Сирийские испытания: как война поможет улучшить бронетанковую технику России

Сирийские испытания: как война поможет улучшить бронетанковую технику России

Фото: РИА Новости/Евгений Биятов

15769
Генерал-лейтенант запаса Юрий Ковальков рассказал, что анализ применения российских танков и огнемётов в сирийской операции способствует их существенному усовершенствованию в ближайшем будущем.

И. КОРОТЧЕНКО: Мы можем сказать, что успешное применение танка Т-90 в боях, которые ведёт сирийская армия против террористов, и применение тяжёлой огнемётной системы стимулировали обращения потенциальных заказчиков, чтобы приобрести это оружие?

Ю. КОВАЛЕНКО: Конечно, да. Я думаю, на сегодня это наш бренд, марка, которая показывает, что уральские рабочие действительно делают хороший настоящий танк. Японские тоже не хуже делают эту машину — тяжёлую огнемётную систему. Мы, конечно, не стоим на месте и по опыту применения в Сирии после глубокого анализа учтём это дело, сделаем для себя соответствующие коррективы, что-то добавим, наверное. Сирия Сирией, но мы должны думать, как нам дальше совершенствовать бронетанковую технику.

Полную версию программы Генштаб с Юрием Коваленко слушайте в аудиозаписи.

И. КОРОТЧЕНКО: Здравствуйте. Приветствую всех, кто слушает сейчас программу "Генштаб". Я её ведущий Игорь Коротченко. Представляю нашего гостя. Сегодня здесь, в студии, генерал-лейтенант запаса Юрий Фёдорович Коваленко. В недавнем прошлом он занимал должность начальника штаба, первого заместителя начальника Главного автобронетанкового управления Министерства обороны Российской Федерации. Юрий Фёдорович также кандидат технических наук. Я рад приветствовать вас. Я предлагаю, Юрий Фёдорович, начать наш разговор с такой темы. Очень многие специалисты почему-то до недавнего времени утверждали, что танки исчерпали себя в современной войне, поскольку нынешняя война достаточно нетрадиционная, нет зачастую единого поля боя, там действуют структуры типа террористических организаций, боевиков, нет единого фронта, тяжело принимать решения. Особенно ставили под сомнение роль танков в городских боях. И вот мы видим на примере операции в Сирии, когда сирийские вооружённые силы феноменально показали возможности российской бронетанковой техники. Наверное, все военные специалисты в мире посмотрели эти кадры, когда боевики, имея на вооружении в Сирии один из новейших американских современных противотанковых ракетных комплексов, использовали его для поражения сирийского танка Т-90 и получилось, что хвалёный американский ПТРК новейшего поколения не смог поразить ни танк, ни экипаж. Это вызвало у всех не только массу восхищённых отзывов, но и недоумение. Итак, возвращаясь к этим событиям в Сирии, хотел спросить, как в целом вы, анализируя опыт боевого применения сирийской армией и использования, в частности, техники в городских боях, как показала себя техника наша: и Т-90, и другие образцы, которые использовали сирийские военные в боях за последний год.

 

Про танк Т-90

Ю. КОВАЛЕНКО: Добрый вечер, дорогие радиослушатели. Действительно, в последнее время в YouTube, в Интернете можно наблюдать события, хронику с места боевых сражений. Поражение не только Т-90 показывали, но предварительно очень муссировалось поражение танка типа Т-72. На фоне взрыва танка Т-72 сохранение и защищённость танка Т-90, конечно, поразили. Поразили прежде всего тем, что система защиты этого танка немного отличается, она усовершенствована по сравнению с танком Т-72. Т-72 — это танки, которые раньше поставлялись в Сирию и другие страны. Всего где-то 30 тысяч танков мы отправили за рубеж. Со временем эти танки стали уязвимы от новых разработанных противотанковых средств. О роли танков на поле боя давно идут споры, и эти споры не утихают.

