Педофил поневоле
На Урале школьница посадила отчима на 12 лет за то, что тот заставлял ее мыть посуду.
«Привет, мама. Пообещай, что заберешь нас домой. Я и дня не могу без вас всех прожить. Я просто выпрыгну с окна… Если я спрыгну, пообещай мне , что ты вырастишь Катю не такой , как меня, чтобы она в будущем не делала глупых ошибок… Я вас всех люблю. Простите меня за всё. Твоя дочь Настя».
Валентина Ивановна - читает письмо дочери и плачет. Два года назад
Вступление!!!!!!!
До небольшого села Ждановка добираемся не сразу. Дороги сильно заметены, но наш таксист всё равно доволен: «Молодцы! После Орска ( прим.: когда в снежный плен попали десятки человек, один скончался) трассы даже к глухим селам теперь иногда чистят».
В деревенском доме нас ждет Валентина Евсюкова. Просит не разуваться: полы холодные. Теперь, когда здесь нет детей, топит она реже. Ради одной себя дрова лишний раз не расходует. Детей у нее шестеро. Две младшие дочери теперь живут в детском доме. Остальные уже взрослые: у всех свои семьи.
Многодетную мать Валентину Евсюкову лишили (КОГДА) родительских прав после того , как её гражданского мужа отправили за решетку на 12 с половиной лет - за домогательства к её несовершеннолетней дочери.
И здесь стоп. Казалось бы , о чем ещё можно рассуждать? «Life что, теперь ещё и педофилов будет защищать?» Я сразу отвечу на этот вопрос: нет , не будет. Просто хотим разобраться в этом деле. А в нем немало вопросов.
Валентина показывает комнату своей 14-летней дочери Насти. Стены изрисованы, в альбомах домашнее задание по «художке». Рисовать любила, но по дому помогать нет. На этой почве часто были конфликты с отчимом, говорит мать. Особенно , когда у девочки начался подростковый период.
"Настя отстает в развитии (ДИАГНОЗ?). Она всех слушается, поддается влиянию старших. А старшая сестра Вероника была для неё авторитетом. И, желая , чтобы гражданский супруг мамы покинул их дом, посчитала, что Настя даст показания против Андрея (отчима) и его просто сотрудники полиции выгонят из их семьи», - говорит адвокат Евсюковых Антонина Кожанова.
«Дети думали, что это закончится шуткой . Никто не представлял столь серьезных последствий», - добавляет правозащитник Владимир Захаревич. ОНА САМА ПОШЛА И ЗАЯВЛЕНИЕ НАПИСАЛА? СЕСЕТРА ОТВЕЛА?
Старшая сестра Вероника теперь оправдывается со слезами на глазах: «Кто знал, что так будет? Если бы я знала, я просто... Настя, может, она и наврала…» ГДЕ ЖИВЕТ? ЕЕ ОТНОШЕНИЯ С ОТЧИМОМ?
Когда в дом пришла полиция и забрала Андрея, Валентина не сразу поняла в чем дело. Услышала статью – обомлела: «Вот мне пришлось заявление написать , я думала, разбираться будут… А потом узнала , что это 13-й год. Дочь, говорю, нас же в Ждановке тогда ещё не было. Ну и что , говорит, он мне надоел. То посуду помой, то ещё что-нибудь по дому делай. Я говорю: так же нельзя делать, дочь. Что, тебе человек – вещь, что ли? Захотел – пошел выкинул, что ли? Ну, сказала бы , что не хочешь, чтобы он с нами жил».
Андрея сразу арестовали. Потом пошли допросы и экспертизы. «К врачам ездили – девочка она», листает тома уголовного дела мать. В итоге статью переквалифицировали из «изнасилования» в «преступление против половой неприкосновенности».
Валентина, после признания дочери о клевете, выступала на заседаниях в защиту мужа. После настал и её черед стоять перед судом. Валентину лишили родительских прав с формулировкой: «за жестокое обращение с детьми». Четырнадцатилетнюю Настю вместе с младшей сестрой отправили в детский дом.
«И теперь она оттуда криком кричит , просит мать оказать помощь», - комментирует ситуацию правозащитник Владимир.
Из обращения Насти Евсюковой в прокуратуру Оренбургской области:
«… Пусть меня ещё раз допросит вышестоящий работник правоохранительных органов, следственного комитета. Если надо, с применением детектора лжи. Я не желаю , чтобы из-за моей глупости невинный человек сидел в тюрьме».
«Ну, ответ был стандартный: суд вынес правильное решение и никаких дополнительных проверок не может быть». КТО ГОВОРИТ
После нового года девочка написала ещё одно письмо – передала своей маме, когда та приходила к ней в детский дом. Все встречи проходят в присутствии воспитателей.
«Плакать мне и моим детям нельзя. А то, сказали, свиданий больше не будет. А что мы , железные что ли? Но держимся». Вот она и бросила мне в сумку записку, пока воспитатели не видели.
«Привет, мама. Пообещай, что заберешь нас домой. Я и дня не могу без вас всех прожить. Я просто выпрыгну с окна… Если я спрыгну, пообещай мне , что ты вырастишь Катю не такой , как меня, чтобы она в будущем не делала глупых ошибок… Я вас всех люблю. Простите меня за всё. Твоя дочь Настя».
Теперь, когда в детском доме узнали, что темой заинтересовались журналисты, матери не разрешают поговорить с дочками даже по телефону. Мы, конечно, отправили запросы во все соответствующие структуры. Но руководство детского дома от комментариев пока отказывается.
В интервью с осужденным Андреем нам тоже отказали (ФСИН?????), ответив, что он сам против общения со СМИ. Странно, учитывая тот факт, что сам он долго добивался резонанса, подал кассационную жалобу и ждал встречи с нами, по словам матери. Престарелая женщина в слезах добавила, что теперь ему угрожают.
Другим нашим героям материала недвусмысленно намекают по телефону, что лучше бы с нами не говорить на щепетильную тему. Оренбургских правозащитников такой поворот событий не удивил.
«Шанс у людей появляется исключительно тогда, когда дело уходит в Москву. Мы ни в коем случае заранее никого не обвиняем, не говорим о чьей -либо предвзятости. Вся задача, лишь в том, чтобы попытаться вытащить это дело для исследования» , - говорит Владимир Захаревич , заместитель председателя Общественной наблюдательной комиссии по обеспечению прав человека в местах принудительного содержания по Оренбургской области
