"Адский атаман". Удивительная жизнь и загадочная смерть Григория Котовского

"Адский атаман". Удивительная жизнь и загадочная смерть Григория Котовского

Коллаж © L!FE  Фото: © Wikipedia.org

65607
6 августа 1925 года был убит один из самых знаменитых деятелей Гражданской войны Григорий Котовский. В убийстве был обвинён один из его ближайших соратников, но мотива у него не было.

Котовский стал уникальным персонажем советской истории. Пожалуй, ни одному другому профессиональному преступнику не удавалось сделать в советской стране такой карьеры. Он проделал путь от обычного налётчика до командира корпуса, на его примере воспитывали советских детей. Котовский прочно вошёл в советский фольклор, став одним из самых узнаваемых персонажей войны, персонажем легенд и анекдотов. Лайф выяснил, как Котовскому удалось превратиться из бандита в уважаемого государственного деятеля.

Детство

Григорий Котовский родился в весьма обеспеченной семье в 1881 году. Его отец Иван Катовский (до революции его фамилия писалась через "а") работал механиком на винокуренном заводе очень богатого помещика из рода Манук-Беев. Когда ему было два года, умерла его мать. В пять лет маленький Григорий упал с крыши и на всю жизнь остался заикой.

Котовский не имел никаких оснований сетовать на непроходимую нужду в детстве. Хотя во всех биографиях, изданных уже после его смерти, сообщалось, что он вырос в крайней нужде, это лишь стандартный пропагандистский приём. Его отец неплохо зарабатывал. А после его смерти от туберкулёза активную роль в жизни Григория играл сам помещик Манук-Бей. Он хорошо относился к отцу Котовского и даже стал крёстным отцом мальчика.

Помещик взялся помочь Григорию устроиться в жизни. Он отправил его в Кишинёвское реальное училище. Но Котовский провёл там всего несколько месяцев. Он с детства отличался необузданным характером и постоянно ввязывался в драки. В конце концов за плохое поведение его исключили, и он вернулся обратно.

Тем временем его сестра вышла замуж за управляющего одного из местных заводов. С ним Григорий также не сошёлся характером и однажды набросился с кулаками. Манук-Бей всё ещё рассчитывал, что буйный нрав Григория — следствие переходного возраста. Он выхлопотал своему крёстному обучение в Кокорозенском училище, где готовили агрономов и виноделов. Помещик пообещал, что отправит Котовского в Германию на Высшие сельскохозяйственные курсы, если тот справится с учёбой. Через несколько лет Манук-Бей умер, не успев исполнить своё обещание.

В этом училище студенты жили на полном пансионе. И Котовский как будто взялся за ум. Пел в местном хоре, усиленно изучал немецкий язык. Сложности начались на практике. Перед получением диплома студенты обязаны были её пройти. Котовский завербовался к одному из помещиков, но вскоре был изгнан за кражу денег. Сам Котовский уверял, что имение обворовали, а деньги он не брал.

Тогда он завербовался к другому помещику, но и здесь не устоял перед соблазном и присвоил себе деньги, затем ударившись в бега. Правда, в советское время он уверял, что никаких денег не крал, а заступился за нещадно эксплуатируемых батраков и побил жестокого помещика, за что и был избит его слугами и выброшен в лесу.

После этого Котовский уже не мог наняться ни к одному помещику. Чтобы найти работу, он подделал рекомендательное письмо, но его обман был раскрыт, и он впервые оказался в тюрьме за подлог и кражу. Правда, очень скоро он был отпущен по причине "нервной болезни".

В тюрьме он познакомился с другой жизнью и проникся уважением к воровскому миру. Но профессиональным преступником он стал чуть позже.

Воровская жизнь

Попрощавшись с карьерой агронома, Котовский переменил несколько низкоквалифицированных работ. Трудился на пивоваренном заводе, затем на подённых работах. Некоторое время он занимался мелким криминалом. В 1905 году был призван в армию. В стране начиналась революция, и Котовский решил, что наступает его время. После драки с фельдфебелем он оказался на гауптвахте, откуда бежал.

Бежав из армии, Котовский сколотил банду. В то время он именовал себя Атаман Адский. Его профилем были налёты на богатые имения помещиков. Как правило, вооружённый Котовский просто заходил в имение и задушевно беседовал с помещиком, наведя на него пистолет. Но в некоторых случаях, когда было скучно или помещик попадался несговорчивый, он устраивал "иллюминации", т.е. поджигал дома. Грабил он не только имения, но и магазины, а также квартиры.

