Дмитриева: Заморозка бюджета на три года увеличит число бедных до 40 млн

Дмитриева: Заморозка бюджета на три года увеличит число бедных до 40 млн

Фото: ©РИА Новости/Владимир Федоренко

4657
Политик и экономист назвала позицию Минфина безграмотной, а само ведомство — главным паникёром.

 

 

Д. НАДИНА: Всем добрый вечер. Наша гостья Оксана Дмитриева, политик. Оксана Генриховна, здравствуйте.

О. ДМИТРИЕВА: Здравствуйте.

Д.Н.: Прежде всего, есть много тем, связанных с экономикой, которые хотелось бы с вами обсудить. Давайте поговорим о бюджете. Здесь ваше экспертное мнение как экономиста любопытно. Стало известно, что собираются расходы бюджета заморозить на три года. В Кремле говорят, что эта идея Минфина по большому счёту имеет право на существование, чтобы расходы бюджета упорядочить. В целом нейтральное отношение Кремля. Вместе с тем возмущён уже Глазьев, который говорит, что это сумасшествие. Возмущены наши слушатели, очень многие, потому что, понятное дело, если замораживают расходы бюджета на уровне 2016 года, индексации пенсии особенно не стоит ждать, и вообще расходов на социальную сферу. Вы что можете сказать?

О. Д.: Могу сказать, что с экономической точки зрения это полная чушь, вопиющая безграмотность, потому что в номинальном выражении расходы бюджета в любом случае подлежат индексации, даже если у нас спад производства и сокращение расходов в реальном выражении, потому что всё равно есть инфляция. Инфляция, я думаю, по итогам года будет 7—8%. При этом правительство прогнозирует не спад производства, а слабый рост, фактически нулевой. Это означает, что если правительство продолжает собирать налоги, а не говорить, что мы все ушли, у нас кризис, мы пошли отдыхать, то налоги в таком  исчислении должны вырасти на 7—8%, хотя бы в меру инфляции. Если продолжается спад производства и инфляция будет 7—8%, то всё равно доходы в номинальном выражении вырастают на 5—6%. То есть в любом случае они номинально растут. Это значит, что на такой же темп должны индексироваться расходы бюджета. А это замораживание ни на чём не основано. Тем более никто не может предсказать, какова будет инфляция в 2017 году. Если следовать логике правительства, то это означает, что оно расписывается в том, что кризис есть, был и будет. Причём темп спада будет такой, что он будет больше, чем инфляция.

Д. Н.: В реальном выражении получается, с учётом инфляции, траты сокращаются на 20% до 2019 года. Хотя у нас и так сейчас расходы бюджета уже довольно низкие.

О. Д.: Если они прогнозируют дальнейший спад производства и сокращение доходов, то это означает, что, наоборот, главные антикризисные меры в такой ситуации: подхлёстывание экономики, стимулирование инвестиционного спроса, стимулирование  платёжеспособного спроса населения. У нас такого затяжного кризиса не было. Фактически 2013 год — это нулевой рост. Потом небольшой всплеск в 2014 году за счёт девальвации. И потом спад производства 2015—2016 годов.

Д. Н.: Реальное сокращение на 20% — это о чём речь? Это опять пенсионеры должны будут держаться без индексации? Это у нас бюджетники недополучат зарплату? На чём сокращение, по каким статьям оно пройдёт?

О. Д.:

"Замораживание расходов бюджета — это сокращение в реальном выражении всего, потому что при этом правительство не говорит, что оно замораживает тарифы естественных монополий. Не говорит о том, что замораживает цены. То есть всё это будет расти".

Соответственно, будут расти расходы. Ведь в бюджете есть расходы не только на заработную плату, на пенсии, но и текущие расходы на закупку товаров, лекарств, общественного питания, те же самые расходы коммунальные. Они будут расти. Соответственно, доля заработной платы и пенсии должна быть ещё больше. Она не увеличивается. Она уменьшится. Потому что все остальные текущие расходы на закупку товаров и услуг, потому что инфляцию никто не останавливает, инфляция будет иметь место, рост цен будет иметь место, тарифы будут расти, соответственно, доля всех этих расходов в бюджете будет увеличиваться. Потому что вы не можете не отапливать здание, не можете не закупать медикаменты, не можете не осуществлять текущий ремонт. Всё это будет расти. А при заморозке общих расходов бюджета уменьшаться ещё больше будет заработная плата и пенсия. Такого представить невозможно, потому что это полный абсолютный абсурд.

