Глава военной автоинспекции рассказал об иностранной технике в ведомстве

Глава военной автоинспекции рассказал об иностранной технике в ведомстве

1955
ВАИ планирует увеличить техническое оснащение

И. КОРОТЧЕНКО: И первый вопрос, каково назначение Военной автомобильной инспекции? Какие цели она преследует, и какие задачи решает?

С. ПОСТНИКОВ: Военная автомобильная инспекция предназначена для обеспечения безопасности дорожного движения в вооружённых силах Российской Федерации. Её деятельность направлена на сохранение жизни и здоровья людей, в том числе и военнослужащих, и гражданских, которые участвуют в дорожном движении. Главная задача – сокращение уровня аварийности с участием воинского транспорта. И эта задача решается разными путями и способами. Это основной критерий того, что мы делаем.

И. КОРОТЧЕНКО: А военный автомобильный инспектор может остановить обычного водителя? Или его компетенция распространяется только на автотранспорт Министерства обороны? Расскажите про отличительные черты.

С. ПОСТНИКОВ: Наша деятельность направлена именно на вооружённые силы, войска и воинские формирования. Военный автомобильный инспектор не может остановить на дороге обыкновенный гражданский транспорт, его компетенция на это не распространяется. Даже если за рулём этого гражданского транспорта будет сидеть военнослужащий, всё равно мы не имеем права принять никаких мер – ни к нему, ни к его автомобилю. Ни остановить его, ни досмотреть - ничего не можем сделать. Наша деятельность распространяется именно на воинский транспорт: это чёрные номера, которые ездят по нашим дорогам. Именно на них мы ориентируемся, и их контролируем. Мы имеем право оказывать воздействие на тех водителей, которые сидят за рулём этих транспортных средств. Поэтому мы и говорим о том, что мы обеспечиваем безопасность движения в вооружённых силах, войсках, воинских формированиях. В органах не обеспечиваем, у них своя специфика. А МЧС, внутренние войска и вооружённые силы входят в сферу нашей компетенции. Мы контролируем соблюдение водителями, находящимися за рулём военного автомобиля, правил дорожного движения. Мы обеспечиваем передвижение воинских колонн по дорогам общего пользования совместно с ГИБДД. Потому что именно ГИБДД является основным хозяином на дорогах, но мы совместно с ними имеем право организовать передвижение войск. 

И. КОРОТЧЕНКО: А когда впервые в вооружённых силах нашей страны появилась ВАИ?

С. ПОСТНИКОВ: Понятие «Военная автомобильная инспекция» появилось впервые 26 августа 1942 года, когда была проведена реорганизация главной автодорожной службы. И отделы военных автомобильных дорог, дорожно-комендантской службы и инспекторский отдел слились в один отдел – военной автоинспекции и военных автомобильных дорог. Своим началом мы считаем архивную справку, она и положила начало деятельности Военной автомобильной инспекции в 1942 году. В дальнейшем она постепенно реформировалась, были созданы военные автомобильные инспекции военных округов, групп войск, со временем были созданы старшие инспектора ВАИ  гарнизонов. В вооружённых силах постоянно увеличивался контроль за транспортом, и естественно, руководству требовалось, чтобы контроль за движением этого транспорта, за соблюдением военными водителями правил дорожного движения, был постоянным, непрерывным и действенным. Естественно, чем больше дорожного транспорта, тем больше совершалось дорожно-транспортных происшествий, и вся деятельность военно-автомобильной инспекции была направлена на то, чтобы сократить количество дорожно-транспортных происшествий, особенно с гибелью и ранением людей. В настоящий момент это тоже очень актуально. 

И. КОРОТЧЕНКО: Какова нынешняя структура ВАИ? На кого вы замыкаетесь, и как она представлена сегодня в военных округах и гарнизонах?

