Восстание обречённых. Жизнь и смерть в варшавском гетто

Восстание обречённых. Жизнь и смерть в варшавском гетто

Коллаж © L!FE. Фото: © EAST NEWS

12727
16 мая 1943 года варшавское гетто было уничтожено. Это была отчаянная попытка обречённых жителей гетто сразиться со своими угнетателями. Сражавшиеся за свободу не верили в победу, слишком неравны были силы. Но они были уверены, что лучше умереть стоя, чем жить на коленях.

Гетто в Европе существовали и до прихода нацистов. Но до войны гетто всего лишь было районом компактного проживания евреев. При этом в таких гетто жило немало представителей других национальностей и, конечно, никаких ограничений жизнь в гетто не накладывала. 

В первое время после захвата Польши немцы только экспериментировали, искусственно создавая в отдельных городах небольшие гетто на продолжительный срок. Хотя у евреев конфисковали большую часть ценностей и распространили на них дискриминационное законодательство рейха, поначалу им позволялось жить как раньше.

Ситуация стала меняться по мере того, как война разгоралась. Осенью 1940 года, через год после захвата Польши, в Варшаве создаётся гетто. Это происходило под прикрытием эпидемии. Дескать, в еврейских кварталах бушуют заразные болезни, поэтому поляков и лиц других национальностей начали принудительно выселять из районов будущего гетто. На их место стали привозить евреев, живших в других районах города и окрестностях.

Поначалу гетто было открытым, то есть его разрешалось покидать на какое-то время. Но уже через несколько недель оно стало закрытым. Район проживания евреев обнесли кирпичной стеной трёхметровой высоты, а также колючей проволокой. В отдельных местах были установлены КПП с вооружённой охраной. 

Покидать гетто можно было лишь по важнейшей служебной надобности, для чего требовалось получить специальный пропуск.

Заперев евреев в гетто, немцы получили возможность контролировать их и беспрепятственно вывозить в лагеря. Компактность их проживания значительно облегчала их депортацию и затрудняла бегство.

Варшавское гетто благодаря нескольким переселениям быстро оказалось крупнейшим в Европе. На пике численности его население достигало почти полумиллиона человек.

Жизнь в гетто

В пределах гетто власть принадлежала юденрату — органу местного сопротивления. Во главе варшавского гетто стоял Адам Черняков — видный довоенный деятель, некогда бывший польским сенатором. Быть во главе юденрата — незавидная судьба. С одной стороны, многие жители гетто ненавидели их и считали предателями, с другой стороны, жизнь и существование гетто зависели исключительно от отношений юденрата с немецкой администрацией, и главам некоторых гетто удавалось развить такую бурную деятельность, что немцы на время оттягивали уничтожение гетто, как это было в Лодзи, где Хаиму Румковскому удалось отсрочить уничтожение гетто до августа 1944 года.

Но именно юденраты по требованию немцев организовывали отправку жителей гетто в концлагеря, именно в юденратах составлялись списки на депортацию. Черняков, получив приказ организовать депортацию в лагеря большей части жителей гетто, попытался отстоять хотя бы детей. Когда не удалось и это, он принял яд.

Но ещё больше юденратов ненавидели "службу порядка" — т.н. еврейскую полицию. Поначалу в неё, насчитывавшую около двух с половиной тысяч человек, брали людей преимущественно образованных или имевших опыт работы в полиции до войны. Однако ситуация очень быстро изменилась, поскольку полицию стали привлекать не только к охране общественного порядка, но и к облавам на укрывавшихся от депортации в лагеря. Все сколько-нибудь приличные люди в таком участвовать не желали и под разными предлогами покидали полицию, несмотря на повышенный паёк за службу.

Вместо них стали набирать тех, кто шёл. А шли в основном люди беспринципные, что только укрепляло ненависть к полиции.

Вместе с тем порой в полиции оказывались связанные с подпольем агенты, которые, напротив, предупреждали об облавах и даже помогали укрываться от них. Кроме того, беспринципность полицейских имела и положительную сторону. За взятку они закрывали глаза на контрабанду, что было на руку всем жителям гетто.

Контрабандисты

В гетто создавались всевозможные мастерские и маленькие фабрики, производившие различные товары — от галантерейных безделушек до немецкой униформы, и практически бесплатно работавшие на немецкий рынок. Взамен немцы продавали юденратам небольшое количество продовольствия для распределения. Схема работала плохо, в гетто было множество детей, стариков и больных, явно нетрудоспособных людей, а немцы давали очень мало продовольствия. Даже те, кто работал на немецких фабриках, работали практически бесплатно, их дневного заработка хватало в лучшем случае на кусок хлеба.

Если бы не контрабандисты, жители гетто очень скоро вымерли бы от голода. Несомненно, эти люди заботились только о личном благе, но в конечном счёте гетто жило благодаря их нелегальной деятельности. Они вывозили из гетто ценности и товары, произведённые в мастерских, а в гетто привозили еду, купленную у польских крестьян на городских рынках.

