Двушка на шестерых и баян за 140 тыс. 12-летний лауреат премии о пути к победе

М.А.: Вы просто так сказали несколько минут назад, что для вас большое счастье жить в Москве даже в двухкомнатной квартире. А почему?

С.М.: Конечно. Потому что мы приехали изначально из Владивостока и жили в однокомнатной квартире в 28 квадратных метров пять человек. А двушка — это большое счастье.

***

И.И.: А теперь — почему в Москву? Сейчас, мне кажется, станет понятно. У Ростислава баян "Юпитер" — это наш отечественный московский завод. Стоимость инструмента для ребёнка?

С.М.: Ну, вот мы купили последний баян, на котором Ростислав работает, за 140 тысяч рублей.

И.И.: Когда?

С.М.: Примерно два года назад. И вложили ещё более 100 тысяч рублей, чтобы довести его до состояния, чтобы он хотя бы сегодня звучал в том режиме, в котором он нам необходим.

И.И.: 250 тысяч! А Ростислав сказал, что скоро он вырастет, и понадобится за 450 баян.

Р.М.: И это ещё без доделок.

Полную версию программы "Домой" с Ростиславом и Сергеем Мудрицкими читайте ниже и слушайте в аудиозаписи.

М.АНДРЕЕВА: Очень много вопросов. Вчера мы прикалывались тут, что названы лауреаты российской национальной музыкальной премии. Но мы-то о всяких поп-певцах говорили, мы же не довели до вас очень важную информацию, например, о том, что, допустим, Денис Мацуев отмечен как инструменталист года в классической музыке. А вокалистом года в классической музыке стала Анна Нетребко. А победителем в категории "открытие года" в классической музыке стал юный баянист Ростислав Мудрицкий. И Ростислав, двенадцатилетний милый мальчик, прямо сейчас у нас в студии вместе со своим баяном. Ростислав, добрый вечер. Вместе с Ростиславом и отец Сергей. Здравствуйте!

Р.МУДРИЦКИЙ: Здравствуйте!

И.ИЗМАЙЛОВ: Почему классическая музыка?

Р.М.: С самого начала, с шести лет, занимаюсь классической музыкой. Сейчас баян продвигается в этом направлении.

М.А.: Но подожди, вы же при этом играете и джаз, и народную музыку, и всё на свете, и классику в том числе. Почему именно вам за классику дали это дело?

Р.М.: Потому что пока что в классике я чувствую себя более комфортно, так как ей пока занимался большее количество времени.

И.И.: А что подтолкнуло пойти учиться? Какая-то музыка, которую ты слышал?

Р.М.: У меня по маминой линии все музыканты. Бабушка и дедушка преподают в ДМШ Москвы, мама закончила музыкальную школу по классу баяна, а академию — по классу фортепиано.

И.И.: Тут наследственное или потому что слышал всю жизнь?

Р.М.: Это получилось так, что мама захотела меня отдать в музыкальную школу.

М.А.: А как думаешь, с генами передаётся вот это всё?

Р.М.: Я думаю, да.

М.А.: Ну, ведь бывают же истории, когда природа сильно на детях отдохнула. А в твоём случае явно не та история.

С. МУДРИЦКИЙ: Ну, если учесть, что у Ростислава ещё два брата и сестра младшая.

И.И.: И тоже играют?

С.М.: Они связаны с музыкой, учатся в музыкальных школах, кроме младшего, которому сейчас полтора года. Пока его ещё не отвели, он пока ещё не может дойти.

И.И.: А Ростислав ­— старший?

С.М.: Да.

И.И.: А сколько комнат в квартире у вас?

С.М.: Двухкомнатная квартира.

И.И.: На четверых детей!

М.А.: И как вы там?

С.М.:

М.А.: Я представляю, что ещё Ростислав при этом круглыми сутками наяривает на баяне. Все остальные в этот момент уши закрывают. Или наоборот, садятся и слушают благоговейно?

С.М.: Вы знаете, эта музыка — она уже впитывается (если говорить о братьях Ростислава) с молоком прям в утробе. И они настолько естественно относятся к музыке и к репетициям круглосуточным практически, что это уже как данность, как воздух.

М.А.: Как фоном радио или телевизор, грубо говоря.

С.М.: Нет, ни в коем случае не фон. Мама чистит, грубо говоря, картошку и тут же говорит: "Ростислав, повтори ещё раз".

М.А.: А вы-то имеете отношение к музыке сами?

