Instagram-фотограф: Наше общество отказывается читать, оно хочет смотреть

1362
Екатерина Мищенкова также рассказала, что первую сотню тысяч подписчиков набрала, не выходя из дома

М. БАЧЕНИНА: Это программа «Творцы» и Мария Баченина в эфире. Полмиллиона подписчиков, автор одного из самых красивых Instagram-профилей в мире, и это придумала не я, идеолог Insta-сообщества, входит в состав 17 членов Instagramers World Team, работы которых представлены в первой в мире не виртуальной выставке Instagram. Призёр международного конкурса Me & My Leica X Photo Contest. Представляю фотографа Екатерину Мищенкову или Катю Ми. Как лучше?

Е. МИЩЕНКОВА: И так, и так можно, это две мои параллельные жизни, Катя Ми – это интернет-блог.

М. БАЧЕНИНА: У меня есть друг фотограф, который занимается чёрно-белой фотографией, и именно он меня познакомил с Вашим творчеством, которое цепляет сразу. Когда он показал мне Ваши снимки, я не задумывалась, чем меня зацепило, а потом поняла, что есть маяки, крюки, хуки, как из песни, которые цепляют и потом не отпускают. У меня родился вопрос: что Вы думаете, почему Вы популярны?

Е. МИЩЕНКОВА: Я думаю, в любом деле будет один и тот же ответ: если человек делает что-то искренне, по велению собственного сердца, его творчество, работа будет цеплять и будет популярна. Когда мы все начинали, Instagram был маленьким, мы тоже.

М. БАЧЕНИНА: Дохленький ещё.

Е. МИЩЕНКОВА: Не дохленький, здоровый крепыш, но не умел ходить, говорить, был совсем крошка, и тогда мы это делали ради собственного развлечения, самореализации. Для кого-то это было хобби, но у всех было по-настоящему, никто не стремился ни за популярностью, ни за деньгами, ни за славой – делали просто, потому что нравится, и люди поверили, начали подписываться.

М. БАЧЕНИНА: Я с Вами соглашусь. Кстати, не предполагала такой ответ от Вас, не думала, как Вы ответите. Но сейчас я задумалась: когда человек делает искренне и от души, от сердца своё дело, он становится не просто популярным, мир делится пополам: половина его любит, вторая – нет. Вы с этим утверждением согласитесь?

Е. МИЩЕНКОВА: Не совсем. В первую часть взросления аккаунта как у меня, так и у многих других ребят, пожалуй, нас только любили. Кто не любил, у того не было посыла пойти в Instagram, специально кого-то посмотреть, чтобы его не любить. Очень много зависти, но она появилась уже позже.

М. БАЧЕНИНА: Почему?

Е. МИЩЕНКОВА: Люди хотят быть на твоём месте, делать то, что делаешь ты. Сначала появилось простое повторение приёмов, дальше пошла зависть, диверсии, сплетни – это была самая безобидная стадия.

М. БАЧЕНИНА: Я ведущая, и вряд ли кому-то придёт в голову меня копировать, это будет сразу очевидно. Хотя это возможно, наверное, я тоже могу кого-то скопировать, мы все учились понемногу на чьих-то примерах. Я всем друзьям советую сходить в Instagram, зайти в поисковик, набрать Катя Ми, и вы выйдете на миллион фотографий за её авторством, увидите почерк, который ни с чем не спутаешь. Получается, берут Вашу фотографию и копируют?

Е. МИЩЕНКОВА: Да, но Instagram защищает нас как авторов уникальных аккаунтов, можно написать в руководство, которое закрывает аккаунты, полностью или частично копирующие чужие. Это воровство – брать фотографию и размещать у себя. Существует другое направление: люди пытаются копировать стиль.

М. БАЧЕНИНА: Так же снимают?

Е. МИЩЕНКОВА: Тяжело так же снять, но можно попытаться повторить обработку или стиль.

М. БАЧЕНИНА: Поставил, значит, лошадь, подвёл бабу к ней, главное, чтобы лица не было видно, гриву женскую перекинул на гриву лошади, снял – что сложного-то?

Е. МИЩЕНКОВА: Тонкость в цвете, который очень тяжело повторить.