В основном контрабанду курировали уголовные элементы. Мелкие контрабандисты в основном перебрасывали мешки через стены, но самые крупные тузы просто платили огромные взятки полицейским и охранникам на КПП и провозили через главный вход целые обозы, гружённые продовольствием.

Через их руки проходили баснословные суммы. Многие из них жили гораздо лучше, чем до войны. Контрабандисты кутили в ресторанах с женщинами, на стол там порой подавались изысканные деликатесы, рекой лилось спиртное.

Контрабандисты жили хорошо, но недолго. Немцы очень быстро поняли, что в гетто процветает контрабанда, и взялись бороться с этим своим любимым способом — расстрелами. Простых полицейских и охранников ещё можно было подкупить, но вот когда объявлялись немецкие операции по борьбе с бандитизмом, контрабандистов просто расстреливали на месте без суда.

Но ни облавы, ни криминальные разборки не уменьшали поток желающих попробовать себя в этом незаконном ремесле.

Существовала и ещё одна категория контрабандистов. Это были поляки, имевшие доступ в гетто. В этой части города располагалось несколько фабрик, на которых работали в том числе и поляки. Этим работникам разрешалось посещать гетто, при этом строгих досмотров не было, и поляки часто приносили еду — на неё они выменивали у жителей гетто какие-то ценности, которые тем удалось сохранить при обысках и конфискациях.

Первая депортация

После того как немцы завязли в войне с СССР, руководство нацистов решило, что труд еврейского населения эксплуатируется незначительно. Было решено начать уничтожение гетто. Здоровое и трудоспособное население вывозилось в трудовые лагеря, а старики и инвалиды — в лагеря смерти.

Слухи о предстоящей депортации ходили в варшавском гетто с начала 1942 года, но немцы их опровергали. Дабы не быть голословными, они даже разрешили юденрату открыть несколько новых школ и приютов для сирот.

Но летом 1942 года немцы объявили о "разгрузке" гетто, в котором планировалось оставить не более 50 тысяч человек. В гетто оставались только работники немецких предприятий, сотрудники полиции и юденрата и их семьи, а также врачи. Всем остальным было объявлено о том, что они будут вывезены на строительные работы.

Узнав об этом, глава юденрата Черняков покончил с собой, не желая участвовать в расправе над собственным народом. Новое руководство поначалу вносило в списки на депортацию только нищих, бездомных и инвалидов, но немцы не были настроены на компромиссы и требовали беспрекословного подчинения их распоряжению.

К осени 1942 года план был выполнен. В гетто осталось около 50 тысяч жителей. Несколько тысяч человек смогли укрыться от депортаций.

Подполье

Депортация не могла не привести к появлению организованного подполья. В гетто оказалось немало активистов различных довоенных организаций: были и коммунисты, и правые и левые сионисты, и социалисты. Пока немцы хотя бы не трогали жителей, ещё можно было ждать перелома в войне и надеяться на освобождение. Но теперь надо было что-то делать, поскольку стало ясно, что немцы ни на какие компромиссы не пойдут.

Меньшинство предложило поднять восстание и вырваться из гетто или умереть в бою. Другая часть настаивала на агитации депортируемых, чтобы те оказывали сопротивление полиции и скрывались. Большинство считало, что восстание — это хорошая идея, но оно погубит всех, поэтому не стоит обрекать на гибель население, а лучше обратиться с просьбой о помощи к западным странам, связавшись с польским правительством в изгнании.

После депортации все решили действовать самостоятельно. Была создана Еврейская боевая организация. В неё вступили в основном придерживавшиеся левых убеждений. Правые примкнули к Еврейскому воинскому союзу, объединявшему евреев, до войны служивших в польской армии. Обе организации стали устанавливать контакты с польским подпольем. 

Главная проблема, с которой столкнулись подпольщики, — оружие. Его приходилось просить у польских подпольщиков, но те сами испытывали в нём большую нужду, оружие и боеприпасы им сбрасывали английские или советские самолёты. Кроме того, они просто не верили, что жители гетто готовы оказать сопротивление, и опасались, что переданное оружие уйдёт на чёрный рынок. 

Восстание обречённых

За несколько дней до восстания подпольщикам стало известно, что немцы готовят очередную массовую депортацию и, по всей видимости, гетто будет полностью уничтожено. Теперь отступать было некуда, и подпольщики решили поднять восстание. Все понимали, что никаких шансов на победу нет. 

Накануне восстания прошла встреча боевого союза с воинским. Члены воинского союза стали сначала уговаривать, а потом и требовать, чтобы члены боевого союза вступили к ним и у восставших было единое командование. Спор был таким горячим, что дошло до драки. Но в конце концов все успокоились и договорились о том, что каждая организация возьмёт себе определённую зону обороны.

Утром 19 апреля 1943 года началась ликвидация гетто. К ней привлекли и немецкие части СС, СД и полиции. Подпольщики были готовы и заранее оборудовали огневые точки, в некоторых местах установили самодельные мины и заняли позиции.