С.М.: Как слушатель, да. Я по призванию актёр, я работаю сейчас в детском театре актёром. Безусловно, сталкиваюсь с музыкой, но настолько плотно — нет. Я когда познакомился с женой, в первый раз увидел, как у пианистов бегают пальчики, и для меня это просто было каким-то невероятным шоком.

И.И.: Можно я к квартире вернусь? А когда вот будут братья тоже репетировать — как, по очереди придётся?

С.М.: Дело в том, что Ростислав учится на уникальном инструменте: он может играть как на кухне, как на балконе, как в коридоре — везде. А если вот, к примеру, брать сестру, она сейчас занимается на фортепиано, то, конечно, фортепиано мы не перенесём. И она занимает самую большую комнату (гостиную), где находится фортепиано.

И.И.: Ростислав, а сколько часов в день тренируешься?

Р.М.: Стараюсь чем больше, тем лучше.

И.И.: Ну, два-три?

Р.М.: Я никогда не считаю.

М.А.: То есть даже нет какого-то минимума?

Р.М.: Нет. Это всё зависит от меня, насколько у меня настроение, что мне нужно сделать.

И.И.: А в школу успеваешь, там уроки? Или сначала уроки?

Р.М.: С недавнего времени я на домашнем обучении. Но вот до пятого класса я учился в общеобразовательной школе вместе с ребятами. Время часто поджимало. Сейчас стало гораздо легче.

С.М.: То есть день рассчитывался прямо по секундам. Ростислав вставал и бежал в школу, прибегал со школы и тут же занимался.

И.И.: А вы сделали ставку именно на музыкальное направление?

С.М.: Ну, мы не то чтобы сделали ставку — так складывается у Ростислава. У него есть все данные: и данные родителей, и данные преподавателей. То есть здесь три кита сложились, и из этих китов может сложиться результат.

И.И.: В какой степени это было решением Ростислава пойти заниматься? Это точно оно?

М.А.: Ростислав, ты сам-то хочешь вот всю жизнь в обнимку с баяном?

Р.М.: Уже да. Тогда я ещё был настолько маленький, что сам принять решение никак не мог.

И.И.: Сейчас я вернусь к квартире в третий раз и к ещё одному шокирующему вопросу. Мы периодически затрагиваем тему многодетных детей. И периодически нам говорят: "Давайте! А что вы не рожаете?" Вот пример, у вас талантливые дети. Сергей Семёнович не хочет вас (пригласить куда-либо)? То есть вот они же любят собирать на какие-то эти, медали раздавать.

М.А.: И самое главное, что ведь Ростислав участвует в огромном количестве разных конкурсов, он всё время на виду.

И.И.: Ну, конечно. Есть какой-то диалог о том, чтобы улучшить ваши жилищные условия, чтобы дети могли спокойно заниматься?

С.М.: Диалога абсолютно никакого нет. И я, честно говоря, никогда не надеялся на государство. И решение о том, что у нас будет такая большая семья — никогда этот вопрос и не задавался, и не висел. Оно как-то так само происходило, как само собой разумеющееся.

М.А.: Вы просто так сказали несколько минут назад, что для вас большее счастье жить в Москве даже в двухкомнатной квартире. А почему?

С.М.: Конечно. Потому что мы приехали изначально из Владивостока и жили в однокомнатной квартире в 28 квадратных метров пять человек.

И.И.: А гектар на Дальнем Востоке вам не интересен?

С.М.: Если честно говорить про Дальний Восток, я буквально вернулся оттуда, полгода там работал плотно в театре — грустная ситуация с культурой. Никто не помогает культуре, искусству. Построили, конечно, Мариинский театр и, в общем-то, выжимают откровенно денег. А что касается других театров, других академий искусств, музыкальной филармонии — ну вот бегут люди оттуда.

И.И.: А теперь почему в Москву? Сейчас, мне кажется, станет понятно. У Ростислава баян "Юпитер" — это наш отечественный московский завод. Стоимость инструмента для ребёнка?

С.М.: Ну, вот мы купили последний баян, на котором Ростислав работает, за 140 тысяч рублей.

И.И.: Когда?

С.М.: Примерно два года назад. И вложили ещё более 100 тысяч рублей, чтобы довести его до состояния, чтобы он хотя бы сегодня звучал в том режиме, в котором он нам необходим.

И.И.: 250 тысяч! А Ростислав сказал, что скоро он вырастет, и понадобится за 450 баян.

Р.М.: И это ещё без доделок.

И.И.: Это весь материнский капитал, который нельзя потратить на баян.