М. БАЧЕНИНА: Это Вы придумали обработку?

Е. МИЩЕНКОВА: Да, конечно.

М. БАЧЕНИНА: Там не монохром, не чёрно-белое, не сепия, там помесь всего этого, потрясающий замес цветов. Это Вы сами придумали? Как краски смешиваете?

Е. МИЩЕНКОВА: Конечно.

М. БАЧЕНИНА: А как это, придумать обработку? Я думала, это делают разработчики, айтишники.

Е. МИЩЕНКОВА: Художественное образование в Строгановке даёт о себе знать – то, что у меня в голове, я всегда могу реализовать на бумаге, в компьютере, где угодно.

М. БАЧЕНИНА: Я раньше думала, что из Строгановки выходят гении, талантливые люди, а сейчас Вы подкреплены ещё и цифровой историей.

Е. МИЩЕНКОВА: Да.

М. БАЧЕНИНА: Класс, меня это воодушевляет. Если бы я такое захотела – получилось бы смешно.

Е. МИЩЕНКОВА: Получилось бы тоже хорошо, но по-своему. Тут главное – искренность. Неважно, какой ты цвет делаешь. Люди пишут мне и говорят, что они чувствуют запахи, слышат музыку, когда видят фотографии, ждут их каждое утро, чтобы у них был посыл на целый день.

М. БАЧЕНИНА: А Вы каждый день вдохновляете своих подписчиков?

Е. МИЩЕНКОВА: Я стараюсь как минимум раз в день.

М. БАЧЕНИНА: Мне кажется, после Строгановки Вы с трудом должны воспринимать корявенькие вещи в жизни. Вы как реагируете на уродство в любых его проявлениях?

Е. МИЩЕНКОВА: Я иногда очень люблю уродство.

М. БАЧЕНИНА: Уродство может быть вдохновляющим, а я имею в виду мерзость, отвратительность.

Е. МИЩЕНКОВА: К пошлости я не очень отношусь, особенно к современной.

М. БАЧЕНИНА: А приведите пример?

Е. МИЩЕНКОВА: Мне очень тяжело общаться с современной молодёжью, потому что она разговаривает на упрощённом языке, я иногда отказываюсь понимать современный пошловатый сленг, не говорю уже про мат. С русским матом, который есть в словарях, я могу смириться, в особых ситуациях это даже смешно.

М. БАЧЕНИНА: Типа, как бы, это – скудность, убогость. Вы таким образом сильно ограничиваете круг своего общения, убираете таких людей?

Е. МИЩЕНКОВА: Нет, я стараюсь наоборот не вменять им это в вину, а окружать себя молодыми талантливыми ребятами, встречаться с ними и каким-то примером, общением влиять, и уже есть фидбэк.

М. БАЧЕНИНА: Искусство должно воспитывать?

Е. МИЩЕНКОВА: Оно не должно, но может, если человек к этому открыт. Невозможно никого заставить ни научиться, ни делать что-то, но молодые ребята, действительно, вдохновляются, часто говорят об этом и пишут. Их можно вдохновить.

М. БАЧЕНИНА: На что?

Е. МИЩЕНКОВА: На творчество, саморазвитие, рост.

М. БАЧЕНИНА: А что первично: Вы вдохновляете, они также хотят творить? Неважно, что их толкает, может, слава, может, внутренние порывы самовыражения, творчество толкает к саморазвитию, или сначала возникает желание саморазвития?

Е. МИЩЕНКОВА: Я думаю, саморазвитие, конечно, потому что это может быть не только фотография, кто-то пишет стихи.

М. БАЧЕНИНА: А потом начинает читать книги.

Е. МИЩЕНКОВА: Невозможно сначала написать стихи, а потом начать читать книги. Чтобы что-то в твоей голове появилось, у тебя должен быть довольно широкий словарный запас, это нужно начитывать.

М. БАЧЕНИНА: Пачка музеев в памяти, сотни пролистанных книг по искусству.

Е. МИЩЕНКОВА: Со словом сложнее, чем с картинкой, поэтому Instagram хорошо сработал: наше общество отказывается читать, оно хочет смотреть.

