Верить или нет? Последнее слово Варвары Карауловой глазами психолога

Верить или нет? Последнее слово Варвары Карауловой глазами психолога

Фото: © РИА Новости/Максим Блинов

8914

Давайте отвлечёмся от предыстории и посмотрим просто на содержание последнего слова подсудимой Варвары Карауловой. Это хорошо подготовленная речь, над которой трудились люди, знакомые с темой возрастных нормативных кризисов ("Побег из дома приходится лет на 14–15, а у меня пришёлся на 19"), с треугольником Карпмана "жертва — преследователь — спасатель" ("Утешение я искала в незнакомом человеке, который врал мне… и унижал меня…") и т.д. Иными словами, над текстом поработали не только адвокаты, но и психолог. Сколько в этой речи от самой Варвары Карауловой, мы вряд ли когда-нибудь узнаем. И, как бы то ни было, это не повод воскликнуть в духе Станиславского "Не верю!". Не только потому, что речь производит впечатление искреннего и открытого послания, но и потому, что, гладко изложенная, она описывает картину, вполне способную существовать реально.

Анамнез

Девочка-отличница, живущая по правилам, по большей части не по своим, и, видимо, привыкшая подчиняться диктату извне, в какой-то момент теряет ресурс и мотивацию, толкавшие её по тому пути, который начертали для неё взрослые. Спад, депрессия, навязчивая идея найти новый источник подпитки и новую опору.

С точки зрения нейропсихологии в подростковый период и примерно до 18 лет окончательно формируются лобные доли коры головного мозга, которые, помимо прочего, отвечают за идентичность и целеполагание и являются контрольным исполнительным центром. В это время функция энергетизации мозга переходит от подкорковых структур ко "лбу", и именно в этот момент большинство подростков начинает жаловаться на постоянную усталость, трудности с концентрацией внимания, иногда даже отупение (раньше бегло считал в уме, теперь не могу) и т.д. Пока наши мозговые структуры разбираются, кто за что отвечает, так как мозг наконец-то дозрел, организм норовит свернуться калачиком и впасть в анабиоз. А вместо снижения нагрузки получает стресс за стрессом: ЕГЭ, вступительные экзамены, сессии, отношения с противоположным полом, сепарация от родителей и прочие волнительные явления. Увы, и самый большой процент суицидов приходится как раз на этот период "рокировки".

Для подпитки все средства хороши: тяжёлый рок (очень, кстати, энергетизирующая музыка, буквально взнуздывающая нервную систему), невротичные связи, участие в фэндомах и прочих подростковых субкультурах, фанатичный уход в религию. Это в крайних случаях, конечно же. Большинство подростков всё же умудряются прожить этот кризис, не спалив дотла родительское гнездо и не сломав себе жизнь.

Варвара Караулова может быть одним из тех самых крайних случаев, когда всё идёт под откос из-за неспособности справиться с личностными трансформационными процессами. И невозможности опереться на кого-то, кто мог бы поддержать в трудную минуту. Подросток всегда один на один со своим бунтом и со своим выбором жизненной программы. И, если этот выбор не делается в данный период времени либо саму возможность выбора подавляют, направляя подростка жёсткой рукой на ту стезю, которую он не выбирал самостоятельно, последствия могут быть катастрофическими.

Диагноз

Мы не видели заключения специалистов относительно психоневрологического статуса Варвары после того, как её вернули, и о предшествующем периоде, но в тексте её последнего слова есть намёки: "В августе [2015-го] у меня была жуткая депрессия, одиночество было непроходимым…". Это конкретное послание с просьбой о прощении и о снисхождении, потому как "не в себе была". "Не в себе" — значит, не отвечала за сделанный выбор, не осознавала, что происходит, не контролировала и не отслеживала импульсы, просто искала облегчения состояния. Такое тоже может быть. Затяжная депрессия (свыше двух недель — месяца) считается клинической, из неё человека уже начинают выводить медицинскими способами: с помощью антидепрессантов, физиотерапевтических методов, когнитивной терапии и т.д. Судя по всему, Варвара пыталась с этим справиться, сбегая от действительности в виртуальную реальность и найдя себе сетевое увлечение. И тем самым создала длительные созависимые и довольно токсичные отношения. По крайней мере, она нам об этом говорит: "Я согласна, что любовь эта была абсолютно больной и неадекватной".

Итак, депрессия, несчастная любовь, одиночество.

Набор факторов очевиден, нам его хорошо продемонстрировали в последнем слове Варвары. А вот так ли очевиден последующий ход событий?

Вербовка, бегство, попытка вступить в ряды не просто религиозной секты, но запрещённой группировки, причём активистом… В общем, на наш взгляд, почти суицид, только очень изощрённый. Словом, и такое бывает, но очень, очень редко. Случай ли это Варвары или просто умело подобранные и изложенные факты, нам покажет только время и то, как сама Варвара распорядится своей жизнью.

Лечение

Варвара сполна демонстрирует готовность осознать и принять свою вину, покаяться и забыть об этой странице своей жизни. И в первую очередь опять же зовёт на помощь психологию: "За этот год у меня было много времени подумать, проанализировать причину моего отчаяния в 2015 году… В первую очередь я виню свой эгоцентризм. Я настолько зациклилась на себе и своих переживаниях, что у меня в голове всё крутилось вокруг этого". Опять лейтмотив из предыдущей части — "не в себе была", точнее слишком в себе, чтобы осознавать себя и отвечать за свои действия не только перед собой, но и перед социумом.

В готовности признать себя ответственной за намерение и выбор очень много установочных утверждений: "Надо реально смотреть на жизнь, надо жить в первую очередь ради других, а не ради себя". Хочется сказать: аккуратнее с этим, Варвара, опять жертвенность в ход пошла, не самый лучший способ начать жизнь с чистого листа.

На самом деле, тот факт, что дело дошло до суда, говорит о многом. Это и показательный процесс, в назидание остальным непокорным молодым людям: ответственность за вашу жизнь лежит главным образом на вас и отвечать придется по всей строгости закона; и некая веха, указывающая чётко, что подростковый бунт не может служить оправданием вступления в террористическую организацию. Потому что ты уже не ребёнок!

Излечение, о котором говорит Варвара, начинается именно с тотального принятия ответственности за себя, и в 19 лет человек уже способен это сделать. Если с функциями контроля и торможения у него всё в порядке, мозговые структуры созрели, как надо, и нравственные основы личности взрастали на гуманистических ценностях.

Верить или нет последнему слову Варвары и искренности её раскаяния — дело выбора. Предоставит ли суд ей шанс на исправление, станет известно завтра, когда огласят приговор.

Автор:
  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×