Памяти "главного архитектора современности". Чему Заха Хадид научилась у России?
Сегодня самому, пожалуй, модному архитектору соверменности Захе Хадид исполнилось бы 66 лет. Лайф #Дом рассказывает о неизвестных гранях её творчества, которые выходили далеко за пределы одного лишь зодчества. А также о том, как на живописные и архитектурные работы этой британки иракских кровей повлиял русский авангард.
![Коллаж © L!FE. Фото: © wikimedia.org, © Fiona Hanson /eyevine/EAST NEWS](https://static.life.ru/posts/2016/10/924835/ff65aad4138fb8efc149e3caffafa747.jpg)
Заха Хадид родилась 31 октября 1950 года в Багдаде в семье нефтепромышленника и художницы. В 22 года переехала в Лондон, где поступила в Архитектурную ассоциацию Великобритании на курс видного голландского архитектора Рема Колхаса.
После учёбы Хадид работала в архитектурном бюро Metropolitan в Роттердаме, а в 1980 году создала собственное бюро в Лондоне — Zaha Hadid Architects. Сегодня там работает около 400 человек, из последних реализованных проектов — новое здание порта в Антверпене и археологический центр в Саудовской Аравии, построенный по заказу ЮНЕСКО.
Долгие годы архитектор работала в стол. Первое здание по её проекту было построено лишь в 1986 году а Берлине. Сложно себе представить более узнаваемую современную архитектуру, чем здания Захи Хадид: текучие линии, хай-тек, динамика, обилие белого цвета и воздушного пространства внутри зданий. Все эти отличительные черты стали её визитной карточкой.
Центр искусств в Абу-Даби, центр Гейдара Алиева в Баку, музей современного искусства в Риме и Доминион тауэр в Москве также были построены по проектам Хадид.
Её имя стало синонимом инновации в архитектуре и строительстве. Заха Хадид стала первой в истории женщиной — архитектором, получившей Притцкеровскую премию.
Влияние её стиля на современное зодчество и дизайн очевидно — достаточно взглянуть на проекты центра современного искусства в Чэнду и оперный театр в Харбине китайского бюро MAD, а также музей Аманды Левит в Лиссабоне студии MAAT.
Тем интереснее узнать, сколь огромным было влияние русского авангарда на её работы. Здания Захи Хадид видел практически каждый, но мало кто знает, что она была ещё серьёзным графиком и живописцем. С самого начала своей карьеры Хадид находилась под сильным влиянием Казимира Малевича. В течение 70-х и 80-х годов, во время учёбы у Колхаса и теоретического архитектурного проектирования, в её работах отчетливо прослеживалось влияние русского супрематизма.
Например, в дипломном проекте 14-го уровня гостиницы Хангерфорд, связанном с мостом через Темзу, который так и назывался — Malevich's Tektonik, прослеживается схожесть с колористической и геометрической организацией работы русского авангарда.
"Я была очень увлечена абстрактным искусством, поскольку оно помогает отойти от архитектурных догм," — сказала Хадид в одном из своих интервью.
Как неоднократно признавалась сама Хадид, в студенческие годы живопись была для неё частью глубокого погружения в архитектуру. Именно она помогала ей понять архитектуру как утопический процесс бесконечного эксперимента.
Другие студенческие проекты — музей XIX века в Лондоне и здание парламента в Гааге (оба не были реализованы) — также написаны под влиянием творчества Малевича.
В 1992 году Хадид разработала коллекцию картин и рисунков для выставки "Великая утопия" в музее Гугенхайма в Нью-Йорке. В частности, на этой выставке была её работа, посвящённая легендарной Башне III интернационала Владимира Татлина.
Хадид никогда не называла себя художником, хотя множество её работ выставлялось в музеях. Живопись и графика вероятно были для неё неотъемлемой частью процесса архитектурных изысканий.
Примечательно, что в первых домах, построенных по проектам Хадид, прослеживалось прямое влияние советского конструктивизма с его чёткими, будто устремлёнными в будущее строгими линиями, предельной функциональностью пространства и монохромными цветами. Например, здание центра современного искусства в Цинциннати или знаменитая пожарная станция Vitra, построенная в Вайле-на-Рейне в 1994 году.
Тем любопытнее взглянуть на два здания, спроектированных и построенных Захой Хадид в России — Доминион тауэр и резиденцию Capital Hill в Барвихе — особняк, специально построенный для миллиардера Владислава Доронина.
Форма дома прямо отсылает зрителя к Трамплину в Инсбруке, построенному по проекту Хадид в 2002 году. Оба творения удивительным образом соединили в себе главные черты её фирменного стиля — белый цвет, текучие тектонические формы и давнюю любовь к русскому авангарду.