М. БАЧЕНИНА: А со словом больше думать надо. Как с музыкой. Мне кажется, она древнее всего, затем идёт художественная история, живопись, а потом уже слово, слово заставляет трудиться мозг сильнее всего. А можно застрять где-то в живописи, в музыке, а к слову не прийти, или всё равно толкнёт тебя в слово?

Е. МИЩЕНКОВА: Можно, и довольно просто. Многие художники не умеют говорить, очень часто они интроверты, которые не хотят встречаться с людьми, обмениваться опытом, выкладывают что-то, что идёт изнутри, как из источника, и не готовы общаться на эту тему.

М. БАЧЕНИНА: Это говорит о них, как о ком: о современной молодёжи, недалёких людях, или которые на половине пути пока?

Е. МИЩЕНКОВА: По-разному. Настолько долго мы общаемся с представителями художников в Instagram, по три-четыре года, и я вижу, что некоторые стоят там же, где были в начале пути, а кто-то сильно вырос.

М. БАЧЕНИНА: Как стать фотографу популярным? Понимаю, вопрос избитый, но есть люди, которые видят кадр, цвета, но, может, никак не стремятся. Мне Ваша точка зрения любопытна.

Е. МИЩЕНКОВА: Раньше можно было быть искренним, делать классную работу, выставлять её в Instagram и стать популярным. Но конкуренция растёт, как в любом другом бизнесе, искусстве, и довольно сложно это сделать. Нужно подключать все механизмы, говоря про Instagram.

М. БАЧЕНИНА: Пиар, реклама.

Е. МИЩЕНКОВА: Пиар, реклама – это, наверное, слишком.

М. БАЧЕНИНА: Так Instagram – это и есть пиар, реклама?

Е. МИЩЕНКОВА: Если у кого-то есть возможность финансово это делать, то, наверное, можно.

М. БАЧЕНИНА: А разве Instagram платный ресурс?

Е. МИЩЕНКОВА: Чтобы завести аккаунт и стать в нём популярным, как это делают бренды, люди покупают разные инструменты – это пиар, реклама. А если хочешь стать популярным и просто показывать своё творчество – это не настолько быстро, как было раньше, но это возможно, делая хороший контент.

М. БАЧЕНИНА: А Вас просят о рекомендациях, и достаточно ли их?

Е. МИЩЕНКОВА: Если я публикую фотографию в Instagram и на ней рассказываю о творчестве человека, а у него здоровский аккаунт, посетители моего аккаунта заходят к нему, оценивают, если им нравится, подписываются.

М. БАЧЕНИНА: Если сегодня есть интернет, а это много, то когда его не было, но были фотографы, чем они отличались от вас, сегодняшних, и можно ли говорить, что у них не было таких инструментов, как у вас сейчас, что они были более настоящие?

Е. МИЩЕНКОВА: Я бы сказала, что можно. Разница в начале пути инстаграмеров – каждый из нас делал так, как чувствовал, а сейчас Instagram – набор приёмов. У нас есть приёмы, когда мы стоим спиной, фотографируемся без лица, отражаясь от лужи – есть набор приёмов, которые срабатывают.

М. БАЧЕНИНА: Нового изобрести невозможно?

Е. МИЩЕНКОВА: Возможно, конечно. Многие изобретают или пытаются, не забывают, что можно по-прежнему творить. Сейчас засилье одинаковых аккаунтов в Instagram.

М. БАЧЕНИНА: Засилье штампов?

Е. МИЩЕНКОВА: Можно и так сказать. Но на фоне всего этого есть исключения или те, кто породили, придумали этот приём. Они уже потерялись, знаем их только мы, но не позволяем забывать про это.

М. БАЧЕНИНА: А можете пример привести?

Е. МИЩЕНКОВА: У нас есть инстаграмер Ольга Мелекесцева, которая придумала приём отражение, когда отражается одна часть кадра в луже или в любой другой отражающей поверхности. Я считаю, что этот приём, по крайней мере в России, придумала и ввела она. Сейчас им пользуется абсолютно всё комьюнити, он ушёл в народ, в массы, но мы помним.

М. БАЧЕНИНА: Слушатель пишет, что не можем найти Ваш аккаунт, я пишу ему, как набрать на английском. Подвожу общий знаменатель этой части разговора: тогда фотографы были более настоящие?