В советское время утверждалось, что все деньги Котовский раздавал бедным или же отсылал в Красный крест. Но это, разумеется, не так. Котовский действительно имел тягу к эффектным театральным жестам. Он мог приехать в село и рассыпать крестьянам заранее заготовленную мелочь. Или в пылу чувств дать какой-нибудь служанке несколько рублей, но не больше.

Когда в 1937 году готовилось издание книги про Котовского, были проведены поиски свидетелей его благодеяний. Удалось найти несколько человек, но по их рассказам речь действительно шла о мелочёвке в несколько рублей. Только одна служанка вспомнила, что Котовский при грабеже её патрона одарил её 30 рублями (месячная зарплата неквалифицированного чернорабочего, дворник получал больше). Впрочем, её рассказ можно поставить под сомнение. По её словам, он дал ей 30 рублей, чтобы купить лошадь и корову. Видимо, придумавший эту историю был не в курсе цен 1905 года. В те времена корова стоила около 50 рублей, а хороший конь и того дороже. Купить на 30 рублей и лошадь, и корову можно было с тем же успехом, что и сейчас за 10–15 тысяч рублей приобрести автомобиль.

Но даже в СССР не отрицалось, что Котовский вёл образ жизни, далёкий от аскетичного: "На собственном выезде, важно восседая в фаэтоне, появлялся Котовский в Кишинёве, останавливался в перворазрядных гостиницах, покупал первые места в театрах, посещал кондитерские и рестораны".

Крупные суммы уходили и на содержание полицейских. Легендарная неуловимость Котовского объяснялась двумя вещами. Во-первых, в стране шла революция, с повсеместными уличными боями, террором и экспроприациями. Правоохранителей элементарно не хватало. Во-вторых, Котовский завербовал большую часть местных полицейских. 

Праздник непослушания продлился год. Когда ситуация стала выправляться, губернатор потребовал покончить с бандитизмом. Полицейские не захотели лишаться работы, так что с неуловимостью Котовского было покончено за несколько дней. В феврале 1906 года он оказался в тюрьме. Позднее осудили и подкупленных им полицейских.

Правда, большая часть его банды осталась на свободе и организовала ему побег, напав на охрану тюрьмы. Но неудачно: на помощь подоспели полицейские. Однако через несколько месяцев Котовский смог бежать. Его подельники при помощи некой женщины, выдававшей себя за дворянку-благотворительницу, сумели передать Котовскому сигареты с опиумом, которыми он угостил надзирателя. Уснувший охранник уже не смог помешать его побегу.

Но на свободе Котовский оставался около месяца. Уже в сентябре он вновь был пойман. Теперь его должны были судить за дезертирство и несколько десятков вооружённых налётов.

Каторга

На суде Котовский уверял, что все преступления совершал по политическим мотивам, а вовсе не уголовным (к политическим отношение в те времена было более мягким) и что он борец за права трудящихся.

В ожидании приговора в тюрьме Котовский с ходу решил получить вес, оспорив власть находившегося там криминального авторитета по фамилии Загари. В кровавой драке стенка на стенку Загари был убит одним из сторонников Котовского, чьё превосходство теперь никто не оспаривал.

Тем временем суд приговорил его к 12 годам каторги и он был этапирован в Сибирь. Котовский как будто смирился со своей участью и даже начал активно сотрудничать с администрацией. Ещё в тюрьме он, вспомнив молодость, стал петь в хоре. На каторге он завербовался на железнодорожные работы и даже продвинулся до десятника. Этим он надеялся заслужить амнистию, ходили слухи, что в честь 300-летия дома Романовых амнистию дадут всем.

Амнистию действительно дали, но только заключённым по политическим делам. А Котовский считался уголовником. Тогда он снова решил бежать. Позднее, уже в советское время, он уверял, что при побеге убил двух охранников, но это не так. В действительности каторга охранялась очень плохо, вокруг всё равно была зимняя тайга, и шансы беглецов были невелики. Котовский рискнул и уцелел.

Несколько дней он блуждал по тайге, пока не вышел к железной дороге. Некоторое время он приходил в себя, после чего перекрасил волосы (до революции он не брился налысо, но с возрастом стал терять волосы и начал сбривать их — так и появилась знаменитая лысина, ставшая его фирменным стилем) и на поездах добрался до Сызрани, где залёг на дно. Он сумел нелегальными путями раздобыть паспорт на чужое имя и перебивался случайными заработками. Вскоре его опознали и заключили в местную тюрьму, откуда он опять бежал.

