История чемпионки Пекина, которая отказала Америке и чудом не утонула в Канаде

История чемпионки Пекина, которая отказала Америке и чудом не утонула в Канаде

Фото: © РИА Новости/Александр Вильф

7655
27-летняя волгоградка Лариса Ильченко, завоевавшая золото на Олимпиаде-2008 в марафонском плавании, рассказала Лайфу, почему покинула большой спорт на пике карьеры, под флагом какой страны могла сегодня выступать и кто спас её от смерти в ледяной воде канадского озера.

Не так давно исполком Олимпийского комитета России подвёл итоги Олимпиады в Рио-де-Жанейро. Выступление наших спортсменов было признано успешным: среди прочих памятные плакетки из рук президента ОКР Александра Жукова получил и глава Всероссийской федерации плавания Владимир Сальников...

А ведь наши пловцы заняли в Рио-2016 только 16-е место, привезя из Бразилии две серебряные и две бронзовые медали. Для знаменитой Ларисы Ильченко (да-да, и в 27 лет к ней вполне применим подобный эпитет) такой результат — точно не успех. И чемпионка Пекина-2008 не боится критиковать чиновников. Так, в интервью Лайфу во время Олимпиады Лариса назвала выступление своих бывших партнёров по команде провалом.

На днях мы снова связались с Ильченко. Чтобы обсудить с ней не только Игры в Рио, но и всю её захватывающую карьеру.

Отыскалась Лариса в родном для неё Волгограде. Где она живёт и развивает свой любимый спорт.

— Вам всего 27 лет. На Олимпиаде в Рио выступали спортсменки старше вас. Почему вы так и не вернулись в большой спорт после замужества и рождения дочери?

— Сложно выделить какую-то одну причину. Свои выступления я закончила в 2011 году — за год до Олимпиады в Лондоне, и тогда у меня возникли проблемы со здоровьем. Мне предлагали потерпеть: "Лариса, выдержи как-нибудь этот год". И это был не тренер, не те люди, которые погружены в мой тренировочный процесс, а сторонние наблюдатели. Они говорили так: "Какая разница, как ты выступишь? Главное — поедешь на свои вторые Игры".

А я не хотела быть в Лондоне статистом. Ехать на Олимпиаду чемпионкой мира, чтобы проиграть?.. Нет, это не для меня. Моё мнение: если ты не готов на 100 процентов, то будь ты хоть десятикратный олимпийский чемпион, занимать чужое место на Играх нельзя.

В общем, я отказалась от Лондона: вместо этого занялась восстановлением здоровья и семьёй. В том же 2012 году вышла замуж. На нашей с Сергеем (Сергей Перунин, пловец, чемпион Европы 2010 года в эстафете. — Прим. Лайфа) свадьбе присутствовала, наверное, вся плавательная сборная России и половина олимпийской сборной по художественной гимнастике. Конечно, пришёл и мой тренер с супругой, и врач команды Елена Ломазова. Одним словом, все те люди, которые поддерживают и любят меня.

Фото из личного архива Ларисы Ильченко

Именно на свадьбе у меня с тренером состоялся разговор о будущем. Я тогда ему сказала: "На ближайшее время планирую рождение ребёнка, а там посмотрим, вернусь или нет". Мы с ним тогда ещё посмеялись. Мол, конечно-конечно, нужно возвращаться, возраст-то позволяет.

— Так вы и правда были очень молоды — 23 года. Некоторые в этом возрасте только начинают показывать лучшие результаты.

— Я начала выигрывать в 15 лет! К Олимпиаде в Пекине в моём активе уже были все возможные титулы. После победы на Играх не покорённым оставался только чемпионат Европы на открытой воде. Этот турнир я выиграла в Хорватии.

А когда выиграно всё, что можно, и ты понимаешь, что у тебя есть серьёзные проблемы со здоровьем, то между спортом и обычной жизнью ты однозначно выбираешь обычную жизнь. Таким было и моё решение. Я восстановила здоровье, вышла замуж и родила прекрасную дочку Машу.

Однако я не ушла из спорта совсем. Слежу за соревнованиями, переживаю, болею за наших ребят на чемпионатах Европы и мира. Испытываю те же эмоции, что и они.

Кстати, меня не раз приглашали комментировать турниры на открытой воде, и я с удовольствием помогала разнообразить эфир фактами и деталями. Обычному зрителю ведь скучно два часа наблюдать за тем, как плывёт несколько десятков спортсменов. Кажется, ничего интересного не происходит, но, поверьте, это не так. Как человек, который прошёл всё это сам, я вижу намного больше, чем обычный зритель. Я вижу удары, толчки, тактические моменты. Я почти всех знаю, кто выступает, понимаю характеры спортсменов, их манеру прохода дистанции и так далее.