И.И.: А вы говорите, что у вас ещё и фортепиано, которое, как сказал Мацуев, уже не производится в нашей стране. Если у ребёнка открывается талант, и родители хотят его развивать, то это надо так извернуться.

М.А.: Это же невозможно просто.

С.М.: Ну, если так смотреть вообще на жизнь, то конечно, ну, что изворачиваться, если это всё действительно всё так очень сложно, то лучше этим вообще не заниматься. Если легко на это смотреть и рассчитывать на себя уже изначально, то оно и будет как-то полегче.

И.И.: На себя — да. Но мы говорим о том, что государство не заинтересовано. Кстати, Путин сказал в послании в последнем, что каждый ребёнок талантлив, и он говорил, что нам надо делать так, чтобы раскрывать талант — тогда мы сможем построить счастливое общество.

М.А.: Кто-то зашевелился? Вы почувствовали?

С.М.: Дело в том, что это же система. А система состоит в том, что талантливого ребёнка сегодня надо поднять, довести до уровня музыканта. И начинается всё с музыкальной школы. И вот здесь, как раз, собака зарыта.

То есть 40 минут сегодня в музыкальной школе, и всё — свободен. А его же надо поднять. Мы как раз приехали сюда. И Ростислав начинал-то со скрипки во Владивостоке. И мы отдали его на этот инструмент не специально, чтобы он играл на баяне или на скрипке — мы отдавали исключительно на лучшего преподавателя, который бы и смог работать с ребёнком, потому что именно с ребёнком с маленьким — это самое сложное, довести его до уровня.

И.И.: А сколько стоит скрипка?

С.М.: Хорошая скрипка баснословных денег тоже стоит. Хороший инструмент стоит серьёзных денег.

М.А.: Ростислав Мудрицкий — это юный баянист, который обнимает свой баян уже 15 минут, а мы до сих пор не слышали этих чудесных звуков. Мы можем послушать, а уже потом доболтать? А иначе мы просто так и не дойдём до игры.

И.И.: Вот самый любимый фрагмент в классической, в народной, может быть.

М.А.: В общем, сыграй что-то самое потрясающее.

Р.М.: Маленький кусочек "Полёт шмеля".

М.А.: Нет слов!

И.И.: Вот кто так пальцами может перебирать быстро — это значит, мозги хорошо работают.

М.А.: Он у вас конструкторы собирал в детстве?

С.М.: Нет, на технику никто ставку никогда и не делал. Прежде всего, должна быть мысль впереди, надо услышать звук, а потом уже его брать руками. Это опять же возвращаемся к преподавателям, это должен быть действительно такой талантливый преподаватель для талантливого ученика. У нас сегодня много музыкальных школ. Я, конечно, выражаю только свою точку зрения, но мы с Ростиславом были в огромном количестве музыкальных школ города Москвы, и сегодня очень много (пусть преподаватели на меня обижаются) поставлено на среднего ученика.

И здесь — классическая музыка — это та основа, на которой зиждется всё.

И.И.: И которую брать и брать только.

С.М.: Это основа основ — да.

М.А.: Ростислав, а вот сейчас хочется тебя услышать, ты сам это чувствовал в преподавателях, с которыми тебе приходилось работать? Когда действительно тебе дают задание, а ты его как орешки щёлкаешь, но они не готовы дать тебе другой горизонт.

Р.М.: У меня не было такого ощущения, так как преподаватель сразу понял меня и зачастую занимался со мной гораздо больше, чем 45 минут — два, три, четыре часа.

И.И.: А далеко от дома ходить?

С.М.: Ну, мы несколько лет ездили из Подольска в Ясенево. Я возил его. Мы каждое занятие снимали на видеокамеру, и основная работа как раз шла дома, чтобы разобрать весь материал. И как раз я говорил про три кита, что это преподаватель: талантливый преподаватель, талантливый ученик и родитель, который может всё это разжевать ещё раз более понятно и вложить в ученика — в своего ребёнка.

М.А.: Знаешь, что ещё интересно, Ростислав, кстати, об этом говорили в одном из шоу, в котором ты участвовал, мы привыкли, что баян — это что-то из разряда частушек, что-то очень простое, народное, даже примитивное, можно сказать, а вместе с тем у тебя он превращается как будто бы в другой инструмент совершенно. Он поёт! Сам ты каким видишь своё будущее музыкальное?