Д. Н.: Но, с другой стороны, ведь денег объективно нет. У нас даже сейчас бюджет рассчитан исходя из цены нефти за баррель в 50 долларов. А она у нас далеко не всегда стоит 50. Колеблется.

О. Д.: Во-первых, цена на нефть падать перестала.

Д. Н.: Надолго ли.

О. Д.: Надолго. Потому что она была занижена искусственно. Я предсказывала, что цена на нефть не может находиться долго на таком заниженном уровне, потому что мировая экономика растёт, и растёт неплохим темпом. А если растёт мировая экономика, следовательно, растёт спрос на углеводороды. Это будет вызывать повышение цены.

"Поэтому никаких катастроф с ценой на нефть в обозримом будущем, как раз до 2019 года, на мой взгляд, не будет".

И цена на нефть рано или поздно начнёт расти, поэтому среднегодовая цена на нефть не будет ниже 50 долларов за баррель. Какие основания для таких панических заявлений и сокращений расходов бюджета?

Д. Н.: В этом году дефицит 3% ВВП.

О. Д.: Во-первых, это прогнозируемый дефицит. Во-вторых, 3% ВВП — это тот дефицит, который вообще считается приемлемым. Для вхождения в ЕС и зоны Евро в качестве планки для ограничения дефицита бюджета определялся именно 3% ВВП.

Д. Н.: Слушатели подумают, что мы собрались в ЕС.

О. Д.: Мы никуда не собираемся, это не нужно делать. Дело в том, что в условиях тех возможностей, которые есть сейчас у бюджета... Давайте вспомним о том, какие суммы были закачаны в банковскую систему и до сего времени до реальной экономики не дошли. Какие суммы формально были выделены, считается, что мы тратили в Фонд национального благосостояния, но это фактически никакие не расходы реальные. Это просто перекладывание денег из одного банка в другой банк. Якобы потом они должны пойти на поддержку реальной экономики и на финансирование самоокупаемых инвестиционных проектов. Но пока никаких этих проектов нет. И ничего реально не инвестировано. Просто на эти деньги закуплены облигации, акции, вложены в уставные фонды, что называется, размещены. И просто лежат на счёте соответствующих кураторов или инициаторов этих проектов, только в других банках. Поэтому мобилизация остатков бюджетных средств, которые закачаны в банковско-финансовую систему, может составить, по моим оценкам, около полутора триллионов рублей. А воз и ныне там. Вначале говорят, что всё это невозможно сделать, а потом выясняется, что всё можно. Повторяла в Государственной думе с периодичностью раз в месяц, что закачиваются огромные средства в уставные капиталы акционерных обществ. При этом ни на какие инвестиции они не идут. Всё время говорила, что если мы уже отправили их в уставные фонды, то взять обратно невозможно. Выясняется, что можно. То же самое здесь. Нужно просто волевое усилие.

Д. Н.:  Вы говорите, что не нужно ужиматься. А я читаю, что Минфин истратит почти половину Фонда национального благосостояния к 2019 году, а резервный фонд России будет исчерпан уже в 2017 году. Разве это не свидетельство того, что денег нет?

О. Д.:

"Оценки Минфина, к сожалению, абсолютно, на мой взгляд, не имеют под собой объективных расчётов."

Что значит истратить средства ФНБ? Он выделил один триллион семьсот миллиардов рублей, это, примерно, чуть меньше половины средств ФНБ на различные самоокупаемые проекты и поддержку банковской системы. Тем не менее эти деньги на поддержку реальной экономики не израсходованы. Они просто туда переложены. А вот дальше насколько они эффективно расходуются и подлежат ли они обратной мобилизации — это вопрос. Я считаю, что подлежат, что фактического расхода бюджетного не произошло.

Д. Н.: Меня пугают такие сообщения, что резервный фонд будет исчерпан в следующем году, ФНБ... Это мы без штанов останемся, получается?

О. Д.: Наш Минфин — самый главный источник паники. Потому что бесконечные паникёрские заявления, потом ситуация оказывается не такая, какой они её прогнозировали. И весь результат того, что катастрофы не произошло, они выносят за счёт своей эффективной работы. На самом деле они ничего не делают. И вся идея заморозки расходов бюджета и замораживания индексации пенсий, пособий — это суть порочной политики, потому что если Минфин прогнозирует кризис, значит, они должны принимать все меры, чтобы из этого кризиса выйти. Должна быть конкретная стратегия. Вместо этого они говорят, что кризис, наверное, будет, будет длительный, поэтому давайте сидеть, ничего не делать, только не пейте при этом и не ешьте. И ждите. Экономику не инвестируйте, бизнес не начинайте, предпринимательскую активность не стимулируйте, не покупайте, платёжеспособный спрос не расширяйте.