Например, в Рио меня очень удивил грек Спиридон Янниотис. Ему 36 лет, а он продолжает бороться и выступает в характерной только для себя манере. Он отсиделся классически в самом хвосте заплыва и финишировал вторым. Считаю, это блестящее завершение его карьеры. Порадовалась за него. Мы знакомы лично, он — отличный парень.

В общем, как я уже говорила, остаюсь в своём любимом спорте и мне очень обидно за то, что с этим спортом сейчас происходит. Российское плавание движется не туда.

— Поясните, пожалуйста.

— Взять хотя бы сухую статистику. В 2007 году, за год до Олимпиады в Пекине, наша команда взяла практически всё золото на чемпионате мира. А потом… А потом постепенно ушли все лидеры команды — Владимир Дятчин, Юрий Кудинов, Наталья Панкина, Екатерина Селивёрстова, Ксения Попова и я. Ушли по разным причинам, а смены вдруг не оказалось.

Сейчас говорят о том, что сильно выросла конкуренция, что наш спорт стал очень популярным. Однако, прежде чем произвести полную замену состава, нам надо было подготовить молодых, дать им необходимое количество стартов. А по факту получилось так: мы ушли, а заменить нас оказалась некому.

— Очень многие спортсмены после окончания карьеры подаются на телевидение или в депутаты. Почему мы вас не видим в Думе?

— Я работаю в Центре спортивной подготовки по плаванию в Волгограде, и моя работа мне нравится. Я занимаюсь тем, что хорошо знаю, что люблю. И я патриот…

После Олимпиады в Пекине у меня была возможность уехать выступать за другую страну… Ко мне подходили спортсмены, мы ведь все общаемся, и спрашивали за своих тренеров, спортивных функционеров: "Лариса, а не хочешь ли ты плавать под флагом нашей страны? У нас ведь такая звёздная команда".

— Это были американцы?

— Нет, австралийцы. Как раз-таки американцы тогда не блистали на открытой воде. Им было интересно всё, что делаем мы. Они всячески старались подсмотреть, подглядеть что-то у наших тренеров, какие-то тактические моменты. Но полностью вся картина им видна не была.

Моего тренера Владимира Захарова в своё время приглашали с мастер-классами и лекциями в Китай, предлагали очень хорошие деньги — вот как мы были интересны, но он отказывался. Наша тайна для них так и осталась неразгаданной.

Самое интересное, что все прекрасно знали, что и как я буду делать на дистанции, но противостоять этому никак не могли.

— Вы сказали, что вашего тренера звали с мастер-классами за границу. А вам поступали подобные предложения?

— Скажу больше, американцы предлагали мне работать в одном из клубов с пловцами-подростками на открытой воде! Я предпочла отшутиться: "Хороший спортсмен не обязательно может стать хорошим тренером". И это действительно так. Знаете, у меня никогда не было желания выступать под флагом другой страны и уж тем более тренировать конкурентов нашим ребятам.

Сейчас сложилась такая ситуация, что все страны шагнули вперёд в плане соревнований на открытой воде, меня, например, в Рио поразили голландцы. А мы топчемся на месте…

— Так меняйте ситуацию!

— Я стараюсь. В данный момент являюсь заместителем директора Центра спортивной подготовки в Волгограде, отвечаю как раз за спортивную подготовку. (Смеётся.)

— А поработать непосредственно со сборниками не хотели бы? С той же Анастасией Крапивиной.

— Если когда-то кому-то из ребят в сборной России понадобится моя помощь даже в качестве консультанта, я с удовольствием помогу. Я готова делиться опытом, мне нечего скрывать.

Однако стать тренером уже состоявшегося спортсмена я бы не хотела. Это, наверное, большая мечта халявщика, который не хочет работать, а хочет сразу встать рядом с готовой медалью. У меня такой мечты нет. А вот добиться результата с самого низа — это достойная мечта. Например, мой муж работает в Центре спортивной подготовки детским тренером.

Мы с Сергеем вместе набирали деток в секцию, ездили по школам и клеили объявления. Так мы собрали большую дружную команду. Вплоть до восьмого месяца беременности я помогала мужу тренировать детей. Я делала это с удовольствием и бесплатно, потому что на тот момент ещё не работала в Центре, была безработной домохозяйкой. (Смеётся.) Но мне все это нравилось, потому что я люблю свой спорт и понимаю, что мне по силам вложить лепту в процесс подготовки юных спортсменов.

"Мою маму выгнали из секции плавания за плохое поведение"

— Вы росли в спортивной семье?

— Нет. Никто в моей семье не был связан со спортом. По рассказам моей мамы, когда она росла, было много всевозможных кружков по интересам, были какие-то спортивные секции, но отовсюду её выгоняли за дисциплину. (Смеётся.) И из плавательной секции в том числе…

Фото из личного архива Ларисы Ильченко

— То есть ваша мама тоже занималась плаванием?