Р.М.: Вы знаете, баян сейчас вообще в таком бурном развитии — и в плане механики, и в плане создания новой техники, в плане вообще подбора репертуара и т.д., что на далёкое будущее я сейчас судить не могу. Но в первую очередь, конечно, хочу себя видеть и в классике, и в джазе, и в народной музыке.

И.И.: Вопросы от слушателей: "Давно ли на море были?"

Р.М.: Недавно как раз на фестивале Д.Л. Мацуева в Сочи.

И.И.: Да, кстати, Мацуев же старается поддерживать таланты.

Р.М.: Да, за два дня приехали и отдохнули.

И.И.: Ещё вопросы: "Посмотрел цены на баян. Оказалось, что существуют цифровые баяны, они тоже хотят?" Цифровой — интересная вещь?

Р.М.: Да, сейчас есть одна фабрика, которая производит в Японии баяны цифровые "Роланд", но сейчас она обанкротилась, и фактически баянов таких почти не осталось.

И.И.: А по звуку он как?

Р.М.: Может имитировать любой музыкальный инструмент.

М.А.: А, то есть это такой синтезатор в форме баяна.

Р.М.: Да.

И.И.: А вот баян-аккордеон и наша старинная русская гармонь — ты играл на гармони? Мы знаем, что они внешне устроены по-разному. Но звук?

Р.М.: Звук совершенно другой из-за размера инструмента, подачи звука и т.д. Гармонь, конечно же, это всегда народный инструмент. Баян — это уже что-то новое, которое рождается сейчас.

И.И.: Что-нибудь из народного, что любимое самое.

М.А.: Буквально несколько хотя бы секунд, хоть чуть-чуть.

Р.М.: Недавно начал буквально учить обработку русской народной песни "При тумане, при долине…" Что-то вроде такого. Но вы знаете, всё-таки сейчас делается больше упор на классику, потому что, когда я играю народную музыку, мне кажется, что для этого больше подходит гармонь, а не баян.

И.И.: А почему?

Р.М.: Гармонь — это специально направленный инструмент на народную музыку. У неё звук такой, что народная музыка прям льётся из неё. А у баяна, как мне кажется, бóльшие возможности.

И.И.: Ну, вот академическая "Ой, туманы…", например. Она не старинная, но она же вот прям для баяна.

Р.М.: Может быть.

М.А.: Мы перейдём в формат самого жёсткого блиц-опроса. Дело в том, что, как ты говоришь, Д.Л. Мацуев однажды поведал всему миру, как вы спорили о сносе самостроя в Москве, и говорил о том, что с тобой можно говорить абсолютно на любые темы. Как ты относишься к платным парковкам?

Р.М.: У нас многодетная семья, мы за парковки не платим.

М.А.: Последние выборы. Вот сейчас очень много говорят о том, что чего-то там наврали, чего-то там купили, перехватили и т.д.

Р.М.: Вы про выборы США?

М.А.: Нет, я про выборы в нашу Госдуму, которые были осенью. Надо им пересчитывать или нет, с твоей точки зрения?

Р.М.: Ну, у нас страна такая, я думаю, что пересчитывать всё-таки не надо.

М.А.: Бесполезно? А с Трампом? Мы начнём дружить, или ты ему не веришь?

Р.М.:

М.А.: Интересный разговор пошёл.

И.И.: А из классического что ты любишь вот так включить послушать?

Р.М.: Очень люблю Чайковского.

И.И.: Тоже очень люблю.

М.А.: А из той музыки, которую называют почему-то современной, что-то терпишь?

Р.М.: Вот сейчас есть современные авторы, один из них — мой сейчас учитель В.А. Семёнов, который специально пишет музыку для баяна.

М.А.: Если честно, я имела в виду современную музыку — поп-музыку.

Р.М.: Некоторые жанры популярной музыки мне нравятся, но, если честно, вообще ей не увлекаюсь специально. Иногда слушаю на радио, а так — нет.

М.А.: Тебе приходилось слышать группу "Ленинград"?

Р.М.: Да.

М.А.: Что скажешь? Почему они так популярны сейчас?

Р.М.: Я не знаю.

И.И.: Похабненько?

М.А.: В этом дело?

С.М.: Да ладно! У папы в аудиозаписях "ВКонтакте" есть группа "Ленинград". И, собственно говоря, "Колбаса-любовь" — одна из задорных композиций в нашей семье.

М.А.: Спасибо, что пришли.

И.И.: Времени не осталось.

М.А.: Ростислав Мудрицкий — самый чудесный, наверное, юный баянист, которого я когда-то видела. Сергей — его отец.