Сон стоя и бег до потери пульса. В каких условиях женщины служат в армии Израиля

Сон стоя и бег до потери пульса. В каких условиях женщины служат в армии Израиля

Фото: © РИА Новости/Лев Носов

4335
Журналист Мария Ирмияу поделилась в прямом эфире Лайфа своими воспоминаниями о службе в Израиле.

МАРИЯ ИРМИЯУ: В Израиле сложно: днём жарко, вечером в пустыне холодно. Поэтому в принципе некайфово, но я могу спать в позе боевого коня, поэтому мне всё равно.

ИЛЬЯ ПАНОВ: Что это за поза такая? Покажи.

М.И.: Боевой конь — он стоит. И на самом деле в этой позе можно спать.

Полную версию программы "Вперёд" с Марией Ирмияу слушайте в аудиозаписи.

И. ПАНОВ: Маша Баченина так разволновалась сегодня оттого, что стала и теле- и радиозвездой. Волнение женщине к лицу.

М. БАЧЕНИНА: Спасибо.

И.П.: Илья Панов меня зовут.

М.Б.: Да, доброе утро.

И.П.: И мы продолжаем, друзья, в сегодняшний выходной день вас всех приглашать. Дружно за руки берём и в субботу вас ведём.

М.Б.: А у нас в гостях сейчас будет девушка ну удивительной судьбы, я бы сказала, потому что и послужила в армии в Израиле, и приняла участие в проекте Первого канала "Особое задание". Человек проходит сюда в студию.

И.П.:  Мария Ирмияу! Доброе утро! В первую очередь вы журналистка?

М. ИРМИЯУ: Да, ваша коллега.

И.П.: Сегодня вы интересны нам в первую очередь с другой стороны. Сегодня, как сказала Маша, такой день, что называется особый день. Сегодня старт осеннего призыва в армию России.

М.И.: Было. Не в России, но было. Было это, правда, 12 лет назад, потому что мне уже 30. Было дело. У меня, правда, был весенний призыв. Это было в апреле, но было дело. Причём стояла жара в 45 градусов.

И.П.: Давайте сначала. У вас двойное гражданство, правильно?

М.И.: Всё правильно, да.

И.П.: Все те девушки, у кого есть израильское гражданство, военнообязанные?

М.И.: Да, все граждане Израиля военнообязанные. Всё правильно.

И.П.: Вам сейчас 30. Вы говорите, это было 12 лет назад. Соответственно, вам было 18.

М.Б.: Ну вы-то знали, что как только вы получаете гражданство Израиля, вы попадаете в армию. Были готовы к этому?

М.И.: Да, конечно.

М.Б.: И хотели?

М.И.: Я приехала в Израиль ребёнком, поэтому у меня вопрос не стоял, хочу я или нет служить в армии.

И.П.: То есть вы там повзрослели уже?

М.И.: Да, я там повзрослела. Это социум, ты в этом растёшь. И ты чувствуешь себя частью только в том случае, если ты отдаёшь свой гражданский долг стране. Страна маленькая, её нужно защищать, поэтому каждый хочет отдать частичку своих сил.

М.Б.: Это такая пропаганда там мощная?

М.И.: В хорошем смысле слова пропаганда.

И.П.: У меня есть несколько друзей, которые живут в Израиле, и они молодые. Одна из них, девушка — она, кстати, косит до сих пор.

М.Б.: Там тоже можно?

И.П.: Она в России просто.

М.И.: Сложно, но можно.

И.П.: Это не то что даже пропаганда. Я разговаривал с ребятами. Это какое-то тотальное повсеместное понимание каждого гражданина, что они все израильтяне и что кроме них никто их не защитит. Ты вчера, когда мы готовились, спрашивала у меня, почему тогда в Израиле такая сильная армия. И вот сегодня я понял, что она сильная, потому что каждый её элемент, каждый её гражданин понимает, что он часть этой самой армии и должен защищать свою страну. Вот это, мне кажется, там очень сильно.

М.Б.: То есть вы выросли вот с этой идеей уже?

М.И.: Да, всё правильно. Я абсолютно вас поддержу. Это есть, с этим все растут, что называется, с молоком матери. Я могу сказать, когда я принимала пять лет назад участие в "реалити" на Первом канале — "Специальное задание" — там, в принципе, все были звёзды, а я вот единственная была журналист. Насколько понимаю продюсеров, задумка была та же: всё-таки поддержать наших новобранцев, поддержать нашу молодёжь и дать понять им, что служить в армии — это круто. И на самом деле было очень круто: я утопила танк, сломала моторную лодку, вывела из рабочего состояния.

И.П.: Осталась должна 30 миллионов...

М.И.: Мне все задавали вопрос: "Чему ж тебя там научили?"

Ну, как видите, я девушка совершенно неспортивная, израильская армия попыталась научить меня всему, чему смогла
Мария Ирмияу

Могу сказать честно, я не поддавалась и осталась непунктуальной девушкой, но она мне дала характер на всю жизнь. После этого вся моя журналистская карьера, наверное, может быть, в какой-то степени и сложилась, потому что, пройдя армию и поночевав в разных таких условиях полевых, мне, в принципе, никакие командировки уже были не страшны.

И.П.: Сейчас поговорим про перипетии как раз армейской службы, а ещё последнее уже дополнение про вот этот дух. Наверное, все понимают, что надо защищать, потому что просто в стране война идёт уже много лет, не останавливаясь.

М.Б.: Это страшно — вот в таком состоянии страны идти служить в армию?

М.И.: Когда ты там живёшь, тебе кажется это частью жизни. И ты не знаешь, как оно по-другому. Ты к этому привыкаешь, и тебе это кажется нормой. Но я считаю, что и в нашей стране, здесь в России, служить не менее важно, потому что это тоже наша страна и мы её должны защищать. И мне кажется, что это круто, это кайфово.