— Ну как занималась... С её слов, она там баловалась. Насколько я помню из её рассказов, она вместе с другими детьми висела на разделителях дорожек, кидалась пенопластом, досками и так далее. За это её и выгнали. Так закончилась её спортивная карьера.

В бассейн мама вернулась только тогда, когда уже я начала ходить в секцию плавания. Мне было почти пять лет. Чемпионку из меня делать мама не планировала, она просто хотела укрепить мое здоровье. Первым положительным моментом в тренировках стало то, что меня раньше всех забирали из детского сада. Всех спать укладывали, а я спешила на плавание.

— Пенопластом не кидались в бассейне?

— Нет! (Смеётся.) Мне очень нравилось то, что я делаю. И всё у меня сразу как-то пошло… Правда, бабушки не очень радовались моему увлечению спортом. Они видели меня отличницей с длинной косой до самой поясницы. Им казалось, если я буду заниматься спортом, ничего дельного из этого не получится. К счастью, мое желание победило. Плюс, в этом противостоянии меня очень поддержала мама.

— Вы сказали, что стали выигрывать уже в 15 лет. Как вам удавалось совмещать учебу и спорт?

— Всё как у всех. Я училась в школе, где расписание занятий подстраивали под тренировки. Потом был институт физической культуры, где нам предложили свободный график и все экзамены и зачёты мы могли сдавать в удобное для нас время. Нам всячески помогали, за что спасибо нашим педагогам. Они проявляли колоссальное терпение к нам…

— Вы добросовестно учились?

— Да! Причём с первого класса. Меня никто никогда не заставлял. Мама всегда отмечала во мне такую черту, как целеустремленность. Показательной она всегда считала историю со шнурками.

Представьте, мы с мамой собираемся выходить из дома, я надеваю обувь и пытаюсь завязать шнурки — я только училась этому нехитрому делу, поэтому получалось у меня ещё неважно. Мама торопилась, предлагала свою помощь, а я отказывалась. "Нет, я сама", — говорила я маме. И вот пока это "я сама" не завершалось успехом, я работала. И так во всём…

Фото из личного архива Ларисы Ильченко

В учёбе я тоже была упёртой, училась без троек. Я, конечно, не была круглой отличницей, случались у меня и двойки, но я старалась. Хорошо помню, как расстроилась из-за одной тройки.  Я училась в третьем классе, в тот день у меня был день рождения и классная задала нам упражнение по русскому языку, а русский язык я знала на пять. Так вот, придя домой, я очень неаккуратно, хоть и без ошибок, сделала задание — торопилась праздновать. Мне влепили тройку и рассказали маме, что я могу писать лучше. Мне стало так обидно: тройка, да ещё и в день рождения!

"Тренер сказал: "Ты можешь побеждать в бассейне, но на открытой воде станешь самой лучшей"

— Свой путь к открытой воде вы начали из бассейна. Почему сменили специализацию?

— Я начала заниматься плаванием у Александра Иванова, тренера олимпийского чемпиона Евгения Садового. А когда я была в пятом классе, меня перевели в команду тренеров Захаровых. Они работали втроём — Светлана Анатольевна, Владимир Николаевич и их сын Александр Владимирович. У них была отличная женская команда.

До 13 лет выступала исключительно в бассейне, на дистанциях 200, 400 и 800 метров вольным стилем. Причём выступала довольно успешно: была призёром и победителем первенств России. Потом тренер предложил попробовать открытую воду. На тот момент у него уже был спортсмен Юра Кудинов, завоевавший титул чемпиона мира.

Фото из личного архива Ильченко. Лариса с первым тренером Александром Ивановым и группой

Мой первый чемпионат России на открытой воде должен был состояться в Сочи. Мы приехали, а вода ледяная. Порядка 13 градусов. Я зашла в воду по щиколотку и вышла: на этом мой чемпионат России и закончился. В общем, меня отправили на очередной старт в бассейн. Но мне так запало в душу то, что я увидела в Сочи: пальмы, лето, тепло! Я очень надеялась, что в следующем году вернусь и всё у меня получится. Так, собственно, и произошло.

В 2004 году я приплыла третьей на дистанции 5 километров. Причём третьей не среди юниоров, а среди всех! Однако только два первых места отбирались на чемпионат мира. Я очень расстроилась. А когда узнала, что турнир будет в Арабских Эмиратах, расстроилась вдвойне — я ведь на тот момент ещё ни разу не была за границей...

Потом был юниорский чемпионат Европы в классическом плавании, где я стала третьей.