С. ПОСТНИКОВ: Я начну чуть раньше. В 2005 году директивой министра обороны была создана Военная автомобильная инспекция министерства обороны. Она объединила в себя все ВАИ, которые были в военных округах. Из старших инспекторов ВАИ была создана вертикаль, которая начала работать по территориальному принципу. Это означает, что наши подразделения ВАИ находятся во всех регионах Российской Федерации. За ними закреплены зоны ответственности, где они обеспечивают безопасность дорожного движения. Естественно, что есть ВАИ на территориях, где находятся округа, - это региональные ВАИ, которые взаимодействуют с объединённым стратегическим командованием, которое и выполняет в их интересах задачи по обеспечению безопасности дорожного движения. ВАИ министерства обороны структурно, вся вертикаль входит в состав военной полиции, а подчинена она непосредственно начальнику Главного управления военной полиции. 

И. КОРОТЧЕНКО: А каким образом Устав военной полиции повлиял на объём задач Военной автомобильной инспекции?

С. ПОСТНИКОВ: У нас и раньше было много полномочий и задач, которые мы решали. Всё-таки сфера обеспечения безопасности дорожного движения решает довольно широкий спектр задач для сохранения жизни и здоровья людей. Но с выходом Устава нам стало немного сложнее. Потому что, во-первых, Устав отменил такое понятие как «военные гарнизоны». Это были не штабные структуры, создаваемые за счёт войск в каждом гарнизоне. И теперь все функции контроля, которые ранее они выполняли под нашим руководством, мы полностью взяли на себя. В том числе они нам помогали с выводом войск в районы, их передвижением по дорогам. Теперь все эти задачи мы выполняем своими силами. Кроме того, на нас Уставом сейчас возложена функция пропаганды безопасности дорожного движения. Ранее мы не занимались пропагандой, но жизнь показывает, что так называемый ликбез и пропагандистские мероприятия о том, что надо ездить по дорогам культурно, не нарушая правил дорожного движения, необходимы в войсках. Кроме того, мы сейчас занимаемся и в кадетских корпусах с детьми, чтобы им привить культуру поведения на дороге. Проводим различные занятия и акции в военных училищах, а также совместно с ГИБДД в ведомственных школах и детских садах.

И. КОРОТЧЕНКО: Когда происходит ДТП с участием двух военных водителей и двух транспортных средств министерства обороны, расследованием этого ДТП занимаетесь чисто вы?

С. ПОСТНИКОВ: Не расследованием ДТП, как правило, такого понятия нет. Если это ДТП «железо в железо», грубо говоря, да, естественно. Мы приезжаем, определяем кто прав, кто не прав. Теперь Уставом такая функция тоже предоставлена нам. Кроме того, мы участвуем в оформлении дорожно-транспортных происшествий с участием нашего водителя и гражданского транспорта, что раньше не входило в наши задачи. А сейчас мы этим вопросом занимаемся совместно с ГИБДД. Они, естественно, этим занимаются, поскольку там участвует гражданский транспорт, но мы со своей стороны представляем интересы нашего ведомства и нашего водителя в данной ситуации.

И. КОРОТЧЕНКО: Каковы специальные средства, экипировка, техника, которой сегодня располагает Военная автомобильная инспекция?

С. ПОСТНИКОВ: У нас очень разнообразные технические средства. Основу составляют специальные автомобили. Основная марка – это Форд. Вы их видите на многих дорогах. У нас также есть пункты технического контроля – «подвижный пункт технического контроля транспортных средств». Это машины, которые необходимы для проведения технического осмотра транспортных средств вооружённых сил. У нас есть необходимые средства радиосвязи для того, чтобы мы могли поддерживать связь с войсками, между собой и с ГИБДД. Потому что для движения колонны по дороге нам необходима связь с ГИБДД. И есть другие необходимые средства для того, чтобы инспектор мог на дороге провести разбор того, что случилось на дороге, указать средства фото- и видео фиксации нарушения правил дорожного движения водителем, чтобы можно было водителю всё это предъявить и показать, а также законодательно оформить.

И. КОРОТЧЕНКО: Сергей Юрьевич, Вы упомянули Ford. Вроде бы вооружённые силы и иномарка. У многих это вызовет вопросы. А почему так?