Е. МИЩЕНКОВА: Они же в настоящее время тоже перешли. Я считаю, что это хорошо: огромное количество людей, которые не были фотографами, вдохновились творчеством и стали снимать так же, как их кумир. Их было сто, а стало миллион, из них больше половины просто повторяют приёмы – это неплохо, они могут работать в офисе целый день, а в выходные сделают несколько кадров – и у них отдушина.

М. БАЧЕНИНА: Если говорить о кумирах, чьё мнение для Вас играет роль, значение и особое значение?

Е. МИЩЕНКОВА: Особое значение и огромную роль для меня сыграло взаимодействие с Leica.

М. БАЧЕНИНА: Leica – это фотоаппарат?

Е. МИЩЕНКОВА: Они производят фотоаппараты, но у них есть офис, люди, редактора, конкурсные отделы, которые выбирают себе амбассадоров или того, чьим творчеством они вдохновляются, мы с Leica дружим.

М. БАЧЕНИНА: Ты как рекламное лицо компании?

Е. МИЩЕНКОВА: Нет, я не могу так сказать. Мы общаемся, обмениваемся опытом, меня приглашают, дают камеры. Люди, которые всемирно признаны, и которым нравится моё творчество, меня печатают, и для меня это самая большая честь.

М. БАЧЕНИНА: Люди, которых можно назвать гуру, учителем, мастером, есть такие в разрезе фотографии?

Е. МИЩЕНКОВА: Имя учителя не могу назвать, потому что его как такового не было, но я бы мечтала найти человека или группу людей, у которых можно было бы учиться, вдохновляться, может, пойти каким-то совместным путём дальше.

М. БАЧЕНИНА: Ты не ревнива в плане славы, творчества, работы, готова делиться?

Е. МИЩЕНКОВА: Даже ищу. Если кто-то слышит меня и кому-то нравится то, что я делаю, вы примерно на той же самой волне — пишите мне, мы сделаем что-то вместе. У меня даже был длительный конкурс, многие меня поддерживали, но были и осуждающие голоса. Я искала людей, которые со мной на одной волне и могут отправиться в путешествие, сделать коллаборацию. Я нашла такую девочку, она русская, живёт в Австрии, учится в медицинском вузе. Мне понравилось, как она видит мир.

М. БАЧЕНИНА: Она фотографиями с тобой обменивалась?

Е. МИЩЕНКОВА: Был фототурнир, нужно было выполнить три задания, и по итогам я бы взяла человека себе в команду, чтобы целенаправленно поехать и попробовать.

М. БАЧЕНИНА: А как это: видеть мир так же, как ты?

Е. МИЩЕНКОВА: Это на эмоциях, как у животных: я смотрю, как она сделала фотографию, которую посвятила мне, читаю, почему именно она хочет поехать со мной, не просто выиграть бесплатное путешествие, а какие у неё цель и мотивация. Я смотрю, понимаю, какие приёмы она использовала, какой смысл в это вложила – это просто потрясающе.

М. БАЧЕНИНА: Куда ты готова или мечтаешь отправиться за красивой фотографией?

Е. МИЩЕНКОВА: Инстаграмеры – люди, которые готовы на всё ради кадра.

М. БАЧЕНИНА: Психи, что ли?

Е. МИЩЕНКОВА: Да.

М. БАЧЕНИНА: Ради чего?

Е. МИЩЕНКОВА: Ради этой страсти. Фотографы готовы на всё, лежат голыми на холодной земле.

М. БАЧЕНИНА: Вам же рожать ещё.

Е. МИЩЕНКОВА: Да как-то не думается об этом. Я мечтаю встретить Новый год, поедая снег с льдины где-нибудь в Арктике, воткнув ёлку в льдину, а рядом будут пингвины.

М. БАЧЕНИНА: Зима тебя больше привлекает, чем лето?

Е. МИЩЕНКОВА: Нет, не больше, мне не совсем комфортно и то, и в другое время года. Я имею в виду критические температуры, но, конечно, приятнее всего работать осенью, что касается чисто физиологии. Есть золотая листва, тебе не холодно и не жарко, и свет отличный. В любом сезоне есть свои плюсы и минусы, невозможно выбрать.