Д. Н.: Это же цепочка, которая призвана бороться с инфляцией.

О. Д.: Это цепочка абсолютно абсурдна. Более того, никто никогда ни в одной стране так из кризиса не выходил. Любят ссылаться на различные страны. Но никто никогда из затяжного кризиса так не выходил. Все выходили совершенно обратным способом. Это применительно как и к периоду Великой депрессии 1933 года, так выходила из кризиса последнего мировая экономика 2008—2009 годов. Все, в той или иной форме, стимулировали платёжеспособный спрос, инвестиции. Разные были модели, но каждая страна делала примерно то же самое. Более того, поскольку тогда мы находили в одной лодке с мировым сообществом, мировое сообщество было заинтересовано в том, чтобы ни одна страна не провалилась, иначе по цепочке потянет всех остальных. И нам тогда предписывались снижение налогов и расширение расходов.

Д. Н.: Вот, кстати, сегодня появилось в британских СМИ сообщение о том, что в парламентском докладе в Великобритании предлагают в очередной раз санкции вводить против России, усиливать санкции. К разговору о мировом сообществе, есть у нас хоть один партнёр среди наших соседей, который мог бы нам помогать?

О. Д.: Сложно сказать. Мне кажется, что и в Европе есть страны, которые заинтересованы в сотрудничестве с Россией, и южные страны, и те страны, которые пытаются отменить санкции. Во всяком случае, есть определённые круги, которые гораздо больше заинтересованы в отмене санкций против нас, чем мы, потому что санкции простимулировали вынужденный протекционизм. Если мы посмотрим на темпы экономического роста по разным отраслям, то как раз сельское хозяйство и пищевая промышленность на фоне общего кризиса растут. Причина наших бед — кризис, несмотря на санкции, на искусственное снижение цены на нефть, на девальвацию рубля, вызван неграмотными действиями правительства и ЦБ. Ошибка за ошибкой и упорствование в своих ошибках. Предложение о замораживании расхода бюджета и фиксации их на уровне 2016 года — вопиющая неграмотность, которая приведёт к следующему витку кризиса.

Д. Н.: К бытовым спустимся вопросам. Тут свежий опрос, почти 2/3 россиян признались в страхе потерять работу, 61% беспокоит сокращение штата или ликвидация работодателя, ¾ опрошенных указали на низкую защищённость от последствий экономического кризиса.

О. Д.: Люди совершенно правильно оценивают, слушая Минфин, пессимизм у них только прибавляется. Что значит потеря рабочего места? Самое страшное в кризисе — спад производства и потеря рабочего места. Потеря рабочего места гораздо опаснее, чем инфляция. Потому что инфляция каким-то образом насколько-то процентов сокращает расходы домашнего хозяйства, а потеря рабочего места сокращает в разы. Обычно все и подхлёстывают экономику, чтобы не было спада производства, сокращения рабочих мест, роста безработицы. Потому что потеря рабочего места  для граждан — потеря источника существования, а для бизнеса — потеря платёжеспособного спроса. Получается заколдованный круг, который всё больше затягивает в эту трясину.

Д. Н.: У нас сейчас, по официальным данным ,22 миллиона бедных, если я не ошибаюсь, у них доход ниже МРОТ или около МРОТ.

О. Д.: Ниже прожиточного минимума. У нас МРОТ существенно ниже прожиточного минимума.

Д. Н.: Да, верно. Ниже прожиточного минимума. Можно ли дать прогноз, сколько таких будет к концу года? Можно ли прогнозировать увеличение числа бедных в нашей стране или мы достигли дна в этом вопросе?

О. Д.:

"Если будет замораживание индексации пенсии и заработной платы, будет существенное расширение бедных".

Если говорить о неработающих пенсионерах, а таких у нас свыше двадцати миллионов человек, то можно считать, что фактически все пенсионеры будут около этой черты. Они не считаются бедными, потому что у нас есть доплаты федеральные и региональные к пенсии до прожиточного минимума. Следующая очень уязвимая категория — это семьи с детьми.

Д. Н.: Так сколько будет бедных?

