Генпрокуратура проверит "Центр здоровья детей" Минздрава на кумовство

"Национальный научно-практический центр здоровья детей" (НЦЗД) Министерства здравоохранения попал в антикоррупционное расследование. По данным Лайфа, общественный "Центр противодействия коррупции" направил в Администрацию президента запрос с просьбой разобраться, почему НЦЗД процветает кумовство и транжирят бюджетные деньги: на ключевых должностях работают родственники или знакомые директора, которые получают ежемесячно до 2 млн рублей. АП уже перенаправила заявление в Генпрокуратуру. По мнению борцов с коррупцией, эта ситуация ведет к нарушению бюджетного законодательства и конфликту интересов. Ранее проверяющие Росздравнадзора уже находили в НЦЗД нарушения.

В начале февраля в Управление президента по вопросам противодействия коррупции поступило заявление на имя его главы, Олега Плохого. Документ пришел от общественной организации "Центр противодействия коррупции в органах государственной власти". В документе говорилось о ситуации в НЦЗД — одном из ведущих учреждений страны такого рода.

Например, руководитель центра Александр Баранов поставил свою супругу, Лейлу Намазову, своим замом по научной работе, а директором подконтрольного Центру НИИ педиатрии стала дочь Намазовой от первого брака.

— При анализе поступивших в нашу организацию сведений <...> выяснилось, что государственный Центр здоровья детей фактически превращен в частное семейное предприятие, — написано в обращении в адрес Плохого. — Сложившаяся ситуация с расстановкой близких лиц благоприятствует нарушениям трудового законодательства при начислении зарплаты рядовым сотрудникам центра. За 2016-й год зарплата [большинства] снизилась на 20-40%, а у членов "семьи" и узкого круга доверенных сотрудников ощутимо увеличилась.

Так, продолжает автор обращения, супруга директора получает 1,5-2 млн рублей в месяц, а ее родственник, который заведует гаражом, получил 600 тыс рублей за минувший июль. Семья директора, говорится в заявлении, владеет недвижимостью в Испании и Австрии, и в декларации о доходах эта информация скрыта. Он отмечает, что при этом Намазова сделала трех медсестер из Центра своей прислугой — они помогают ей по дому и присматривают за детьми.

Все это происходит на фоне странной практики распределения грантов на научную работу. Как пишет автор обращения, тем сотрудникам, которые не имеют непосредственного отношения к науке, но приближены к начальству, выделяют гранты до 600 тысяч, а настоящим трудягам от медицины — по 100-150 тысяч. Изложив все это, автор обращения попросил Олега Плохого инициировать проверку деятельности Центра здоровья детей "на предмет нарушения антикоррупционного законодательства".

По данным Лайфа, в Управлении по противодействии коррупции заявление уже изучили и переправили в Генпрокуратуру, чтобы та начала проверку.

Автор обращения, председатель "Центра противодействия коррупции" Виктор Костромин рассказал Лайфу, как к нему попала информация о возможных нарушениях. Выяснилось, что об этом сообщили сами медицинские сотрудники.

— К нам поступила информация от сотрудников Центра здоровья детей. И теперь мы просим проверить данную информацию. Потому что люди зачастую могут преувеличивать, но, как правило, зерно всегда есть, — рассказал Лайфу автор. — С одной стороны, они оба [Александр Баранов и Лейла Намазова — Лайф] научные сотрудники и делают свое дело, с другой стороны, <...> они должны были обратиться в комиссию при РАН по конфликту интересов, чтобы комиссия рассмотрела, насколько их родственные отношения влияют на всю деятельность центра.

Особую озабоченность Костромина вызывают платные услуги.

— С моей точки зрения, там чрезвычайно много платных услуг детям. Это принципиально, — отмечает Костромин. — В антикоррупционном законодательстве четко не разграничен вопрос по конфликту интересов, и когда близкие родственники распоряжаются финансами, возникает большой вопрос распределения денежного потока. Это же автономное бюджетное учреждение, куда государство влило огромные деньги. И при этом оно еще само зарабатывает. Но распределение этих средств [идет] достаточно странно, с нашей точки зрения.

В самом Центре здоровья детей эту ситуацию не прокомментировали — пресс-служба на запрос оперативно не ответила. Тогда Лайф поговорил с одним из местных научных сотрудников. Он полагает, что претензии к Намазовой необоснованны, хотя и не отрицает, что ключевые посты в государственном медцентре заняли члены одной семьи.

— Претензии к Центру не очень справедливые, потому что Лейла Сеймуровна — действительно видный деятель науки. Все ее должности и статусы она получила заслуженно, — рассказал Лайфу один из сотрудников Центра здоровья детей. — У нее очень высокий индекс цитирования научных работ, а это уже о чем-то говорит.

Что касается получения грантов, то здесь собеседник Лайфа тоже уверен в честности процедур. По его словам, сотрудники, получающие деньги на свои исследования, проходят множество проверок и жесткий отбор.

Меж тем, как выяснил Лайф, проверки Росздравнадзора, МЧС, Роспотребнадзора и Росаккредитации не раз находили проколы в работе администрации. Например, столичный Росздравнадзор в октябре 2016 года нашел нарушение порядка оказания хирургической помощи, а также выявил проблемы во внутреннем контроле качества и безопасности проводимых процедур. Об этом Лайфу сообщил источник, знакомый с результатами проверки. Главного врача НИИ педиатрии, который действует при НЦЗД, обязали устранить нарушения. Парой месяцев ранее другая проверка того же ведомства обнаружила несоответствия по "бумажной" части — оказывается, форма добровольного согласия на медицинское вмешательство не была составлена в соответствии с российскими законами. На это обратили внимание родители одного из детей, о чем и сообщили в Росздравнадзор.

Вопросы кумовства и связанной с этим коррупции в рядах научных сотрудников поднимаются не первый год, но далеко не всегда становятся причиной проверок. Исключением стал декабрьский крупный скандал в Российской академии наук, когда по инициативе Национального антикоррупционного комитета проверили членов семей академиков. Оказалось, в 2016 году из 65 новых академиков и 104 член-корреспондентов 14 — близкие родственники именитых академиков. Некоторые семейные кланы руководят целыми научными подразделениями, которые оказывают в том числе и коммерческие услуги. В результате НАК направил заявление в прокуратуру с требованием проверить, нет ли нарушения законодательства в том, что именитые академики ставят на хлебные должности и госконтракты своих отпрысков.