М. БАЧЕНИНА: Кем ты была до?

Е. МИЩЕНКОВА: Я была арт-директором, и сейчас остаюсь им, работала на крупные бренды, выводила их на российский рынок, строила им магазины.

М. БАЧЕНИНА: Из кирпичей?

Е. МИЩЕНКОВА: Нет. Например, какой-нибудь бренд хотел выйти на российский рынок, он обращался ко мне, я собирала команду людей, которые делали всё: от дизайна магазина до его возведения в реальности, подбора продукции, которой он будет торговать, до стаканчиков, брошюрок.

М. БАЧЕНИНА: Ты придумывала, как познакомить российских людей с этой компанией?

Е. МИЩЕНКОВА: Да.

М. БАЧЕНИНА: Красиво. Красиво жить не запретишь.

Е. МИЩЕНКОВА: Но особо вдохновляло меня изготовление ювелирных украшений.

М. БАЧЕНИНА: В одном из интервью есть цитата: «Если выключить Instagram, я даже не представляю, что со мной будет». А что будет?

Е. МИЩЕНКОВА: Я думаю, будет новая ступень развития в творчестве.

М. БАЧЕНИНА: И с Instagram возможна новая ступень.

Е. МИЩЕНКОВА: Это была новая ступень.

М. БАЧЕНИНА: Как мне видится, это может перейти в искусство фотографии, плоскость современного искусства: я его слепила из того, что было, я так называю современное искусство, сфотографировала, потом выставила. Я ещё не дошла мозгом до многого из современного искусства, поэтому иронизирую, а на самом деле комплексы свои за той иронией скрываю. Мне кажется, и с Instagram возможна новая ступень, но если всё-таки его вычеркнуть?

Е. МИЩЕНКОВА: У Вас фактически включился дар ясновидения.

М. БАЧЕНИНА: Я ещё наложением рук лечу.

Е. МИЩЕНКОВА: Тогда пересяду поближе.

М. БАЧЕНИНА: Приложите приёмник к болезному месту, я облегчу Ваши страдания.

Е. МИЩЕНКОВА: Я думаю, это будет следующий этап, как раз то, чем я хотела заниматься после Строгановки – современным искусством, а конкретно, инсталляциями, 3D-объектами, созданными в реальности. Можно сказать, что вся моя жизнь поделена на ступени, которые меня интересовали, причём у них довольно разный вектор. Чтобы научиться делать ювелирные украшения, например, я ездила в Турцию.

М. БАЧЕНИНА: Ты ювелир?

Е. МИЩЕНКОВА: Да. Есть материал metal clay, глина, из которой ты лепишь, а после обжига это становится или практически серебром, или практически золотом с примесями металлов, но незначительными. Потрясающая вещь, и я поехала к прародителям учиться.

М. БАЧЕНИНА: Вам была интересна сама технология, то, что можешь потрогать или главное – придумать?

Е. МИЩЕНКОВА: Так как до этого я занималась изготовлением аксессуаров из шерсти с помощью доступных методик, для реализации мне нужен был следующий этап, я чуть сложнее это видела, и как обычно, я пошла учиться, учусь всю жизнь, сколько себя помню. Я научилась, занималась этим какое-то время, но непродолжительное, у меня остались огромные жемчуга.

М. БАЧЕНИНА: Выкладывайте, бирочку подвесьте, их же разберут.

Е. МИЩЕНКОВА: И бирочки у меня именные есть.

М. БАЧЕНИНА: Вы такая открытая, думающая, а с другой стороны, Вы человек из другого поколения. Я это так сильно сейчас ощущаю, потому что ступенчатость, о которой Вы говорите, что жизнь разбита на сектора, этот практицизм меня в современной молодёжи восхищает. Не то, чтобы я ощущаю себя с клюкой, но я завидую, потому что у меня всё очень хаотично и остаётся, зачастую, на уровне мечт. По Вашим наблюдениям, это свойство Вашего поколения? Кстати, какого поколения?