О. Д.: Если будет реальная заморозка, то количество бедных может удвоиться. Очень большой слой населения находится около черты бедности.

Д. Н.: На фоне этих цифр очень интересна цифра в девятнадцать миллионов рублей, которую пропили наши футболисты.

О. Д.: Мы сегодня весь день сходим с ума от того, что творится с нашими футболистами. Только одного шампанского на восемнадцать миллионов рублей. Вот такие страшные цифры. Каким образом можно эту проблему решить? Они вылетели с Евро две недели назад и сейчас празднуют, зарплаты-то заоблачные.

О. Д.: Вопрос о том, почему у нас такие заоблачные зарплаты, всегда у меня возникает. Почему такие огромные оклады назначают тем, кто тренирует футболистов, перекупает футболистов. Мне представляется, что здесь должна быть гораздо более умеренная политика с точки зрения вознаграждения. Мы часто награждаем наших спортсменов и орденами, и медалями, рассматриваем их как героев. И они действительно иногда защищают честь страны. Но у них тоже должна быть какая-то этика, кодекс чести. Так же, как у политиков, как у лидеров общественного мнения. Потому что наши граждане смотрят на них как на героев, а эти герои должны как-то соизмерять, осознавать ответственность не только спортивную, но и нравственную.

Д. Н.: Зарплату бы им такую, как у наших пенсионеров пенсия.

О. Д.: Или хотя бы как у тех, кто тренирует наши сборные школьные, юниорские команды. Она должна быть нормальная, как у выдающихся людей. Почему она должна принципиально отличаться от вознаграждения тех, которые есть у наших выдающихся актёров, певцов, писателей, учёных?

Д. Н.: Вот, кстати, те, кто занят в разработках научных, они зарабатывают зачастую не так-то мало. Мы привыкли считать, что "бедные учёные". Но у меня есть несколько знакомых, которые занимаются научными разработками.

О. Д.: У меня есть очень много знакомых выдающихся учёных, занимаются разработками, просто подвижники. Но есть статистика. У нас средний заработок в вузах ниже, чем во многих субъектах РФ, например, в Москве и Санкт-Петербурге, чем в средней школе, я уже не говорю о здравоохранении. А там уникальные таланты. Так же, как у футболистов уникальные физические данные, у учёных уникальные умственные способности.

Д. Н.: Игорь нам пишет: "Многие известные экономисты, депутаты, политики говорят о неправильных действиях Минфина, ЦБ и Минэкономразвития. Почему ничего не меняется?"

О. Д.: Потому что многие говорят, многие депутаты приходят к вам в РСН, клянут политику ЦБ, говорят, что ЦБ у нас агент Федеральной резервной системы, а в Государственной думе послушно голосуют за госпожу Набиуллину в качестве председателя ЦБ. И каждый раз одобряют представленную нам единую денежно-кредитную политику. Нужно чётко смотреть, кто что говорит и как при этом он голосует, выступает в Государственной думе.

Д. Н.: Григорий пишет: "А может быть мы действительно просто плохие работники, как ещё Ленин говорил?"

О. Д.: Я с этим не согласна, потому что вы можете сравнить: в Латвии весь эффективный бизнес русский. Русские, которые приезжают в другие страны, в Европу развивают бизнес, самоотверженно трудятся. У нас люди много и эффективно работают. Говорят, лучше стадо баранов, предводимое львом, чем стадо львов, предводимое бараном.

Д. Н.: Слушатель пишет: "Какой мотив властям что-то делать? Они скупают целые этажи, дети устроены, учатся за границей, люди не выйдут. Чего власти боятся?"

О. Д.: Этот вопрос риторический. Я думаю, что реализация честных выборов внесёт определённые коррективы в сменяемость власти хотя бы в Государственной думе. К сожалению, финансово-экономический блок с небольшими изменениями функционирует в том же составе в течение долгих лет. Потому что господин Кудрин подвергает критике действия правительства, но ведь они всё такие же, как он осуществлял, когда был министром финансов. Другое дело, что тогда цена на нефть была 110 долларов за баррель.

Д. Н.: Вот ещё спрашивают: "Почему те же футболисты нашей сборной, по сути, люди, пинающие мячик, получают в миллион раз больше тех, кто занимаются полезной работой, например, пожарники или спасатели, которые спасают жизни людей, что, безусловно, бесценно? Почему так работает система?"