В любом случае задача танка на поле боя — обеспечить успех пехоты по уничтожению противостоящего противника в наступлении, в обороне, противника, наступающего на передний край
Юрий Коваленко

Если чётко так выделять задачи танка на поле боя, то, конечно, его огневая мощь — это прежде всего пушка 125 мм, которая имеет подкалиберные снаряды для поражения практически всех бронированных средств на переднем крае. Те, которые есть сегодня, поражаются не глядя. Осколочно-фугасный снаряд повышенного могущества, кумулятивный снаряд, который позволяет уничтожать противника за бетонными укрытиями, внутри зданий, блиндажей. Задачи, которые сегодня выполняет танк, были и остались. Кроме того, чтобы танки наши грамотно применялись, необходимо танку прикрытие, чтобы были мотострелки, которые его прикрывают, чтобы были рядом с ним инженерные подразделения, огнемётчики, которые рядышком будут помогать ему решать те задачи, которые не может танк решить. Там, где это грамотно применяется, наши танки не будут нести потери. Кроме того, танк Т-90 сегодня имеет двигатель тысячесильный, очень большая у него возможность по манёвру, подвижности. Вы видели, показывают горный театр, там сплошные скалы, навалы камней. Он их спокойно преодолевает, выходит на огневые позиции, делает два-три выстрела и снова уходит в укрытие, решая задачу в интересах сирийских подразделений.     

И.К.: Сразу я ещё раз оговорюсь, что экипаж сирийский, а танки наши, которые были поставлены раньше в рамках военно-технического сотрудничества. Просто чтобы однозначно здесь всё воспринималось.

Ю.К.: Дорогие наши радиослушатели, ни в коем случае не думайте, что там где-то наши военнослужащие. Президент чётко сказал, что летают лётчики, бомбят, а сухопутные операции российская армия не производит. Конечно, учить надо грамотно использовать. В таких завалах, как сейчас в Алеппо, невозможно проехать ни на какой колёсной технике. По таким завалам можно проехать только на этом танке, а за танком идёт штурмовая группа, и она решает эту задачу. Я думаю, что наличие у танка Т-90 ракеты, которая до 5 километров может поражать противника и дальше в глубине, её точность ювелирная. Если надо, она и в окно залетит.

И.К.: Ракета выстреливается из пушки?

Ю.К.: Ракета из пушки выстреливается, да, причём количество этих ракет может быть вся боеукладка — 22 снаряда в боеукладке, 20 — в стеллажах лежит. Экипаж решает, сколько таких снарядов загрузить. Там больше всего осколочно-фугасные применяются снаряды, ракеты. Они бьют по этим тачанкам, которые боевики используют. Этот танк используется и показал свою большую эффективность. Ещё я бы хотел подчеркнуть его высокую техническую надёжность.

При всём анализе не было таких случаев, чтобы по эксплуатационным параметрам этот танк где-то подвёл
Юрий Коваленко

Мне пришлось гонять эти танки и в пустыне, и в горных условиях, на берегу Индийского океана, на Тихом океане гоняли в Малайзии. Это изумительно надёжная машина, изумительно. Надёжность будет повышаться и обеспечиваться лишь грамотным техническим обслуживанием — если посмотрим, то какая там запыленность.     

И.К.: В Сирии, конечно.

Ю.К.: Пыль, песок — всё это поднимается вверх. Двигатель, воздухоочиститель надо промывать. Хочешь не хочешь, а через 50 часов надо, это в два раза быстрее, поэтому должно быть техподразделение, которое обеспечивает техническое обслуживание. Если его не будет, любую машину можно загонять, она и остановится. Есть кадры в YouTube, они тоже касаются нашей техники — тяжёлая огнемётная система ТОС-1А.

Про огнемётную систему ТОС-1А

И.К.: Я помню, были видеокадры, крики боевиков: "Аллах Акбар" в тот момент, когда сирийские подразделения использовали тяжёлую огнемётную систему для поражения противника — конечно, впечатляющие кадры.    

Ю.К.: Да. 24 ракеты выстреливаются за 12 секунд, накрывают 40 тысяч квадратных метров. Там практически после такого взрыва даже полевую мышь не найдёте — всё уничтожается. Эта машина имеет большие исторические корни — она ещё в Афганистане работала по ущельям, причём в горах эффект удваивается за счёт ударной волны, которая отражается. 