Они пропустили на узкие улицы двигавшихся в сомкнутых колоннах немцев и открыли по ним огонь. Не ожидавшие сопротивления немцы вдруг оказались под перекрёстным огнём и бежали. 

Первоначально операцией руководил фон Заммерн, но он растерялся от оказанного сопротивления. Гиммлер в исключительно непечатных выражениях по телефону потребовал снять с командования фон Заммерна и немедленно подавить сопротивление. Операцию возглавил Юрген Штрооп.

Немцы вернулись, увеличив свою численность и гораздо лучше вооружённые. Их тактика заключалась в том, чтобы мощным напором отодвинуть повстанцев и занять плацдарм в гетто, с которого потом и вести дальнейшие операции. Благодаря подавляющему превосходству в огневой мощи, они смогли заставить восставших отступить с укреплённых позиций.

Немцы опасались, что поляки окажут поддержку восставшим, поэтому охранявшие периметр гетто латыши были заменены на немецких эсэсовцев.

Восставшие заранее подготовились и оборудовали в гетто множество подземных бункеров. Они прекрасно знали местность и активно использовали канализацию, что позволяло им организовывать засады в неожиданных местах.

Планировалось уничтожить гетто за три дня, но прошла уже неделя, а немцы всё ещё не контролировали ситуацию. Штрооп переходит к тактике выжженной земли, и немцы начинают сжигать один дом за другим. 

Но и эта тактика не принесла успеха. Проходил день за днём, а сопротивление продолжалось.

Штрооп вновь сменил тактику. Заметив, что повстанцы по ночам передвигаются с позиции на позицию, он организовал по совету Шпилькера т.н. партизанские патрули. В отличие от стандартных армейских эти патрули были максимально замаскированы (сапоги обматывали тряпками, чтобы бесшумно передвигаться, а лица мазали чёрной краской), и их целью было выслеживание повстанцев, чтобы обнаружить местонахождение их складов и бункеров. Периодически эта тактика приносила успех.

Только 8 мая немцам удалось добиться перелома. В этот день после ожесточённого боя ими был захвачен бункер, который оказался штабом восставших (бункер Анелевича). В нём находились руководители восстания, которые либо погибли в перестрелке, либо покончили с собой. Лишь незначительной части удалось покинуть бункер. 

Еврейского квартала в Варшаве больше не существует

С момента захвата бункера Анелевича восстание пошло на спад. Повстанцы были обескровлены, а немцы контролировали большую часть гетто, которое к тому моменту превратилось в руины.

Уцелевшие повстанцы стали покидать гетто через канализационную систему и несколько специально вырытых туннелей. Выходили малыми группами, чтобы рассеяться в Варшаве, поскольку слишком сильно бросались в глаза после трёх недель боёв.

Все уцелевшие гражданские, спрятавшиеся в укрытиях и обнаруженные немцами, были отправлены в Треблинку.

Около 13 тысяч человек погибло при подавлении восстания. Гораздо больше было расстреляно немцами при взятии в плен. Но самая большая часть погибла в огне или задохнулась от дыма. Марек Эдельман позднее говорил, что восставших победили не немцы, а огонь.

По утверждению руководившего подавлением восстания Штроопа, немцы потеряли всего 16 человек убитыми и около 100 ранеными. Многими исследователями эта цифра подвергается сомнению как чрезмерно заниженная. 

После подавления восстания Штрооп отослал в Берлин отчёт под названием "Еврейского квартала в Варшаве больше не существует". Отчёт сопровождался многочисленными фотографиями, которые были сделаны для "благодарных потомков".

Последующая судьба

Почти все высокопоставленные участники подавления восстания либо погибли, либо были привлечены к ответственности после войны. Фердинанд фон Заммерн, руководивший выселением гетто и снятый со своего поста после бегства солдат в первый день восстания, был переведён в Хорватию, где командовал полицейскими силами. В сентябре 1944 года он погиб в перестрелке с партизанами Тито.

Людвиг Ганн — командующий полицией безопасности в Варшаве, принимавший самое активное участие в подавлении восстания — в первые годы после войны избежал преследований и работал адвокатом в ФРГ. В 60-е годы его несколько раз арестовывали и каждый раз отпускали. Только с пятой попытки в 1975 году он был осуждён на пожизненное лишение свободы, но в 1983 году отпущен по состоянию здоровья и вскоре умер от рака.

Непосредственно руководивший уничтожением гетто Юрген Штрооп пошёл на повышение и стал высшим руководителем СС и полиции в Греции, а затем в Рейне. После войны он был приговорён американцами к смертной казни за расстрелы в Греции, после чего передан Польше. Польский суд за преступления в Варшаве также приговорил его к смерти. Штрооп был повешен в тюрьме Мокотув в марте 1952 года.

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×
Скачайте в App Store
#Первые по срочным новостям!
Загрузите на Google Play
#Первые по срочным новостям!