Е. МИЩЕНКОВА: Восьмидесятники. Мне нужен соцопрос, чтобы ответить. Из моего окружения я, к сожалению, не знаю таких людей, а мечтала бы вдохновиться теми, кто оставил всё и в другом месте добился всего. Каждый раз, когда я меняю вектор, то теряю финансовые возможности. Как только они передо мной открываются, я могу ничего не делать, просто набирать людей и их контролировать – то, чем я занималась до Instagram.

М. БАЧЕНИНА: А зачем Вы уходите?

Е. МИЩЕНКОВА: Я не могу сказать, что это скучно, но я понимаю, что у меня есть силы, возможности, вдохновение и идеи, чтобы реализоваться.

М. БАЧЕНИНА: Куча денег, отчасти власть.

Е. МИЩЕНКОВА: Я это оставляю, перехожу.

М. БАЧЕНИНА: Оправдывается?

Е. МИЩЕНКОВА: Да.

М. БАЧЕНИНА: Много раз уже оправдалось?

Е. МИЩЕНКОВА: Если говорить в финансовом эквиваленте, то нет. В том, который для меня важнее – оправдывается многократно.

М. БАЧЕНИНА: И снова к ювелирке, это слово 80-х годов, слово из моего детства. Говорят, что ювелирные украшения и еду фотографировать сложнее всего – это так?

Е. МИЩЕНКОВА: По-моему, нет. А кто так говорит?

М. БАЧЕНИНА: У меня есть товарищ, фотограф Владимир Бязров, который недавно фотографировал ювелирку, комментировал процесс работы в своём сообществе, рассказывал, сколько времени он посвящает обработке. Я понимаю, что это адский труд, он оплачивается вроде как здорово, это, видимо, для глянца.

Е. МИЩЕНКОВА: Фотографии еды для меню и фотография ювелирки для заказчиков ил и ювелирных заводов – это другое, чем фотографировать в художественном ключе. Я потом покажу Вам фотографию ювелирки. Довольно много компаний обращаются ко мне с просьбой показать им мой взгляд на их продукцию. Там нет многочасовых обработок, в основе всего лежит идея.

М. БАЧЕНИНА: Что значит увидеть кадр?

Е. МИЩЕНКОВА: Кто-то видит, кто-то чувствует, кто-то знает заранее.

М. БАЧЕНИНА: А у Вас как? Выстраиваете в голове, придумываете?

Е. МИЩЕНКОВА: Чаще всего это происходит не по моей воле. Кадр приходит ко мне в голову и говорит: «Эгегей!», и мы начинаем работать.

М. БАЧЕНИНА: Вы даёте ему отстояться или тут же кидаетесь делать?

Е. МИЩЕНКОВА: Если я в этот момент занята чем-то более важным, то говорю ему: «Подожди, мы вернёмся к диалогу чуть позже». Но часто это происходит во время работы: тебе нужен один объём, а ты его превышаешь в 10 раз. Чем больше ты творишь, тем больше получается.

М. БАЧЕНИНА: Количество переходит в качество – это здорово. Слушатель пишет: «Спасибо, нашёл, наслаждаюсь», другой слушатель: «Екатерина, спасибо, голос невероятно приятный».

Е. МИЩЕНКОВА: Спасибо.

М. БАЧЕНИНА: Рассмотрите возможность работать голосом, монетизировать это. Мне кажется, сейчас это проще. Можно ли Вам заказать съёмку?

Е. МИЩЕНКОВА: Это очень частый вопрос. Часто я не отвечаю или отвечаю отказом, потому что профиль не для того, чтобы зарабатывать как фотограф, потому что не могу себя назвать фотографом, у которого можно заказать съёмку, он не для того, чтобы делать рекламу – всё, что в нём появляется, это то, что мне нравится, то, что близко моей душе. Если я знакомлюсь с человеком, чувствую его, начинаю с ним дружить или общаться, я буду делать его фотографии.

М. БАЧЕНИНА: Когда тебе говорят: «Раздевайся!»

Е. МИЩЕНКОВА: Я, кстати, часто так говорю.

М. БАЧЕНИНА: Человек тебя вдохновляет, ты видишь в нём, как творец, что-то, хочешь воплотить это в глине на холсте, как люди реагируют?

