Политический подтекст бургеров
Если вы думаете, что, выбирая те или иные бургеры, вы не выражаете явно свою политическую волю, вы заблуждаетесь. Если вы поклонник Burger King, значит, вы трампист и республиканец. А если вам больше по душе McDonald's, значит, вы хилларист и демократ. Хотите узнать, как так вышло и за кого вы голосуете рублём, посещая "Теремок"?
Во время активных оппозиционных протестов в Москве покупатели зубной пасты Splat неожиданно для самих себя стали обнаруживать в коробках не только тюбики пасты как таковой, но и политическую агитацию от владельца бренда, который счёл уместным доносить до клиентов, за кого им голосовать, если они выбирают зубную пасту Splat. Многие были удивлены.
Однако, как и многое другое, мода на политическую агитацию, завёрнутую в бренд, пришла к нам из-за океана. Банальность, конечно, но не секрет, что Генри Форд был большим поклонником Третьего рейха. Не чуралась сотрудничества с нацистами и Coca-Cola, существует даже легенда, что один из трёх главных брендов корпорации был изобретён специально под немцев — я говорю о Fanta.
А почему, заходя в бургерную и выбирая двойной вопер, вы голосуете за Трампа? А почему McFlurry однозначно делает вас голосующим за Хиллари? С одной стороны, всё просто: те или иные компании всегда занимают ту или иную политическую позицию. Пусть это не всегда говорится откровенно, но это так. К примеру, на постоянных военных базах США за границей практически всегда открывается McDonald's. Чисто теоретически, куда более боевитыми всегда считались республиканцы, но большую часть войн и вооружённых конфликтов США развязывали именно при демократах. То есть McDonald's, поддерживая их, расширяет собственную "кормовую базу". Нормальное желание для бизнеса.

Знаете, как называется старейшая американская сеть ресторанов быстрого питания? White Castle. Будете смеяться, но их подозревают в сотрудничестве с весьма и весьма одиозным расистским движением KKK, или, говоря по-русски, — ку-клукс-кланом. Ужас? Да нет, просто им надо было продвинуть новый "белый" бургер. Такая вот история.
Или вот, "Теремок", наш, посконный. Думаете, что он про Илью Муромца или Алёшу Поповича? Как бы не так. Ещё в 2011 году один из основателей сети Михаил Гончаров вступил в заочную дискуссию с руководством Москвы, предлагая дать доступ к уличной торговле с помощью аукционов. Вот только дело не выгорело. По словам Гончарова, аукционы запустили, но их тут же заспамили предложениями от подставных фирм. То есть теперь, покупая блин в "Теремке", вы тоже в какой-то мере начинаете дискуссию с градостроительными инициативами в Москве.
И не стоит думать, например, что политический подтекст существует только на федеральном уровне или давным-давно сформировался исключительно в западной культуре фастфуда. К примеру, в Кемерове давно и достаточно успешно развивается сеть "Подорожник". Ларьки, в противовес "шаурмячным", были чистыми, имели единый стиль оформления и быстро снискали популярность сначала в родном Кузбассе, а после и в Петербурге, куда сибиряки решили выходить после регионального успеха. Однако они пришлись не ко двору тогдашним властям Смольного — в результате кузбасским бизнесменам бизнес в Северной столице пришлось свернуть. Печально, а ведь именно про основателя сети — Владимира Фомина — писал свою песню "Человек из Кемерова" Борис Гребенщиков.
Окажетесь в Новосибирске, Кемерове или Новокузнецке — зайдите в одну из их ресторанных точек и выразите свой протест ущемлению российских предпринимателей в угоду засилью иностранного фастфуда.
Покупаете колу — голосуете за одно, покупаете "Байкал" — за другое. За каждым продуктом питания или рестораном всегда стоит человек, такой же живой, как и мы с вами. У него есть свои идеи, свои обидчики и свои благодетели. В США на полном серьёзе можно оказаться вне милости, посетив не то заведение общепита. Да что там, в той же Великобритании пабы делятся не только по принадлежности к тому или иному футбольному клубу, но и по политическому контексту: что-то для лейбористов, что-то для консерваторов.

Иностранные сети ресторанов быстрого питания для нас с вами находятся вне политического контекста. В сущности, нам не так уж важно, что хотел сказать полковник Сандерс, выпуская свои острые крылышки, и за кого призовёт голосовать Subway, если когда-нибудь призовёт. Однако местные рестораторы своей позиции уже не стесняются. И понятно, что, посещая ресторан "Петрович", мы так или иначе поддерживаем позицию карикатуриста Бильжо. А отправляясь во "Втордых" (его, правда, уже нет), присоединяемся к люмпен-пролетариям и фрондирующей богеме.
В скором времени формулирование нашей политической позиции, выраженное через желудок, кристаллизуется и примет какие-то окончательные формы. В конце концов, знаменитая чебуречная на Китай-городе и пышечная на Большой Конюшенной — тоже своего рода политическое высказывание про то, что в СССР деревья были зеленее и всё такое прочее. Приятного аппетита!