С. ПОСТНИКОВ: Я с Вами согласен, но специальные машины для военной автомобильной инспекции должны  обладать определёнными характеристиками. К сожалению, наш автопром «АвтоВАЗ» пока по характеристикам нам не подходит. Поэтому мы вынуждены. Это началось ещё с 2010 года, когда первые Форды пошли в вооружённые силы, мы стали их использовать. Они производятся на российской заводе во Всеволожске. Всё, что есть в Военной автомобильной инспекции – это только российская сборка, только российские производители, только российские комплектующие. Ничего иностранного, пришедшего из-за рубежа, у нас нет.

И. КОРОТЧЕНКО: Я видел, что в Алабино были маркированные в цвета ВАИ микроавтобусы Volkswagen защитного цвета.

С. ПОСТНИКОВ:  Да, Volkswagen Caravelle – это была одна поставка, когда ещё министром обороны был Сердюков. И он закупил эти новые Volkswagen, и нам тоже досталось. Там 93 автомобиля.

И. КОРОТЧЕНКО: То есть это наследство?

С. ПОСТНИКОВ: Да, это наследство прошлого министра. Нынешний министр обороны уделяет большое внимание развитию военной полиции и военной автомобильной инспекции в частности, как одного из основных подразделений военной полиции. Вы сейчас в Москве можете увидеть нашего инспектора в новой форме одежды. Эта форма, которая была нам разработана под руководством министра обороны, была ему показана, и он утвердил. Сейчас это массово внедряется во все подразделения военной автомобильной инспекции. И на учениях «Центр» наши ВАИ будут уже практически все в новой форме.

И. КОРОТЧЕНКО: Насколько она функционально удобна?

С. ПОСТНИКОВ: Она очень функциональна. Комплект состоит из нескольких частей. Есть летний комплект, с длинным рукавом, есть летний комплект с коротким рукавом. Есть зимний комплект – это тёплая меховая куртка, удобная как в машине, так и на улице, головной убор – меховой, очень тёплый и удобный. Есть демисезонный комплект – это непромокаемая куртка. Всё это со световозвращающими элементами для того, чтобы инспектора было видно на дороге. Кроме того, в жарких районах кроме этого есть ещё рубашка-поло, летние брюки и бейсболка. Я хочу ещё раз подчеркнуть, что именно с подачи министра обороны мы, наконец, пришли к этой форме, которая многофункциональна, удобна и практична. Мы надеемся на это.

И. КОРОТЧЕНКО: Какова ваша штатная численность? Те задачи, которые уже определены новым Уставом военной полиции, предусматривают изменение штатной численности?

С. ПОСТНИКОВ: Численности всегда никому не хватает. Но в разумных пределах с теми задачами, которые на нас были возложены до выхода Устава, мы справлялись, привлекая военные гарнизоны. Сейчас, конечно, у нас не хватает численности полностью выполнить все возложенные на нас задачи. Сейчас начальник Генерального штаба очень пристально занимается этим вопросом. Я думаю, что со временем численность возрастёт и достигнет того оптимального количества, которое будет необходимо для выполнения поставленных задач. Конечно, это не сразу, не сейчас. Но есть план строительства, который предусматривает определённые моменты.

И. КОРОТЧЕНКО: А новая техника, в частности бронеавтомобили «Тигр», рассматриваются вами как средства для расширения функционала ВАИ? Будут ли они приниматься на снабжение вооружения?

С. ПОСТНИКОВ: Однозначно будут. В самом названии «Военная автомобильная инспекция» заложено слово «военная». Мы, прежде всего, военные люди. И у нас должны быть задачи не только на мирное время, но и на военное. Мы все предназначены для этого. Мы для этого учимся, нас для этого готовит родина, нам за это платят деньги наши налогоплательщики. Поэтому мы однозначно рассматриваем не только Форды. Это на мирное время. И в плане дальнейшего оснащения не только нас, военной инспекции, но и военной полиции, заложены и «Тигры», и бронеавтомобили. Когда уже точно будет определено, чем мы будем заниматься в особые периоды.