Они её хвалят, на неё молятся
Юрий Коваленко

И.К.: Сирийские военные?

Ю.К.: Да. После этих событий применения возникли некоторые предложения от других государств Востока.   

И.К.: Мы можем сказать, что успешное применение танка Т-90 в боях, которые ведёт сирийская армия против террористов, и применение тяжёлой огнемётной системы стимулировали обращения потенциальных заказчиков, чтобы приобрести это оружие?

Ю.К.: Конечно, да. Я думаю, на сегодня это наш бренд, марка, которая показывает, что уральские рабочие действительно делают хороший настоящий танк. Японские тоже не хуже делают эту машину — тяжёлую огнемётную систему.

Мы, конечно, не стоим на месте и по опыту применения в Сирии после глубокого анализа учтём это дело, сделаем для себя соответствующие коррективы, что-то добавим, наверное
Юрий Коваленко

Сирия Сирией, но мы должны думать, как нам дальше совершенствовать бронетанковую технику.

И.К.: Уже применительно к интересам национальной безопасности России.   

Ю.К.: Конечно, да.

И.К.: Скажите, если мы в целом говорим про танк Т-90, мы помним эти ужасные годы начала 90-х, когда гособоронзаказа практически не было и вся наша промышленность просто выживала. Благодаря чему удалось сохранить эту школу, производство, кадры, которые позволили нам сегодня серийно выпускать Т-90, сделать новую модернизацию этой машины и разработать ряд других перспективных образцов бронетанковой техники?  

Ю.К.: К 1997 году сложилась такая ситуация, что наши заказчики стали поглядывать на танк, что он по некоторым позициям стал уступать западным противникам, поэтому Уральское конструкторское бюро транспортного машиностроения Владимира Ивановича Поткина приняло меры и изготовило танк Т-90. Они его показали в Абу-Даби, и он понравился.

И.К.: На выставке вооружения?

Про испытания российских танков и контракт с Индией

Ю.К.: Да. В 1997 году Т-90С был представлен. Он им понравился в общей компоновке. В 1999 году в апреле месяце был заключён контракт на проведение испытаний в течение трёх месяцев, в самые жаркие месяцы — май, июнь, июль, на территории Индии в условиях полигона Покаран в пустыне Тар.   

И.К.: Инициатива была у Министерства обороны Индии?  

Ю.К.: Да. Я скажу, что здесь надо отдать должное и сказать большое спасибо и низкий поклон Поткину Владимиру Ивановичу, нужно отдать должное начальнику Главного автобронетанкового управления в то время Маеву Сергею Александровичу, директору завода Малых Николаю Александровичу, которые сделали всё, чтобы в условиях нашей экономической разрухи сделать три машины, причём разной комплектации, и добиться того, чтобы их поставили на выставку, доработать и отгрузить в Индию. Самое главное, кооперация, понимаете, уже гасла. Нам нужно было срочно восстановить кооперацию по изготовлению комплектующих для этих танков. Всё это эти люди сделали.

Если бы они этого не сделали, мы бы не получили дальнейших финансовых возможностей для развития танкостроения
Юрий Коваленко