Е. МИЩЕНКОВА: Я не бросаюсь на людей через минуту после знакомства, должно пройти время. Я понимаю, что им это очень приятно, многие этого ждут. Я не оправдываю ожидания иногда, но проходит время, мы встречаемся вновь, и люди попадают в мой аккаунт, если мне в них что-то близко.

М. БАЧЕНИНА: Я счастлива, когда мне встречаются люди, вдохновляющие меня, пусть не навсегда, но на какой-то отрезок времени. Это здорово, когда ты уже успел пожить. Есть аккаунт с монохромными фото, есть тот, где в цвете, есть личный, а есть у собаки. У Влада Лисовца в салоне живёт кот белого цвета с разноцветными глазами, он выглядит как инопланетянин, у него есть свой Instagram, и там есть, на что посмотреть, я кайфую. Много фотографий в цвете, на которых я вижу рыжеволосых девушек – это пунктик? У тебя рыжие волосы, это ты?

Е. МИЩЕНКОВА: Да, это я.

М. БАЧЕНИНА: Ставишь на выдержку, подбегаешь?

Е. МИЩЕНКОВА: Ставишь на выдержку или просишь человека.

М. БАЧЕНИНА: А почему там только ты?

Е. МИЩЕНКОВА: Там есть не рыжеволосые, это не я.

М. БАЧЕНИНА: Там чёрно-белые фото, я не вижу цвет.

Е. МИЩЕНКОВА: Katia_Mi_ — это цветной аккаунт, где много людей разных, но из всех моих знакомых у меня только одна рыжеволосая, и это я.

М. БАЧЕНИНА: Теперь ещё и я.

Е. МИЩЕНКОВА: Кстати я обратила на это внимание, у Вас прекрасные рыжие волосы.

М. БАЧЕНИНА: У нас вообще радиостанция зашкаливает по количеству рыжих на квадратный метр.

Е. МИЩЕНКОВА: Что-то в этом есть.

М. БАЧЕНИНА: Бесовщина.

Е. МИЩЕНКОВА: Во времена моего сотрудничества с министерством туризма Турции, которое пригласило меня на неделю моды Mercedes-Benz, один супер-классный стилист сказал: «Катя, я открою тебе тебя, доверься мне, садись». Я не помню его имя, я села, в то время я была своего цвета, русая.

Он делал что-то, как часто в популярных передачах бывает, потом развернул меня, и я понимаю, что я красно-рыжего цвета. Это было шоком для меня, я даже никак не восприняла. Меня встретили ребята, всем понравилось, кроме пары людей, которые долго не могли привыкнуть.

Я планирую вернуть свой цвет, но меня приглашают в тур, и это уже отдельным пунктиком: коллеги просят сохранить рыжий цвет на время ближайшего тура.

М. БАЧЕНИНА: Зачем?

Е. МИЩЕНКОВА: Я как модель – это эффектно смотрится к кадре, это популярно, нравится людям.

М. БАЧЕНИНА: Вы сотрудничаете с министерством по туризму – это жутко интересно.

Е. МИЩЕНКОВА: Да, мы видим места, в которые не могут попасть люди. Недавно у меня был тур в Феррару, в Италии – потрясающее место для тех, кто любит туманы, летите.

М. БАЧЕНИНА: Любите туманы?

Е. МИЩЕНКОВА: Да.

М. БАЧЕНИНА: Это заметно, это некий образ, который всегда чем-то внутренним подкрепляется, Вы белокожая, серо-голубоглазая, с рыжинкой – всё коррелируется с туманностями.

Е. МИЩЕНКОВА: Сейчас есть приложение туманов – это была моя боль, когда я узнала. Мне рассказал Томас Кокорега, Томас К, очень популярный в Германии блогер, который разрушил мою жизнь: я вставала в 4 часа утра, мы ходили, фотографировали. Это испытание, когда ты в 3 часа ложишься, в 4 часа надо встать, полчаса спишь вместо завтрака и выезжаешь на локации.

Мы вставали ради туманов. Мы ехали вечером в машине, я умирала, мне было плохо, кофе внутривенно был необходим, а он говорит: «Катя, расслабься, есть приложение туманов», — в этот момент моя жизнь рухнула: я видела, как ребята делают туманы в приложениях.