И. КОРОТЧЕНКО: В настоящее время в Крыму создана группировка войск вооружённых сил России. А ваши подразделения в Крыму появились? И какие задачи они там решают?

С. ПОСТНИКОВ: Наши подразделения в Крыму появились сразу же, как только там увеличилась группировка войск. У нас там в составе Черноморского флота была 290 Военная автомобильная инспекция. Она там была всегда и обеспечивала деятельность Черноморского флота по безопасности дорожного движения. Конечно, были трудности. И даже в 2010 или 2011 году я участвовал в совещании, которое проводилось в Киеве по деятельности Черноморского флота под эгидой МИДа. И там решался вопрос, как мы должны обеспечивать передвижение наших машин по территории Крыма и по территории Украины. Тогда президентом был Ющенко, и он как раз начинал противоправную деятельность, направленную против искоренения нашего Черноморского флота с берегов Крыма. И я лично участвовал в этом совещании, мы с коллегами из МВД, из украинской Службы безопасности дорожного движения, мы договаривались о том, как мы всё-таки должны перемещать нашу технику, и как мы проводим техосмотр. Было очень много нюансов, но конечно в итоге мы договорились, и наши войска передвигались из городков на полигоны, и так далее. Как только состоялось присоединение Крыма к России, мы, естественно, увеличили свою группировку. И у нас сейчас там три Военных автомобильных инспекции. В той, которая была в Севастополе, увеличился личный состав и техническое оснащение. Кроме того создано ВАИ в Феодосии и в Симферополе. И естественно, что они выполняют те же задачи, которые выполняет вся Военная автомобильная инспекция. Я ещё раз напомню, что наша деятельность направлена на сохранение жизни и здоровья людей, участвующих в дорожном движении, а также на обеспечение передвижения войск.

И. КОРОТЧЕНКО: Сейчас мы наблюдаем достаточно мощное усиление российской армии, флота в Арктике. Очевидно, это требует и более масштабных автомобильных перевозок. Кроме того, проводятся учения в Арктике. По этому направлению Военная автомобильная инспекция работает?

С. ПОСТНИКОВ: Да, мы не отстаём и от этих дел. У нас в ОСК «Северный флот» создано региональное подразделение военной автомобильной инспекции. Кроме того, планом деятельности предусмотрено создание военной инспекции на Новой земле, как только там будет какая-то группировка войск. Но она будет небольшой и будет решать задачи местного значения, потому что с острова далеко не уедешь, там не надо много контролировать. Там надо заниматься регистрацией техники, проведением технического осмотра. Там где на побережьях будет концентрация войск, мы, естественно, будем создавать свои подразделения. Но они будут не столь многочисленными как в основных регионах Российской Федерации, потому что там и дороги не такой протяжённости. Ведь численность наших подразделений зависит от многих факторов, в том числе от протяжённости дорог, по которым движутся войска. От количества техники. Зачем нам расширять себя там, где минимум техники, где один-два человека могут справиться. Поэтому всё зависит от войск. Какие войска там будут стоят, такую группировку мы будем создавать.

И. КОРОТЧЕНКО: На кого в структуре ВАИ возложены мероприятия проведения профилактических мероприятий, направленных на безопасность дорожного движения и эксплуатацию транспортных средств?

С. ПОСТНИКОВ: У нас в ВАИ министерства обороны есть отдел обеспечения безопасности дорожного движения и пропаганды. И на личный состав этого отдела возложена организация этой работы. Кроме того, в региональных подразделениях тоже существуют отделения безопасности дорожного движения,  и они занимаются организацией на местах. А непосредственно в войска и мы выезжаем и проводим занятия, в центральном аппарате вообще постоянно. В округах и на местах этим занимаются наши региональные и территориальные подразделения. Офицеры, которые руководят территориальными подразделениями Военных автомобильных инспекций.

И. КОРОТЧЕНКО: Вы сопровождаете и обеспечиваете безопасность движения любых армейских колонн? Понятно, когда идёт автотехника. А когда идут танки, БТР?