Самое страшное, что ушли бы учёные из институтов, которые проводят фундаментальные исследования, ушли бы конструкторы, которые на сегодняшний день пошли искать себе хлеб, рабочие бы разошлись бы с предприятий, встали бы предприятия, и на этом бы великая танковая держава потеряла танкостроение. Была сформирована группа — 24 человека. Мне посчастливилось возглавить эту группу. В эту группу вошли замечательные люди. Думин Владимир Борисович был замом главного инженера, стал главным конструктором, Терликов Андрей Леонидович тоже был в составе. Он сегодня возглавляет Уральское конструкторское бюро. Люди приложили максимум усилий. В 50-градусную жару в пустыне они сделали всё, чтобы мы выполнили задачу. Министерство обороны Индии попросило изготовить все три машины в разных вариациях. Две машины были с литыми башнями, одна — со сварной, на двух машинах были установлены тепловизоры, причём разные: на одной стояла "Эсса", на другой — "Ноктюрн". На всех трёх был новый двигатель, который изготовил ЧТЗ "Уралтрак", тысячесильный В-92С2, новая была динамическая защита "Контакт-5". Условия испытаний были очень сложные. Мало того что в песке, ещё и сроки сжаты. Каждый пробежал по две тысячи километров. Мы не имели поломок. Надёжность этой машины была величайшая. При совершении непрерывных маршей — по 500 километров каждая машина проходила — мы только меняли экипажи, причём это были экипажи Вооружённых сил Индии. По 150 выстрелов произвели с каждой пушки, наработали по 2100 км. В целом я скажу, что индийская сторона осталась довольна результатами, показанными нашими и их специалистами. К этим трём танкам они прицепили немного поодаль ещё пять своих Т-72. Когда мы по пустыне, как корабли по песку, шли и примерно на одну треть песком засыпались, все двигатели 84-е всех их пяти Т-72 заклинили. Они все потихоньку остановились, вышли, а мы продолжали гонки, и всё завершилось вполне успешно.

Я думаю, что этот толчок дал возможность заключить с Индией контракт на первые 310 танков
Юрий Коваленко

Их мы поставляли в комплектности и плюс с агрегатами на сборку в Авади, которую попросили сделать у себя индусы. В 2007 году мы продолжили эту работу, и был заключён контракт ещё на 370 танков примерно. Сегодня мы опять продолжаем, и примерно 1600 танков Т-90 Индия будет иметь у себя в боевом составе. Это дало нам возможность поддержать всех комплектаторов, которые участвуют, по двигательному управлению — "ЧТЗ-Трак", по стабилизаторам (новый стабилизатор был вставлен), оптике, по прицелу. Это и всколыхнуло нашу боеприпасную промышленность. Мудрость тех людей, о которых я говорил, и прозорливость начальника главка Маева позволила в корень увидеть, что этот контракт нас спас. Он спас, прежде всего, промышленность, специалистов, направления развития, конструкторские бюро. Если кто-то сегодня думает, что можно всё это выключить, а через два года включить... Меня позиция Минобороны несколько лет назад настораживала, что "мы не будем наши танки покупать".

И.К.: Это при прежнем министре?   

Ю.К.: Да. Это не касается Сергея Кужугетовича. Понимаете, нельзя с промышленностью работать как с выключателем. Это люди. Куда их девать? О чём мы говорим? Поэтому прежде всего — специалисты высочайшей квалификации, которые программы расшивают, сшивают, находят эти неисправности, заставляют машину стрелять так, как надо стрелять. Сегодня мы позволили себе иметь уже много модификаций Т-90: "С", сейчас уже есть "СМ". Сегодня двинулись дальше в развитии всего парка бронетанковой техники. Не секрет, вы же знаете, на Красной площади показали новые образцы.

И.К.: Вы имеете в виду "Армату"? 

Ю.К.: Т-14 "Армата", бронетранспортёр на базе этой тяжёлой платформы. Я думаю, что нужно сказать большое спасибо ветеранам танкостроения, которые нас сегодня, может быть, слушают. Люди, причастные к этому, но это не только начальники, но и те, кто у станков стоял, — Гуманов, те, кто действительно создавали танковый прорыв, танковый задел. После Индии эта машина прошла испытание и в Малайзии в 2001 году. Она ходила по рисовым полям, по чекам. По самые полки мы надевали специальное устройство для выхода выхлопных газов при подводном вождении — клапанная коробочка такая есть, чтобы водой не залило. И она ходила как корабль, плавала. До этого там шведы были — категорически отказались, сказав: "Нет, больше не будем, потому что машина утонет".  

И.К.: Танк свой тоже продвигали?     

Ю.К.: Да, там три было. Получение Т-90 в Индию уравняло на тот момент паритет с Пакистаном, потому что Пакистан получил танки Т-84.