О. Д.: Система так работает, потому что существуют приоритеты, в том числе многие ратуют за увеличение расходов на спорт высших достижений. Часть футболистов по клубам оплачивают различные компании, на коммерческих началах получают, как зрелищный вид спорта, но есть и бюджетные расходы. Я уже высказалась насчёт уникальных способностей.

Д. Н.: Тут ещё спрашивают, как вы относитесь к проведению чемпионата мира у нас в 2018 году. Но, думаю, ваша позиция понятна.

О. Д.:

"Да. Я считаю, что лучше вкладывать в инновационные проекты. Олимпиада в Сочи – это лучше, чем вложение средств в резервный фонд за границей или ФНБ".

 Но, если бы был крупный инновационный проект, сравнимый с атомным проектом или космическим проектом, проектом, связанным с биотехнологиями, геном человека, думаю, эффект на экономику, на развитие человеческого капитала был бы гораздо больше. Другое дело, когда дело начато, столько средств потрачено, столько стадионов построено, я буду защищать нашу страну в её желании провести чемпионат по футболу в 2018 году.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Вы ошибаетесь, что у нас не стадо львов с баранами. У нас, наоборот, разбавляют очень опытные люди, отобранные специально для того, чтобы уничтожить наше государство. И туда невозможно пробраться ни умным политикам, ни экономистам, никому. Государство — химера. Совершенно чуждое своему народу по идеологии, вере, по всему.

О. Д.: Я не согласна. Потому что в том же правительстве есть и Лавров, и Шойгу, который удивил. Я думала, что после того разгрома, который устроил Сердюков, потребуются десятилетия, чтобы восстановить. Я оцениваю, что достаточно быстро и по многим направлениям ... То, что мне видно, это финансовое направление — там был наведён порядок. Есть в правительстве эффективные министры, и люди это видят и высоко оценивают. Другое дело, в финансово-экономическом блоке заместители министров есть и были толковые, эффективные, знающие люди.

СЛУШАТЕЛЬ: Я по поводу Сердюкова хотел сразу сказать. Служил в армии. На бункере на должности офицера. Получал 485 рублей. На моей должности числился офицер. Насколько это распространено в армии сейчас и как с этим бороться? Получается, обычные солдаты трудятся, а получают мёртвые души?

О. Д.: Если вы мне это опишете, я могу направить запрос. Но то, что мне видно, многие аферы после прихода Шойгу в Министерство обороны по финансовым механизмам были свёрнуты. В частности, там была банковская схема использована для финансирования государственной программы вооружения, которая просто откачивала средства бюджета на банковскую маржу. Это были очень большие средства. Что касается мёртвых душ, это отдельный вопрос. Нужно лезть изнутри, мне это не видно.

Д. Н.: Юрий пишет: "Почему правительство не хочет или не может заморозить тарифы естественных монополий? тарифы на газ и электричество приблизились к тарифам в США".

О. Д.: Очень справедливый вопрос. Неоднократно вносили закон о замораживании тарифов в той или иной форме естественных монополий и ЖКХ. Более того, активно над этим работал бывший председатель комитета по энергетике Иван Грачёв, который технически прорабатывал вопрос замораживания тарифов естественных монополий по каждому из энергетических монополий. На мой взгляд, нет никаких препятствий, кроме аппетитов самих естественных монополий. Потому что там огромный задел по ценам, они росли очень быстро, намного опережали инфляцию и рост цен по другим отраслям. Нужно заморозить, а дальше выдавливать излишние расходы, смотреть калькуляцию себестоимости, зарплаты, вознаграждения членов совета директоров, правления.

Д. Н.: Максим спрашивает: "Ходили ли вы 4 июля в американское посольство поздравлять американцев с Днём независимости?"

О. Д.: Я не могла ходить, поскольку у нас был съезд Партии роста. Что касается официальных посещений, встреч, и так далее. Я — депутат Государственной думы, у меня нет никаких частных встреч и частных интересов. Если я встречаюсь, если они попросят о встрече, то все вопросы, как правило, исходя из государственных, национальных интересов. Либо по просьбе Министерства иностранных дел, либо после обсуждения в своих ведомствах в Государственной думе. Поэтому очень примитивное понимание, что депутат Государственной думы ходит, разгуливает, разглагольствует, и это не является частью его работы.

Д. Н.: Слушатель пишет: "Скажите, Крым — наш?"

О. Д.: Безусловно.

Д. Н.: В студии была Оксана Дмитриева, политик. Программу вела Дарья Надина. Спасибо за эфир.

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×