С. ПОСТНИКОВ: Всем, что движется по дорогам общего пользования, занимаемся мы. Обеспечение безопасности передвижения войск включает в себя как сопровождение воинских колонн, так и регулирование дорожного движения. Но ещё раз подчеркну, что если наши войска движутся по дорогам общего пользования, то мы совместно с ГИБДД этим занимаемся.

И. КОРОТЧЕНКО: Сергей Юрьевич, когда проводятся парады, в Москву заходит и крупногабаритная техника. В частности, это подвижные грунтовые ракетные комплексы «Ярс», «Тополь-М» - огромная махина. Каким образом обеспечивается безопасность вхождения в город такой габаритной, нестандартной военной техники?

С. ПОСТНИКОВ: Передвижения всего габаритного, нестандартного, тяжёлого вооружения согласовывается с дорожниками. Они знают размер мостов, их грузоподъёмность, и так далее. В любом случае мы получаем разрешение, естественно, в ускоренном порядке. В том числе и по Москве. С дорожным департаментом согласовываются все маршруты движения этих тяжеловесных и крупногабаритных средств. Естественно, что мы в усиленном режиме и большим количеством личного состава и нашего специального транспорта обеспечиваем это передвижение. Стараемся делать это в часы минимальной нагрузки, особенно в ночное время, чтобы не мешать гражданам и участникам дорожного движения выполнять свои задачи. Всё это осуществляется совместно с ГИБДД, которое нам очень помогает, и под контролем дорожников. Именно дорожные службы определяют, правильно ли мы избрали маршрут или нет.

И. КОРОТЧЕНКО: Сегодня главным показателем боевой готовности войск являются результаты внезапных проверок и учений. Зависит ли успех этих мероприятий от действий подразделений ВАИ, и что вы обеспечиваете во время этих внезапных проверок?

С. ПОСТНИКОВ: Мы завязаны на те войска, которые находятся в районах ответственности наших подразделений ВАИ. И как только Верховный Главнокомандующий поднимает войска на эту проверку, поднимается и наше подразделение. Естественно, что есть определённая взаимосвязь. Мы обеспечиваем вывод войск в заданные районы из пунктов постоянной дислокации. И в дальнейшем обеспечиваем их передвижение по дорогам в те районы, которые им согласно учениям задаются. Все командно-штабные учения с выводом войск обеспечивают Военные автомобильные инспекции.

И. КОРОТЧЕНКО: В министерстве обороны есть транспорт, который обеспечивается спецталонами?

С. ПОСТНИКОВ: Вы имеете в виду так называемую «непроверяйку»? 

И. КОРОТЧЕНКО: Да.

С. ПОСТНИКОВ: Да, естественно есть такой транспорт. Согласно указам президента и нормативным документам, в министерстве обороны есть такой транспорт. Но выдачей этих талонов занимаемся не мы.

И. КОРОТЧЕНКО: Понятно, надо пояснить, что этим обеспечивается определённая степень мероприятий, в том числе для оперативного транспорта, плюс перевозка секретных и сверхсекретных документов, чтобы не было иллюзий о том, для чего такие вещи необходимы.

Где сегодня готовятся ваши специалисты по профилю Военной автомобильной инспекции?

С. ПОСТНИКОВ: Так повелось издавна, что всех наших специалистов, а особенно офицеров, готовили военные автомобильные училища, институты, Академия тыла и транспорта. Из этих источников и берём. Сейчас, к сожалению, остался только один факультет в Омском техническом институте. Это автомобильный факультет, который готовит специалистов. К сожалению, последние годы был очень маленький набор, и мы фактически таких специалистов не получали. В настоящее время наборы увеличились, и слава богу. Наконец-то у нас специалисты появятся вновь. Тем более, если учесть, что мы надеемся, что наша численность хоть немного увеличится.  А со следующего года мы в военно-десантный институт, где школа прапорщиков, набираем группу 50 человек.

И. КОРОТЧЕНКО: Это в Рязанском училище ВДВ?