И.К.: С Украины?  

Ю.К.: Да, украинцы нарушили баланс. Индусы вынуждены были отвечать. Индия – дружественная страна, мы со своей стороны им помогли. Всё это сошлось и позволило нам сделать задел на перспективу, прийти к тому, что мы сегодня имеем с вами.      

И.К.: Мы говорили с вами про линию Т-72, Т-90. Какая ситуация сейчас с танками Т-80? Известно, что осталось значительное количество этих машин в боевом составе российской армии. Какова их судьба?

Ю.К.: Действительно, машина Т-80, Т-80У, Т-80БВ — это замечательные, прекрасные машины, созданные Поповым. На сегодняшний день их достаточное количество в парке. Думаю, что правильно поставлена задача начальником Главного автобронетанкового управления Александром Александровичем Шевченко в том, чтобы эти боевые машины Т-80БВ модернизировать. Машины не выработали свой ресурс, они имеют запас прочности определённый, но их надо привести в соответствие танку Т-72Б3, который поступает на вооружение Министерства обороны, чтобы была единая система управления огнём, чтобы можно было единой системой готовить людей, чтобы возможности этих машин примерно одинаковы были. А то, что эта машина для северных районов, дизельный двигатель в северных районах требует определённой подготовки, чтобы его постоянно держать в режиме боевой готовности. При этом газотурбинный двигатель запускается при температуре минус 30 градусов, машина может двигаться и постоянно выполнять боевую задачу.

Решение принято правильное отмодернизировать танки Т-80. Я думаю, Министерство обороны закупит эти машины, они вполне впишутся в районы Крайнего Севера
Юрий Коваленко

Любой военачальник, который думает о том, что у него в кармане лежит, всегда должен иметь какой-то резерв машин на всякий случай. Современная война, локальные конфликты — скоротечные. В основном задача выполняется тем вооружением и тем обученным личным составом, который сегодня есть. У нас нет времени 9–10 месяцев готовить, выпускать эту продукцию, поставлять в войска. Она должна быть на сегодня готова и стоять в предназначении: расконсервировали, людей подготовили, мы способны дать ответ на каком-то направлении. Танки Т-80 в новой модификации — это будет очень здорово. Промышленность готова выполнить эти задачи. Я думаю, что и Омский завод транспортного машиностроения в состоянии, и остальные комплектаторы тоже эту возможность будут использовать.

И.К.: С двигателями газотурбинными тоже не будет проблем?

Ю.К.: Нет. Калужский завод, который этот двигатель выпускает и делает, он и сегодня выпускает и делает. Единственный вопрос будет касаться объёма. Сегодня он такое количество выпускает, завтра чуть побольше будет выпускать или в два раза больше. Для него это развитие. Главное — чтобы в промышленности не было скачков, когда сегодня 100 делаем, а завтра 25. А куда людей? Как объяснить рабочему, что "сегодня давай уходи, ты не нужен, а завтра придёшь, когда 150 будем делать". Нельзя этого делать, должна быть плановость, на три-пять лет государственная программа. Предприятие должно знать, сколько оно и чего должно. И комплектаторы должны знать до третьего уровня комплектации, что будет заказ.

О состоянии сферы технического обслуживания бронетанковой техники в России

И.К.: Сейчас я предлагаю обсудить вопросы, связанные с системой технического обслуживания. Это всегда важный элемент — поддержание боеготовности. Как сейчас выглядит система обслуживания и поддержания в боеготовном состоянии нашего бронетанкового парка?