М. БАЧЕНИНА: Это честно?

Е. МИЩЕНКОВА: Кто-то живёт в Москве, ходит в офис, а обожает туман – для него это честно. Хочет туман – получает его. Я обожаю птеродактилей, считаю, что они путешествуют со мной везде, и я их ставлю в фотошопе, езжу во все туры с птеродактилями. Честно это? Это про страсть и про правду: то, от чего ты сам получаешь кайф и показываешь, и это нравится людям, кто с тобой на одной волне, а честно или нет – это предлог придраться.

М. БАЧЕНИНА: Не то, чтобы предлог придраться, просто здорово же, мастерски, когда ты можешь запечатлеть туман.

Е. МИЩЕНКОВА: Но тогда надо ехать. У меня есть подруга Маша Смирнова, фантастический человек, который снимал долгое время на Iphone 4, при этом она мегапопулярна, снимает на плёнку. Мы совершили безумный тур в Грузию, забирались 40 километров по жаре, сходили с ума, обгорели, мы хотели пройти путём пастуха.

В итоге нашли стадо из четырёх тысяч голов, которое шло по зелёным сочным травам на фоне гор, их подгоняли пастухи. В Грузии стадо ведёт чёрный козёл, белые собаки помогают. Мы на это смотрим, я снимаю на камеру, на телефон, а Маша – на плёнку. Кадры, которые сняты на плёнку, когда ты сам в этот момент решаешь, какой дать свет, как его скадрировать, потому что цифровую фотографию ты кадрируешь как хочешь – это реально искусство, к нему нет вопросов, это показывает, как человек может работать.

М. БАЧЕНИНА: Почему ты уточнила номера – айфоны по-разному снимают?

Е. МИЩЕНКОВА: Четвёртый – это последний Iphone, который сделал Джобс.

М. БАЧЕНИНА: А у тебя какие пристрастия в технике?

Е. МИЩЕНКОВА: Конечно же, Leica.

М. БАЧЕНИНА: Она симпатичная.

Е. МИЩЕНКОВА: Leica – это женщина до глубины души, её ненавидят все профессиональные фотографы. Любой классный фотограф скажет Вам, что Leica – это кошмарный ад, который стоит очень много и не фокусируется.

М. БАЧЕНИНА: Они за бренд дерут деньги?

Е. МИЩЕНКОВА: За оптику тоже.

М. БАЧЕНИНА: А почему они тогда на плаву, если их все ненавидят?

Е. МИЩЕНКОВА: Это легенда. У не самых дорогих моделей, которыми просто снимать, очень много ограничений, ты не успеваешь сделать кадр, потому что она долго думает, её надо уговаривать. Многие плюются, подержав Leica после Nikon или Сanon. Она женщина, к ней нужно найти подход, с ней нужно дружить, у неё бывают проблемные дни.

М. БАЧЕНИНА: Можно Iphone считать не брендом, а полноценной фототехникой?

Е. МИЩЕНКОВА: Смотря для каких задач: для Instagram – да, потому что там разрешение 1080, а снять ювелирку для бренда нельзя.

М. БАЧЕНИНА: Вы планируете выставку в России?

Е. МИЩЕНКОВА: Да, планирую.

М. БАЧЕНИНА: Вот она, следующая ступень в моей голове. Селфи любишь?

Е. МИЩЕНКОВА: Нет.

М. БАЧЕНИНА: Почему?

Е. МИЩЕНКОВА: Мои селфи немного creepy, не совсем классические. Когда я перешагнула первые 100 тысяч подписчиков, мне позвонило издательство, попросили написать книжку, как стать популярным в Instagram, не выходя из дома. Первые 100 тысяч подписчиков я набрала, не выходила из дома: снимала ручку, глазик. Я интроверт по сути, не очень люблю людей.

М. БАЧЕНИНА: Вопрос про звёздную болезнь?

Е. МИЩЕНКОВА: Да нет.

М. БАЧЕНИНА: Только в русском языке возможен такой ответ. Благодарю Вас, мне очень понравилась наша беседа.

Е. МИЩЕНКОВА: Спасибо, мне тоже. 

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×