Котовский вернулся в родные края и прятался у одной из своих сестёр. Теперь он сменил тактику и больше не являлся при полном параде к своим жертвам. Он ограничивался записками с требованием выплаты ему дани. Он вымогал деньги не только у помещиков, но и у фабрикантов и владельцев магазинов. Он также расширил ареал своей деятельности — помимо Бессарабии он начал "работать" и в богатой Одессе. Впрочем, в 1915 году он вновь вернулся к театрализованным налётам.

В молодости Котовский сделал себе под глазом воровскую наколку, но теперь, в целях конспирации, свёл её. Он достал паспорт на чужое имя и завербовался управляющим имения к одному из помещиков. Но слава Котовского к тому времени достигла такого размаха, что его портреты регулярно печатались в местных газетах. Очень скоро он был опознан и арестован. Он пытался скрыться от погони, но был ранен.

На этот раз Котовского за многочисленные преступления приговорили к смертной казни. Однако в Бессарабии действовало военное положение (шла Первая мировая) и все смертные приговоры в обязательном порядке утверждались военными. Приговор Котовскому должен был утвердить генерал Брусилов, командующий Юго-Западным фронтом.

Это и спасло Котовского. Он прознал, что супруга генерала, мадам Желиховская, — дама весьма необычная. Она была родственницей знаменитой Блаватской и страстно увлекалась теософией и оккультизмом, приобщив к этому даже мужа. Котовский из заключения написал ей страстное письмо, в котором называл себя "случайно павшим человеком", клялся, что на нём нет крови, и горячо уверял, что хочет исправить то зло, которое совершил, и пасть "за наше Великое Отечество". Котовский просил, чтобы его отправили на фронт.

Желиховская не устояла и начала обрабатывать мужа, прося "пощадить душу" столь необычного преступника. Брусилов поначалу отложил казнь, а затем заменил её пожизненной каторгой.

На свободе

Но через несколько дней произошла Февральская революция, которая освободила Котовского. Поначалу ему смягчили срок до 12 лет каторги, а уже в мае 1917 года он был отпущен. За Котовского ходатайствовали местные революционные деятели, а сам он отправил в Петроград телеграмму с просьбой зачислить его на фронт. В столице всем было не до Котовского, которого там толком не знали, поэтому оставили решение на усмотрение местных.

Питавший страсть к театральным поступкам, Котовский тут же устроил в Одессе аукцион, продав на нём свои кандалы и предметы одежды, и вскоре отбыл на фронт. В советских источниках сообщается, что Котовский отважно сражался с немцами и был награждён Георгиевским крестом. Но это неверно, на фронт он прибыл только в августе 1917 года, когда армия уже разложилась. 

После революции Котовский попытался вернуться к прежнему ремеслу, сколотив отряд налётчиков, но обстановка быстро изменилась. Бессарабию заняли румынские войска, на Украину пришли немцы, а потом войска "Антанты". Котовский распустил свой отряд, выправил документы на новое имя и поселился в Одессе.

Он имел тесные связи с воровским подпольем в Одессе, которая до революции славилась как самый криминальный город империи. Весь 1918 год он занимался воровским промыслом.

После ухода французов в городе началась анархия. Короли воровского мира Одессы Япончик и Котовский вышли из подполья. Теперь их отряды грабили "убегавших буржуев". Люди Котовского даже сумели обчистить хранилище Госбанка. Ценностей было так много, что вывозили их на грузовиках.

В РККА

Вскоре город заняли большевики. В ту пору они ещё были слабы и рады любой помощи. Они активно шли на контакт и сотрудничество даже с матёрыми уголовниками. Например, в Сибири им удалось перевербовать в свою пользу знаменитого бандита Нестора Каландаришвили, который фактически руководил партизанским подпольем, а значительную часть партизан "дедушки Нестора" составляли уголовники.

В Одессе большевики взяли на службу и Япончика, и Котовского. Поскольку второй был образованнее и к тому же выдавал себя за революционера, ему поручили командовать бригадой. Япончику дали только полк, который входил в состав бригады Котовского.

И те и другие активно привлекали к службе своих приятелей из воровского мира. Правда, у Котовского эти люди служили на командных должностях, а рядовой состав бандитским не был, тогда как Япончик весь полк набрал исключительно из бандитов. Результат был предсказуем: ещё в процессе отправки полка Япончика на фронт все перепились и две трети личного состава дезертировало. А после первого же боя бежали и остальные. Большевикам пришлось устраивать карательную акцию, и они перебили почти всех своих ненадёжных товарищей по оружию.

