Записки психиатра. Принципы и установки не по доброй воле

Записки психиатра. Принципы и установки не по доброй воле

Фото: © Flickr/Scott Norris

6933
Наш постоянный автор, писатель и психиатр Максим Малявин рассказывает о том, что принципы иногда не только усложняют жизнь, но и мешают окружающим.

Один мой коллега, проработавший в психиатрии много лет, сказал как-то мне (я был тогда интерном), что если раньше, в молодости, принципиальные до мозга костей люди его восхищали, то теперь они его больше настораживают. И на всякий случай, подмигнув, уточнил, что если дело и в профдеформации, то лишь отчасти. Процентов этак на пятьдесят. Расспросив его подробнее о причинах такой подозрительности, я нарвался на целую лекцию. И, поразмыслив, пришёл к выводу, что есть в его словах рациональное зерно. За годы практики я не раз убеждался в том, что здравого смысла в тех словах было больше, чем наполовину. 

Сразу должен заметить, я не являюсь ярым противником ни принципов вообще, ни принципиальности в частности. Что же касается вопроса о том, полезны они или вредны... Принципы — это такая же вещь в себе, как канистра спирта. Она просто есть. А уж как она будет употреблена — это на совести потребителя. Поэтому имеет смысл провести демаркационную линию между областью, где властвует принципиальность во взглядах и установках, и тем непаханым полем для психолога и психиатра, где обитает ригидность в мышлении. А то, знаете ли, всегда есть соблазн подменить первое понятие вторым, да ещё и гордиться — все узрите, какой я человек принципа! Несмотря на то что не гордиться пора, а уже сдаваться. 

На первый взгляд, ничего сложного нет: принципиальный товарищ берёт за основу некий свод значимых для него правил, законов, моральных и этических установок. Ну, может быть, ещё и заповедей (целиком или выборочно — это уже его личное дело).

Хочу немного уточнить. Во-первых, эти законы, правила, принципы касаются исключительно социальной сферы. Поскольку, я полагаю, не имеет особого смысла гордиться тем, что ты строго подчиняешься закону всеобщего тяготения, а уж тем паче следить, чтобы другие его не нарушали. Вряд ли имеет смысл напоминать окружающим: сделал вдох — не забудь сделать выдох! И кичиться тем, что в точности следуешь нулевому началу термодинамики, тоже не нужно: куда мы денемся, все там будем!

Во-вторых, о самом наборе принципов. Для каждого конкретного дяди, заслуженно считающего себя человеком самых честных правил, этот набор может заметно варьировать: положим все заповеди, за исключением седьмой и десятой. Да и контент принципов не обязан копировать исключительно высокогуманные постулаты: принципиальным можно назвать и человека, который привык руководствоваться правилом "живи сам и дай умереть другому".

Третий уточняющий пункт. Ахтунг, это важно. Принципиальный индивид блюдёт все эти свои принципы и установки, но конструктивно и творчески. Не в том плане, чтобы, к примеру, по молодости поперезнать всё, что движется, пока есть потенция, а потом, когда подыматься на вожделенные объекты окажется способно только давление, объявить целибат и начать читать воскресные проповеди о пользе воздержания. Это ханжество, а не креативность, знаете ли. И излишняя вариабельность в трактовке принципов тоже не из этой оперы — это уже беспринципность и лицемерие.

На самом деле, есть одно маленькое "но". Это мотив, которым руководствуется человек, следуя своим принципам. Если он это делает осознанно и свободно, потому что считает правильным, если он им хозяин, а не наоборот — тогда да, тогда это принципиальность. А если нет?

Если человек блюдёт принципы и установки не по доброй воле, то по какой причине? Ну, если отбросить в сторону гипотетического снайпера в окне напротив? Да чаще всего потому, что по-другому просто не имеет возможности. Причины? А вот здесь я, как психиатр, покажу вам несколько клинических причин, наиболее характерных, и во всех будет фигурировать ригидность мышления.

Первая. Эпилептоидный склад личности — будь это акцентуация характера, психопатия, патохарактерологическое развитие по вышеупомянутому типу, или же собственно эпилепсия с изменениями личности. Одна из характерных черт такого склада личности — это ригидность, вязкость мышления, его несгибаемость, залипание на деталях. Спросите такого человека, как добраться на метро от МГУ до Павелецкого вокзала — хотя нет, лучше не спрашивайте. Быстрее дойти пешком, чем его дослушать до конца. Из-за этой особенности таким товарищам просто некуда деваться: легче брать за основу какой-то шаблон поведения, чтобы не особо часто зависать, решая, что и как делать: иначе масса времени и сил уйдёт на проработку деталей и попытки из них выпутаться. Шаблон же, по сути, — это тот же принцип, если его слегка подсушить, поставить жёсткие рамки и стреножить свою фантазию. Конечно, не стоит сбрасывать со счетов его энергосберегающую суть, но иногда эта экономия выходит косым боком.

Вторая. Это невысокий интеллект вкупе со слабым ассоциативным рядом. Таких ранее называли салонными дураками, а чуть позже Ганнушкин ввёл термин "конституциональная глупость". Иными словами, вроде бы, де-юре ай-кью не позволяет назвать человека дебилом. А вот умение этими самыми баллами пользоваться легко и спонтанно — увы, подкачало. Причины могут быть разными: генетика, окружающая фауна, не блещущие педагогическими талантами родители — да мало ли! А поскольку своего ума не хватает, где его занять? Правильно, в расхожих мнениях, затёртых принципах и поюзаных шаблонах. "Потому что так положено", "так испокон веков повелось", "так делают все приличные...", "чтобы всё как у людей" — главное, чтоб ни на йоту от привычных ориентиров. Заблудиться-то ой как страшно. Ведь на то, чтобы иметь своё собственное мнение, точку зрения, чтобы мыслить творчески, нужно как минимум иметь в достатке то, чем всё это делается, но тут уж как мироздание распорядилось.

Третья. Это, как ни печально, психоорганический синдром. Ну и начинающаяся деменция как таковая. Нервных клеток у головного мозга, конечно, природой заложено с избытком — такая своеобразная защита от дурака. Но всё же, в отличие от волос и ногтей, с их восполнением имеются определённые проблемы, а если ещё и помочь потратить... Сотрясения и ушибы, нейротоксические яды (в том числе спиртное), бактерии и вирусы, проблемы с сосудами и гормонами — и вот бездонный, казалось бы, колодец показывает дно. И вот уже становится сложнее запоминать что-то новое и непривычное, и учиться мучительно больно, и вариантов, как поступить в той или иной ситуации, становится всё меньше, и свежие решения искать сперва лень, а позже так и вовсе никак. Мышление становится не гибче, чем сустав после застарелого перелома, уже не блещет и не режет, вместо полёта — одни шаблоны и рефлексы, и кажется, будто ты принципиален — а в реальности ты просто иначе уже не можешь. И даже не помнишь, что когда-то мог.

Читайте и другие Записки психиатра

  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×
Скачайте в App Store
#Первые по срочным новостям!
Загрузите на Google Play
#Первые по срочным новостям!