С. ПОСТНИКОВ: Да. И эти 50 человек будут готовить непосредственно нам для пополнения наших инспекторов и старших инспекторов. И они там будут изучать кодекс, больше будут направлены на юриспруденцию, изучать средства технического диагностирования, подвижные пункты технического контроля, универсальные комплексы технического контроля, все другие средства. Плюс они будут проходить контраварийную подготовку и контраварийное вождение, а также получать удостоверение, что они имеют право управлять автомобилем, оборудованным специальным сигналом.

И. КОРОТЧЕНКО: У вас есть средства для проверки водителя на предмет алкогольного опьянения?

С. ПОСТНИКОВ: Конечно.

И. КОРОТЧЕНКО: А наркотического воздействия?

С. ПОСТНИКОВ: Наркотического – нет, а алкотестер – да, в каждой машине передвижной алкотестер с выдачей чека. Нам же предоставлены полномочия такие, и мы имеем право сделать предварительное освидетельствование водителя на состояние опьянения. Но только нашего военного водителя. Я ещё раз подчеркиваю это, не гражданского. Гражданского – только в том случае, если он управляет транспортным средством вооружённых сил, внутренних войск или МЧС. И если у нас есть подозрение, что водитель находится в состоянии алкогольного опьянения, мы имеем право ему предложить дунуть в этот прибор и чек выдаст нам, есть ли у него промилле или нет, и тогда уже инспектор на линии определяет, выписывать ему протокол направления на окончательное медицинское освидетельствование или нет, есть достаточно оснований или нет.

И. КОРОТЧЕНКО: А можете примерно рассказать функционал и навыки современного военного автоинспектора?

С. ПОСТНИКОВ: Во-первых, он должен хорошо знать кодекс административных правонарушений. Из 42 пунктов статей 12-й главы в 30 он имеет право применять их. То есть он должен не просто знать, как их правильно применить, но и правильно сформулировать, определить уровень ответственности водителя при нарушении определённых правил дорожного движения. Это самое основное. Этот человек уже непосредственно контролируется органами прокуратуры.

Во-вторых, он должен хорошо управлять транспортным средством, особенно в критических ситуациях. Для этого все наши инспектора ежегодно проходят курс контраварийной подготовки в школе Цыганкова.

И. КОРОТЧЕНКО: Расскажите поподробнее.

С. ПОСТНИКОВ: Есть Эрнест Сергеевич Цыганков, заслуженный доктор наук, работает в Институте физкультуры в Москве. В своё время он разработал целую методику, которая направлена на психологическую устойчивость водителя в экстренных ситуациях и развитие навыков в управлении определёнными видами транспортных средств. У него есть много книг и печатных изданий по этому вопросу. Он проводит занятия не только с нами, но и практически со всеми МВД, с гаражом особого назначения ФСО. Все они проходят через него для того, чтобы отточить свои умения, знания и навыки управления транспортными средствами повышенной опасности. Это целый комплекс мероприятий, как теоретических, так и практических. Наши инспектора занимаются теорией в классе, там же проводится руление, тестирование на руление. И естественно на площадке, где они отрабатывают навыки поведения во всех экстремальных ситуациях, которые могут возникнуть при организации сопровождения, движения транспортного средства по дорогам, и так далее.

И. КОРОТЧЕНКО: В последнее время достаточно широкое распространение в вооружённых силах России получили различные виды состязаний и конкурсов, направленных на развитие профессионального мастерства. По некоторым военным специальностям наши военнослужащие успешно проявили себя и на международном уровне. Например, в ходе международных армейских игр. Такого рода практика имеет ли место в структуре ВАИ?

С. ПОСТНИКОВ: Да, мы тоже стараемся не отставать от этого. Всякое соревнование – это хорошо забытое старое. У нас же ещё с советских времён это было.

И. КОРОТЧЕНКО: Да, мы помним советских девушек-регулировщиц на фронтах.