Бригада Котовского в основном занималась проведением карательных акций против "зелёных" повстанцев, которые в изобилии водились в тех краях. Котовцы сражались с отрядами всевозможных батек и атаманов. Через несколько месяцев украинские территории заняли части Деникина, и котовцы оказались между петлюровцами и белыми. По тылам петлюровцев они вышли к Житомиру, где соединились с частями РККА.

К этому времени бригада Котовского была почти небоеспособна. Почти весь личный состав слёг с болезнями, и сам Котовский оказался в лазарете с воспалением лёгких. В 1920 году он наконец вступает в партию большевиков.

До конца 1921 года Котовский участвовал в основном в локальных операциях против "зелёных". Рассказы о героических подвигах и победах Котовского очень сильно преувеличены как им самим, так и последующей пропагандой. В действительности он не одерживал каких-то значимых побед в боях с основными противниками советской власти — петлюровцами и белыми. Да и не мог этого сделать: численность его бригады колебалась от 250 до 700 человек, всё же это была незначительная сила для полноценных боевых действий.

От петлюровцев он чудом унёс ноги, оказавшись в окружении. Однажды ему удалось пленить крупную группу белых офицеров, но только потому, что румыны не пропустили их через границу и те добровольно сдались. С отрядами Махно ему также не удалось справиться. Зато более удачно он действовал против небольших отрядов атаманов и батек. Все свои ордена Красного знамени он получил за действия против "зелёных".

Делец

За время службы Котовский близко познакомился с Михаилом Фрунзе, выходцем из молдаван. Фрунзе взлетел очень высоко и начал продвигать и Котовского. Его назначили командиром кавалерийского корпуса. Фрунзе, используя своё влияние, добился выделения из состава Украинской ССР молдавской автономии. В состав её центрального исполнительного комитета вошёл и Котовский, который был горячим сторонником автономизации. Тем временем начинается новая экономическая политика — частичный возврат к рыночным отношениям.

НЭП позволил Котовскому развернуться во всю ширь. Он начал заниматься бизнесом в промышленных масштабах. Он арендовал несколько сахарных заводов, а в своём корпусе развернул "военно-потребительскую кооперацию". Солдаты шили сапоги, одежду, Котовский это продавал. Потом начал строить мельницы, заниматься производством мяса на подсобных хозяйствах, выращивал хмель, открыл пивоваренные заводики.

В Умани, где базировался его корпус, Котовский стал полновластным хозяином. К нему, как к дону Корлеоне, шли жители окрестностей, чтобы он помог, рассудил, наказал и т.д. Конечно, Котовский к середине 20-х превратился в того самого буржуя, которых он всю жизнь грабил, но во времена НЭПа на это закрывали глаза. После политики военного коммунизма страна в буквальном смысле лежала в руинах и власть не могла своими силами восстановить хозяйство.

Котовский организовал бессарабскую сельскохозяйственную коммуну, в которой работали его ветераны. Обеспечивалась коммуна по высшему разряду, были даже верблюды.

Загадочная гибель

Амбиции Котовского росли. Теперь он задумался о политике. Вместе с Фрунзе ему удалось добиться создания Молдавской АССР, где он, судя по всему, планировал стать полновластным хозяином. Котовский даже передал на баланс автономии часть своих производств. Это был явно политический шаг (всё же нэпман во главе советской республики — это уже перебор). Фрунзе, ставший к тому времени наркомом обороны вместо Троцкого, активно продвигал Котовского.

6 августа 1925 года Котовский был застрелен во время отдыха на даче. Убийцу никто не видел. Подозреваемым оказался некий Мейер Зайдер — выходец из воровского подполья. До революции Зайдер держал в Одессе публичный дом и однажды спас жизнь Котовскому — тот уходил от погони и спрятался в его борделе. Затем Зайдер служил адъютантом Япончика в РККА, но после расправы над криминальным авторитетом и его людьми смог уцелеть. Несколько лет он скитался по России, перебиваясь случайными заработками. В начале 20-х он узнал, что Котовский очень хорошо устроился в Умани, и приехал к нему напомнить о долге.

