Кровавый навет в комических картинках

Когда-нибудь депутату Милонову поставят памятник в Летнем саду. Как раз где-то между Афродитой с крокодилом — аллегорией сладострастья — и другой не менее сисястой дамой. Его имя будет вписано в Новый Telegram-Завет, а на Mosfilm-boulevard в асфальт закатают бронзовую звезду Давида с его именем. За спасение межнационального мира в Российской Федерации.

Потому что в годовщину Революции-Переворота народные массы пробудились и с их очей чуть было не сбросил пелену депутат Толстой, отлучённый от церкви сайентологов потомок великого блогера XIX века.

Потомок взорвал межнациональный Интернет тезисом о том, что русские СМИ контролируются потомками еврейских комиссаров и садомазохистки Землячки, которые, надев, как подобает поклонникам BDSM, костюмы из кожи и латекса, как повыпрыгнули, да и покаталися, и повалялися, Ивашкиного мяса поевши. Там сидела Мурка в кожаной тужурке, у неё под юбкой был наган. Но то не Мурка была, а Магдалина. А черти из-за черты оседлости оказались обычными каторжанами. С того самого сто первого километра перед Олимпиадой-80.

Крикливое носатое меньшинство посткомиссаров, которое придумало постправду и fake news, присело и прижало уши, потому что привыкло к особотрепетному к себе уважению и к сладкой жизни на репарациях по диффамации. В воздухе витал дух настоящего сладостного погрома в соцсетях. Потому что ни одной лавки поблизости не обнаружил никто. Кроме Lavka-Lavka, где сидели подозрительно русопятые рожи.

История, изучаемая по "Википедии", сделала с русскими законодателями то, чего не смог сделать со своим народом сирийский диктатор Иосиф Ассанж. И потомку мегаблогера пришлось пожимать руку потомку Нагана.

Публику лишили главного — развития сюжета, а ведь некоторые уже приготовились выйти из-под невыносимой ипотеки Фельдмана-Фридмана, разгромив банки первой тройки. Вот эта неразрешённость драматургического конфликта и стала самой крупной причиной напряжённости в обществе. Русское общество нельзя фрустрировать таким образом. Общество без оргазма — страшное общество.

Мы, русские, с небесными ленивыми очами, поголовные выходцы из заполярной Териберки, привыкли к тому, что труп врага в наших северных землях не разлагается годами и на него приятно и познавательно смотреть. Показывать детям и внукам. Ставить у трупа почётный караул и организовывать очереди от Красной площади до самого ГУМа имени Куснировича.

Или до станции метро имени Кагановича. И говорить: "Смотрите, детки, вот лежит знаменитый террорист Владимир Ильич Санчес по кличке Шакал, его дедушка был выкрест Бланк, что значит "Белый". А внучок лежит на Красной. Дедушка служил в СС, и у внука — "мерседес". И пионеры, щебеча айфонами, спрашивают старшее поколение: "Деда, а что такое выкрест?" Идите в "Гугл", пионеры, сами сёрфите.

Чтобы хоть как-то спасти страну от неминуемой Великой Октябрьской Реституции 2017 года, на арену нашего цирка вышел Владимир Милонов, да продлит Аллах его дни. Он произнёс великую речь, достойную Цицерона и Калигулы. Которая остановила неминуемую продразвёрстку.

"Христиане выжили, несмотря на то что предки Бориса Лазаревича Вишневского и Максима Львовича Резника варили нас в котлах и отдавали на растерзание зверям".

В этом великом комическом скетче, от которого запершило в горле у всех оставшихся нераспятыми членов группы Monty Python, вся мудрость великого Владимира.

Бездна смыслов, игра историческими параллелями. Изумительное жонглирование библейскими лейблами ("ты мне Лазаря не пой — я учёная"), критика варварских обрядов циркумцизии ("все эти резники"), жёсткая насмешка над "оптимистическими трагедями" всяких вишневских. И, конечно, историзм, вылитый в граните: "христиане, отданные на съедение львам в римском Колизее на потребу еврейским патрициям". Потому что Львы были Лейбами. И не Троцкими, а Бронштейнами.

И страна заржала в голос. Оценив сатиру на окончательное решение еврейского вопроса. И опустились бейсбольные биты даже у тех менеджеров средней руки, у которых из котлов только те, что он купил в Mercury у Фридлянда.

Ржущий человек неспособен к погрому. Он даже Исаакий не может отстоять в кровавой битве с исааковичами.

И воцарились на обещанной земле мир, май и Зильбертруд.

Да накидает Виталию Милонову всемогущий Будда много-много реинкарнаций в панамку его кармы.