С. ПОСТНИКОВ: Да, соцсоревнование всю жизнь было. Поэтому соревновательный фактор должен быть. В этом году впервые мы пытаемся провести соревнование на лучшего инспектора. Мы будем проводить его с 9 по 13 сентября. В своих региональных подразделениях мы уже провели, они провели у себя, выявили по четыре лучших инспектора, и теперь эти 20 инспекторов будут представлены на 147 автобазе, где с 9 по 13 сентября они будут соревноваться в физической подготовке, в знании теории, в вождении. И в комплексе мы определим лучшего инспектора. Конечно, это пробный шар, первый блин. Посмотрим, как он у нас получится. Уже на том уровне, когда региональные ВАИ проводили свои соревнования, мы увидели недостатки, которые есть в соревновательной части. Она не так наглядна, не может отобразить все сферы нашей деятельности. И мы уже видим, над чем нам надо работать. И я думаю, что в следующем году мы подготовимся больше и будет интереснее. Уже можно будет показать по телевизору, как всё это будет выглядеть.

И. КОРОТЧЕНКО: Я хочу сказать, что для популяризации органов Госавтоинспекции было сделано немало. В частности, есть известные фильмы, и памятники инспекторам ГАИ. Вы рассчитываете, что этот конкурс тоже будет в определённой степени содействовать популяризации органов Военной автомобильной инспекции?

С. ПОСТНИКОВ: Мы надеемся, что он будет именно таким. Мы надеемся, что люди увидят, что мы не просто что-то знаем, но и умеем, и можем это показать для всей страны, что есть люди, которые в вооружённых силах борются с аварийностью и достигают определённых результатов.

И. КОРОТЧЕНКО: А вооружённые силы же и самостоятельно ведут подготовку водителей? В частности, на 147 автобазе готовятся военные водители из молодых ребят. Какова специфика эксплуатации автотранспорта в вооружённых силах? Вы же набираете определённую статистику – ДТП, например.

С. ПОСТНИКОВ: Основную массу водителей, 99%, конечно, готовит ДОСААФ. Это основной инструмент, общественная организация, которая готовит водителя. Естественно, что есть ещё профтехучилища и 147 автобаза. Но это небольшая часть того айсберга, который готовит ДОСААФ. Специфика очень просто. Наш автомобиль, как правило, большой, габаритный, сложен в управлении. Нужны определённые усилия для того, чтобы управлять этой машиной. Есть статистика по уровню дорожно-транспортного травматизма и дорожно-транспортных происшествий. Бывают всплески, например в прошлом году был всплеск, связанный с тем, что после того периода, когда учения практически не проводились, или проводились ограниченно, начались массовые проверки и воинский транспорт пошёл по дорогам, уровень аварийности поднялся. Но в этом году уровень аварийности мы уже снизили на 15% на служебном транспорте, на сегодняшний день. На служебный транспорт мы можем влиять – на водителя, на командира, на должностных лиц, ответственных за эксплуатацию транспортных средств. У нас есть проблематика с личным транспортом военнослужащих, так как каждый военнослужащий – это гражданин, и он имеет право сам определять, куда ему ехать, особенно в свободное время, в отпусках. Естественно, за этим уследить гораздо сложнее. Поэтому мы сейчас и занимаемся пропагандой, для того чтобы настроить водителя на правильное управление своим личным транспортом. Кроме того, специфика ещё в том, что мы много движемся в колонне. А если вы понимаете, то длительный марш – это монотонная изнуряющая езда, и водители часто засыпают за рулём, утомляются, проявляется невнимательность. И когда идёт марш, и командиры выполняют определённую задачу, никто уже не смотрит на режим труда и отдыха водителя. И пока не будет выполнена задача, водитель находится за рулём. И 8 часов, и 10 часов, и 12 часов. Естественно, есть привалы и определённая методика для того, чтобы водитель хотя бы чуть-чуть отдыхал, но, тем не менее, человек достаточно длительное время находится за рулём.  Плюс эргономика машины специфична – это не BMW, и не Mercedes. Если это «Урал», то это жёсткие сиденья. И естественно, что уровень активной и пассивной безопасности для военного транспорта не приоритетен. Должна быть мощность, грузоподъёмность. Эргономика и безопасность уходят на второй план в военных транспортных средствах.

