквально дневали и ночевали в кабинетах. Новичкам первым делом выдавали матрас с подушкой — чтобы было на чём поспать под рабочим столом. Вайсберг не появлялся дома неделями. Молодая жена приняла, что всегда будет для него на втором месте после космоса.

Запуски 1969-го стали чёрной страницей советской космонавтики. Первая ракета с марсианским зондом в марте упала в степь, вторая в апреле взорвалась на старте.

Программа подготовки первой пилотируемой экспедиции на Марс была свёрнута.

В июле пришло известие, что американские астронавты Нил Армстронг и Эдвин Олдрин высадились на Луне.

Продолжение.

Комментариев: 2

avatar
Для комментирования авторизуйтесь!
avatar
Алексей Басов30 августа, 11:23

Горжусь, Олег Леонидович! Здоровья и еще свершений!

avatar
Вася Пупкин26 августа, 12:05

"... Спустя ещё два месяца насмешек в прессе "Фобос" сгорел, войдя в плотные слои атмосферы. ..." Все верно. Пока нашими научными программами руководит восьмидесятилетняя(+) "молодежь" иного результата, увы, не будет...

Layer 1
Узнавай важные новости первым
Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.