М.Б.: Причёска какая там у девушек в армии?

М.И.: Ну мы там были в хвостике.

М.Б.: Мне очень интересно про службу в армии послушать. Форма? Она отличается от нашей? Я, конечно, понимаю, что погода в первую очередь диктует, но вот какие-то условия комфортности, элементы?

М.И.: Да, я покажу потом фотографии. На самом деле в плане ткани — и та, и другая приблизительно из хлопка. Я носила и российскую настоящую, и израильскую.

М.Б.: То есть приятная к телу, натуральная?

М.И.: Да, вопросов нет. Ну, израильская чаще всего зелёная. Я служила в пехоте. Она однозначно зелёная. Брат мой служит в ВВС, там она бежевая. У морфлота она белая. Но в целом, так или иначе, в основном это 90% зелёная, такая удобная.

И.П.: Ну камуфляжная. Маша, через мгновение мы продолжим говорить о женской армии. Мне интересно, сможем мы ещё как-то сбагрить Баченину в армию или нет? Маш, ты сегодня просила тебя протестировать.

М.Б.: Никто не может меня протестировать. Можете вы хотя бы?

М.И.: Да, без проблем.

М.Б.: Годна я или нет?

М.И.: Сколько тебе лет?

М.Б.: Не скажу.

М.И.: Ладно.

Если ты репатриируешь в Израиль и тебе больше 17 лет, тебя уже не заставят служить в армии
Мария Ирмияу

Но у меня сестра, допустим, репатриировала после 17 и пошла, потому что это круто, здорово.

М.Б.: То есть собственное желание учитывается?

М.И.: Да.

И.П.: А там призывной возраст для девушек 17 лет, не 18?

М.И.: Нет, призывной — 18, но по закону, если девушка репатриировала после 17 лет, она не обязана призываться, так как там остаётся всего год для вот этой вот абсорбции. Не всегда её успевают пройти.

И.П.: Возвращаемся к Маше.

М.И.: Очень много со мной служило таких же девушек, как ты, в том числе и славянок и, может быть, не совсем имеющих прямое отношение к еврейским корням. Физическую подготовку мы проверять не обязаны. Но на самом деле, как видишь, я сама совершенно не спортсменка. Тут главное — боевой дух.

И.П.: Давай допросим. Ты сможешь присесть, например, 10 раз и не задохнуться?

М.Б.: 10 — да.

И.П.: А отжаться?

М.Б.: Ну, полтора.

М.И.: Так, у меня есть более важные вопросы: а ты в полях спать готова? В прямом смысле слова, неделю в полях?

М.Б.: Я — конечно, сельхозакадемия за моими плечами.

М.И.: Знаешь, так вот, сидя в студии, все умные, а представь, что у тебя там ползают разные змеи.

М.Б.: Я не уверена, что в полях мой ум останется при мне. Ну, в полях, допустим, да. Ну вы же спальные мешки какие-то используете?

М.И.: Да. Палатки не всегда, но спальные мешки — да. А вот вставать в пять утра, бегать?

На пятом дне своего курса молодого бойца я упала в обморок и разбила подбородок
Мария Ирмияу

И.П.: Мы тебе расскажем маленький секрет, мы в утреннем эфире работаем. Мы встаём и так в пять утра.

М.И.: А, ребят, точно, здорово! Слушай, ну ты тогда подходишь.

М.Б.: Я ещё и краситься успеваю.

М.И.: Здорово! Слушай, ну тогда у тебя есть все шансы на самом деле.

М.Б.: А не надо продемонстрировать, какой силы у меня удар, например?

М.И.: Мне кажется, надо. Вот это очень важно сейчас. На самом деле это очень важно, потому что бегать и прыгать — это всё ерунда, а вот сила удара — очень важно, потому что дело такое.

М.Б.: Хорошо. А учат каким-нибудь там приёмчикам или специальному боевому искусству?

М.И.: Конечно. Есть израильское боевое искусство, которое называется крав-мага, такое достаточно прикладное. Есть приёмчики, могу попробовать на твоём коллеге.

М.Б.: Где удобнее: в израильской казарме или в российской?

М.И.: В Израиле сложно: днём жарко, вечером в пустыне холодно. Поэтому в принципе некайфово, но я могу спать в позе боевого коня, поэтому мне всё равно.

И.П.: Что это за поза такая? Покажи.

М.И.: Боевой конь — он стоит. И на самом деле в этой позе можно спать.

Я могу спать стоя, армия это прививает
Мария Ирмияу

И в израильской казарме, и в российской я, например, спала везде, и мне было здорово. Поэтому вопросов нет. Что тебе показать? Как стоит конь?

И.П.: Нет, как спать можно стоя. Я не могу представить даже.

М.И.: Ну смотри, мне сейчас пришлось очень рано встать, я могу уснуть легко.

И.П.: Давай тогда приём руками, например.

М.Б.: Раз Мария встала, то надо на тебе показать. Я буду комментировать. Прощай, Илья! Уважаемые слушатели, это был Илья Панов. Сейчас Мария будет показывать на нём приём из израильской армии.

И.П.: Только я не хочу, чтобы мне было больно.

М.Б.: Я хочу, Мария. Желание женщины — закон.

М.И.: На самом деле ничего сложного нет. Для этого девушке в первую очередь нужны крупные бёдра.

М.Б.: Вы танцевать собрались? Мы поняли. Это бросок через бедро.

И.П.: Она действительно сильная. Я могу сказать, что если бы это действительно было на улице, а не в наших декорациях, то она меня бы перевернула, мне кажется, и сверху ещё могла бы коленом по лицу дать. Такое у меня впечатление создалось.

Комментарии: 
  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×