И. КОРОТЧЕНКО: А ремни безопасности предусмотрены?

С. ПОСТНИКОВ: Да, предусмотрены, и обязательны к исполнению.

И. КОРОТЧЕНКО: То есть это работает совершенно чётко,  и военные водители должны пристёгиваться?

С. ПОСТНИКОВ: Да, сейчас такой элемент пассивной безопасности, как ремень, есть на всём транспорте – «КамАЗах», «Уралах» – как для водителя, так и для пассажира. И мы следим за тем, чтобы водители его обязательно использовали. Накладываем штраф на всех, кто не делает этого,

И. КОРОТЧЕНКО: А в каком размере?

С. ПОСТНИКОВ: 500 рублей, как в Кодексе написано.

И. КОРОТЧЕНКО: А вы имеете право оснащать ваш транспорт спецсигналами самостоятельно или по согласованию с органами ГИБДД?

С. ПОСТНИКОВ: Военная автомобильная инспекция относится к оперативным службам. Это записано в Указе президента по оперативным службам, мы идём отдельной строкой. Постановлением правительства и ГОСТом определена наша раскраска. Если наша машина раскрашена по ГОСТу, то мы имеем право самостоятельно устанавливать спецсигналы – красно-синие.

И. КОРОТЧЕНКО: Как звуковые, так и световые?

С. ПОСТНИКОВ: Да. Единственное, что мы сами у себя это регистрируем и учитываем, сколько у нас таких машин есть, и сколько мы имеем право иметь. Это всё штатные машины. У нас нештатных машин нет, за этим мы следим очень строго.

И. КОРОТЧЕНКО: А изготовление номеров, и регистрация, и постановка на учёт?

С. ПОСТНИКОВ: Мы осуществляем регистрацию всех транспортных средств, находящихся в вооружённых силах, самостоятельно. В том числе и БТР, которые выходят на дороги общего пользования. Согласно закону о безопасности дорожного движения, который гласит, что «всё, что выходит на дороги нашей страны, должно быть зарегистрировано в установленном порядке». Поэтому мы выполняем закон и регистрируем всё, что выходит на дороги страны. Сейчас у нас практически 99% транспортных средств, которые находятся в вооружённых силах, зарегистрированы, и у них имеются номера. Сейчас, например, мы регистрируем поступающие снегоходы, квадроциклы.

И. КОРОТЧЕНКО: Чёрные номера вы изготавливаете сами?

С. ПОСТНИКОВ: Да, из бюджета министерства обороны выделяются денежные средства, мы открываем конкурс на изготовление номеров, и кто его выиграет, поставляет нам номера.

И. КОРОТЧЕНКО: А какие меры сегодня предпринимаются по автоматизации процесса учёта, регистрации и вообще деятельности военной автомобильной инспекции?

С. ПОСТНИКОВ: Мы не отстаём от всего мира, от ГИБДД и от органов Военного управления. В 2010 году была принята на снабжение автоматизированная информационная система военной автомобильной инспекции, которая включает в себя ряд пунктов, в том числе и регистрация транспортных средств. То есть вся база данных по транспортным средствам в вооружённых силах находится там. База данных по проведениям техосмотров. Она сейчас продолжает своё развитие, мы её модернизируем, и в конечном итоге мы должны выйти на то, что инспекторы ВАИ, которые находятся на дороге или сопровождают колонну, обладали всей информацией от головного территориального ВАИ по тому, какие водители, чья машина, прошла ли она техосмотр, не  лишался ли прав водитель. К этому мы подходим, и сейчас начинаем оснащение всех наших подразделений. И вскоре будем пользоваться этой системой в полном объёме.

И. КОРОТЧЕНКО: Спасибо, гостем программы сегодня был начальник Военной автомобильной инспекции Министерства обороны Российской Федерации, полковник Сергей Юрьевич Постников. Спасибо Вам.

С. ПОСТНИКОВ: Спасибо Вам за приглашение.

 

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×