Ю.К.: Уважаемые радиослушатели, так как большинство из вас владеет определёнными видами и средствами, как автомобильными, так и другими, конечно, вы все понимаете, что от своевременного обслуживания зависит готовность, выедете ли вы завтра из гаража, со стоянки или будете стоять и думать, где же мне эти аккумуляторные батареи зарядить и поехать. Огромный парк бронетанковой техники тоже неоднородный. Прежде всего, это первая группа, которая в частях в полной готовности постоянно — боевая группа. Это те подразделения, которые укомплектованы личным составом сегодня и которые могут выполнять боевую задачу после получения сигнала. Мы часто их видим на экране, как они выполняют эту задачу, их поднимают по тревоге. Эти машины находятся на кратковременном хранении. Боеприпасы заправлены, всё готово к выполнению боевой задачи. Есть машины учебно-боевой группы. Они постоянно используются, их примерно 25% от общего парка. Они требуют повышенного ухода, технического обслуживания, потому что постоянно используются войсками на стрельбе, на вождении, на тактике. Есть ещё группа машин, которые находятся на длительном хранении. Это те машины, которые находятся на базах хранения вооружения и у нас были раньше на центральных базах резервных танков.

Этим машинам тоже нужно делать ТО, поскольку есть потребность в том, чтобы их диагностировать и поддерживать в технически исправном состоянии. Раньше была система планово-предупредительная, потом её поломали
Юрий Коваленко

Прежде всего, ликвидировали ремонтные подразделения, которые выполняли. Дошло до того, что солдат не должен был машину трогать, а только лишь промышленность. Заключили контракты с промышленностью.

И.К.: Это вы напоминаете времена "Оборонсервиса"?

Ю.К.: Да, "Оборонсервис" у нас пошёл и вроде как "Оборонсервис" все проблемы решит, но мы же понимаем, что 100% парка охватить было нельзя. Охватили лишь только части постоянной готовности. Всё остальное осталось вне технического воздействия. Отсюда пошёл рост скрытых недостатков. Вроде бы машина стоит, мы на её смотрим, а на самом деле там накапливаются недостатки, связанные со старением, с тем, что она не поставлена на хранение. В этом плане наши части постоянной готовности. Раньше мы проводили сезонное обслуживание, во всех округах создавали штабы, мы из главка подавали материалы туда, ездили, проверяли готовность к переводу. Перевод всей техники проводится в течение 10–15 дней в апреле — мае и октябре — ноябре. Вот сейчас на зимнюю эксплуатацию должны перевести войска. 100% сразу! Какая промышленность сразу всё это сделает? Сколько специалистов надо в войсках? Давайте на остров Итуруп отправим, чтобы всё это дело перевести. Ещё сначала было видно, что дело гиблое, и ничего из этого не получится. Сейчас система изменена. Снова возвращаемся к ремонтным подразделениям. Это очень положительно.

Снова возрождается войсковая ремонтная база. Мы сегодня имеем в промышленности бронетанковые ремонтные заводы, которые имеют государственный оборонный заказ, загружены работой
Юрий Коваленко

В течение двух лет, пока они находятся в корпорации, они его выполняют. Ликвидирована задолженность по зарплате. Они находятся в кооперации с предприятиями промышленности. Дальше, думаю, что это взаимодействие предприятий промышленности БТРЗ под единой системой корпорации "Уралвагонзавод" должна наращиваться. Создание сервисных центров по техническому обслуживанию сегодня и завтра в перспективе. Мы сейчас новую технику поставляем Б3, допустим, пойдёт "Армата", пойдут другие — "Бумеранги", но уже к ним запасных частей и агрегатов ни один БТРЗ не сделает, поэтому от промышленности их отрывать неправильно. Они, наоборот, должны интегрироваться в эту структуру сегодня.    

И.К.: Как я понимаю, вы говорите, что наличие в структуре единой корпорации "Уралвагонзавод" как серийных заводов-комплектаторов плюс бронетанковых ремонтных заводов позволяет именно в такой конфигурации обеспечить надёжное техническое обслуживание, поддержание высокой боевой готовности всего танкового парка Вооружённых сил РФ, как частей постоянной готовности, так и баз, складов хранения бронетанковой техники на вариант мобилизационного развёртывания. 

Ю.К.: Абсолютно верно. У нас есть пример — КамАЗы: 240 станций технического обслуживания по России. Мы тоже по регионам будем создавать такие же станции, но при этом должна быть стационарная часть, которая будет принимать на себя неисправную технику, и должна быть подвижная часть, которая будет выезжать в войска и оказывать помощь. При этом должна быть 100% обеспеченность узлами и агрегатами для восстановления той техники, которая неисправна по причинам эксплуатации.