Котовский Зайдера помнил и сразу же назначил его на должность начальника охраны на одном из своих сахарных заводов. Однако у Зайдера не было ни одного мотива убивать своего благодетеля. Котовский хорошо к нему относился, и сам Зайдер был очень рад денежной и непыльной работе. Во время следствия Зайдер нёс какую-то нелепицу, постоянно меняя показания, которые становились всё более абсурдными. То выяснялось, что он убил Котовского из ревности, то он случайно застрелил его в пылу драки, пытаясь разнять дерущегося с одним из гостей шефа, то заявил о том, что был обижен на Котовского за то, что тот его не повышал.

Зайдер получил удивительно мягкий приговор за убийство "героя революции" — всего 10 лет. При этом уже через два года он был освобождён. Вскоре его убили сподвижники Котовского ещё по воровскому миру. Убийство организовал один из ветеранов-котовцев, близкий друг самого Котовского и его помощник Григорий Вальдман — бывший профессиональный преступник-рецидивист и дезертир.

Интересно, что близкие родственники Котовского не верили в то, что убийцей был Зайдер, и уговаривали котовцев не мстить ему, так как он мог что-то знать о настоящем убийце. Кажется, даже советская власть не очень верила в виновность Зайдера. В вышедшей в 1937 году биографической книге, закрепившей легендарный образ Котовского, имя его убийцы вообще не называется. Сообщается лишь, что его убили "злейшие враги народа — троцкистские выродки —агенты иностранных разведок".

Но кто же убил Котовского на самом деле? Это загадка, которая вряд ли когда-либо будет разгадана. Нельзя исключить и того, что заказ на Котовского поступил сверху. В партии всегда с большим подозрением относились к излишне самостоятельным деятелям, которые примкнули к их рядам уже в ходе войны. Ярким свидетельством этому были Щорс и его ближайшие сподвижники, погибшие с интервалом в несколько дней при крайне странных обстоятельствах.

Перед своей гибелью Котовский явно демонстрировал политические амбиции. Фактически он уже начал политическую карьеру. Часть своих заводов передал на баланс республики, вошёл в состав ЦИК, его люди агитировали в деревнях за "молдавскую автономию". Котовский очень настойчиво ходатайствовал об увеличении партстажа. Он пытался добиться, чтобы членство в партии ему продлили с 1920 до 1917 года, уверяя, что уже тогда он фактически примкнул к большевикам. В этом ему было отказано.

Стоит отметить и загадочную смерть его покровителя Михаила Фрунзе, скончавшегося после рядовой операции всего через два месяца после Котовского.

Однако нет никаких данных в пользу того, что Котовский был убит по приказу Сталина, поскольку в 1925 году тот ещё не обладал всей полнотой власти — это как раз был год самой активной борьбы за власть между кремлёвскими группировками. В известной степени смерть Фрунзе была на руку Сталину, поскольку тот был скорее нейтральной и компромиссной фигурой. После его гибели Сталину удалось поставить во главе военного ведомства безоговорочно преданного ему Ворошилова.

Однако это лишь домыслы. Нельзя сбрасывать со счетов и криминальную версию. В окружении Котовского было немало профессиональных преступников.

Есть и куда более прозаическая версия гибели Котовского — пьяная драка. Перед тем как в очередной раз изменить показания, Зайдер утверждал, что в тот день на даче было шумное застолье. И Котовский что-то не поделил с одним из гостей. Завязалась драка. Зайдер, по его словам, пытался отобрать у дравшихся пистолет, за который они боролись, но в свалке случайно спустил курок. По понятным причинам такая нелепая смерть выглядела совсем негероической и противоречила образу легендарного героя войны.

Зайдера могли заставить изменить показания на более подобающие образу "героя-большевика", а взамен приговорили к более мягкому наказанию (два года в тюрьме фактически равнозначны наказанию за убийство по неосторожности). Впрочем, свидетели уверяли, что убийство точно произошло не за столом и убийцу никто из них не видел.

Вскоре после смерти Котовского начинается создание его культа. Поскольку мёртвый командир был уже неопасен с политической точки зрения, его можно было возвеличивать почти как Сталина и Ленина. К середине 30-х Котовский и Чапаев превращаются в таких легендарных фигур, что могло сложиться впечатление, будто именно эти двое со своими отрядами в одиночку выиграли Гражданскую войну.

На самом деле, с военной точки зрения вклад Котовского в победу весьма невелик. Тем не менее ему удалось стать одним из самых харизматичных и узнаваемых участников гражданской междоусобицы в России.

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×
Скачайте в App Store
#Первые по срочным новостям!
Загрузите на Google Play
#Первые по срочным новостям!