Есть ещё один вопрос — нужно решать задачу с запасными частями. К этой проблеме мы постоянно возвращаемся по одной простой причине, что было время, когда при старом министре обороны было запрещено вообще покупать запасные части
Юрий Коваленко

Израсходовали, ничего нет. При последней утилизации всё распилили на металлолом, даже то, что можно было использовать. К сожалению, это горькая правда. Есть нормы сменности, они разработаны институтами, есть комплекты имущества, которые должны закупаться. Это имущество Министерства обороны должно закупаться и складироваться, а бригады промышленности, которые будут приезжать в войска, получают это имущество и тут же восстанавливают. Эта проблема решается, но должно быть волевое решение: где, сколько. По расчётам тут всё понятно, решайте. Нам известен весь парк, его наличие, нормы расхода, сколько будет выходить техники из эксплуатации в ремонт, в техническое облуживание, в текущий, средний, капитальный ремонт. Мы знаем, сколько будем закупать новой техники, сколько будем капитально ремонтировать и модернизировать по этой программе. Я уже повторюсь, хотелось бы, чтобы на три-пять лет промышленность знала, сколько мы должны сделать.      

И.К.: Министерство обороны России должно издать соответствующий указ?

Ю.К.: Тесное взаимодействие главка, ГРАУ, Генерального штаба с промышленностью даст возможность нам увязать этот вопрос с промышленностью. Я могу сегодня заказать сталь брони, но мне её на один год никто не сварит, а я на три-пять лет её сварю, получу и буду дальше работать. Также я могу и с остальными. Это всё можно купить, заложить. Есть время на изготовление. Этот момент решаемый. При желании и тесном взаимодействии может решиться положительно, да и решается, наверное, положительно.

И.К.: Будем рассчитывать, что проблемы, которые вы обозначили, будут серьёзно рассмотрены. Действительно, скоординированная, чёткая плановая работа и Министерства обороны России, и корпорации "Уралвагонзавод" позволят нам сохранять в боевом составе наших Вооружённых сил тот танковый парк, поддерживать его, как он есть, и самое главное, видеть задел на перспективу. Хочу отметить, в целом мы наблюдаем, что были сделаны очень серьёзные изменения в структуре российского оборонно-промышленного комплекса, были созданы крупные вертикально-интегрированные холдинги. Каждый из этих холдингов включает в свой состав по определённым направлениям системы вооружения и военной техники целый ряд направлений: концерн воздушно-космической обороны "Алмаз-Антей", холдинг "Вертолёты России", далее Объединённая строительная корпорация, Объединённая судостроительная корпорация, Корпорация тактического ракетного вооружения, корпорация "Московский институт теплотехники по выпуску стратегических баллистических ракет" и, разумеется, этот дивизион — корпорация "Уралвагонзавод". Вообще, должен сказать, что за последние годы наблюдаем рост показателей гособоронзаказа. Конечно, чрезвычайно важно, когда в непростых условиях, когда идёт давление на Россию, НАТО и США бряцают оружием у наших границ, чтобы гособоронзаказ выполнялся. С удовлетворением могу сказать, что Уралвагонзавод в масштабе корпорации даёт конкретный результат. Буквально на днях президент Путин как Верховный главнокомандующий вручил Уралвагонзаводу грамоту Верховного главнокомандующего — это третье такое награждение за всю историю существования корпорации. Самому Уралвагонзаводу это очень важно. Друзья, мы на этом завершаем наш эфир. Напомню, что гостем сегодняшней программы "Генштаб" был генерал-лейтенант запаса Юрий Фёдорович Коваленко, в недавнем прошлом начальник штаба, первый заместитель начальника Главного автобронетанкового управления Министерства обороны РФ. Спасибо. Как всегда, встречаемся через неделю.  

Ю.К.: Всего доброго.

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×
Скачайте в App Store
#Первые по срочным новостям!
Загрузите на Google Play
#Первые по срочным новостям!