Позже выяснилось, что старший тренер сборной Дмитрий Белов принял решение выставить на чемпионат мира меня. Своё место мне тогда уступила Екатерина Селивёрстова. Это был мой второй старт на открытой воде. Было очень много нервозных моментов. Например, за день до старта у меня был день рождения, 16 лет. Мой тренер сказал, что отпраздновать своё шестнадцатилетие я смогу только после соревнований. Строго-настрого запретил мне пирожные и торты.

Я выслушала тренера и... вместе с Юрием Кудиновым и Даниилом Серебренниковым купила два торта с газировкой. Мы наелись от души и с чувством выполненного долга пошли спать. На следующий день, выходя на старт, мучилась угрызениями совести...

К тому моменту мы уже опробовали трассу и знали, как я поплыву, где я ускорюсь, а где прижмусь к берегу. Всё это сыграло свою роль. В общем, на дистанции пять километров пришла к финишу раньше всех на 30 секунд!

Тренер до последнего не мог понять, что я выиграла: дистанция была очень хитрая. Он следил за общей группой и не заметил тот момент, когда я оторвалась. Он бегал вдоль берега и кричал: "Где моя Лариса?! Где моя Лариса!?" А ему говорят: "Смотри, она уже доплыла и стоит на берегу". Он долго не мог поверить, что такое возможно. Но благодаря его хитрой тактике мне удалось выиграть и оправдать доверие, которое нам оказало руководство.

— Вы так тепло говорите о тренере. Очевидно, он для вас очень близкий человек.

— А как иначе? Мы вместе прошли массу соревнований. Я маму реже видела, чем его. Тренировки, старты, снова тренировки… Для каждого спортсмена, несмотря на споры и конфликты, тренер — это тот человек, который тебе близок, который за тебя болеет и переживает.

— Тренер не мог поверить, что вы выиграли чемпионат мира. А вы верили, когда дожидались на финише остальных пловчих?

— Я вообще не поняла, что произошло! Сами посудите, у меня за плечами был всего один старт на открытой воде — чемпионат России. Причём там меня изрядно поколотили соперницы. На чемпионате мира я соревновалась со спортсменками, у которых был уже большой опыт. И это был ад!

Толпа, все дерутся, хватают друг друга за купальники… Я думала только о том, когда же начнётся второй круг, чтобы уйти к берегу, как велел мне тренер. До этого момента мне надо было занимать место в лидирующей группе. А там разворачивалась самая настоящая драка.

Когда я вырвалась к берегу, вздохнула свободно: "Наконец меня никто не будет пинать". Плыла и высматривала жёлтый финишный щит, мечтала вылезти скорее на берег. "Слава богу! Что это было?" — подумала я, когда оказалась на суше. Что уж там говорить, я после каждого старта радовалась, что весь этот кошмар закончился. (Смеётся.)

Фото из личного архива Ильченко. Чемпионат мира в Дубае (2004).

— Не было желания вернуться в бассейн? Там никто никого не колотит…

— Не скрою, конечно, было! Но в определённый момент тренер подошел ко мне и прямо так сказал: "Лариса, ты можешь быть неплохой пловчихой в бассейне, ты можешь выигрывать чемпионаты страны, но в мире ты будешь середняком. Здесь же у тебя есть реальный шанс стать самой лучшей". И мне захотелось ею стать.

Когда выиграла свой первый чемпионат мира, стали поговаривать, даже внутри сборной, что мне просто повезло. Мол, она плыла там, где не было течения. Знаете, меня это так обозлило. И я хотела бы сказать спасибо Екатерине Селивёрстовой. Она меня очень поддержала… При том, что её вынудили отдать мне место на чемпионате мира!

Так получилось, что на том самом чемпионате мира нас с Катей поселили в одном номере. Она участвовала в заплыве на 10 километров. Так вот, я подумала: "Ну всё! Она меня сожрёт". А как иначе? У неё отобрали место на турнире, да ещё и обидчицу с ней поселили.

Фото из личного архива Ильченко. Лариса с Екатериной Селиверстовой на чемпионате мира в Испании (2008)

Катя держалась очень уважительно, спокойно, и меня это насторожило. А в день старта она у меня спросила: "Волнуешься?" Я ответила: "Да, переживаю". И тут она достала из своей тумбочки флакончик со святой водой и протянула мне. (Она возила на соревнования иконки и святую воду.) Сказала: "Выпей, перекрестись, и всё будет у тебя хорошо". Я очумела… Для меня это было поразительно. После того как я выиграла, она меня поздравила.

— Вы стали подругами?

— Да, мы очень сдружились, часто ездили на сборы вместе, а потом у нас получился неплохой тандем на пять километров — мы регулярно занимали первое и второе места.

"Олимпиаду выиграла в чужом комбинезоне"

— Олимпиада в Пекине стала вашей первой и последней в карьере… С тех пор прошло уже восемь лет. Что вам вспоминается в первую очередь, когда речь заходит об Играх-2008?

— Та Олимпиада в эмоциональном плане сложились для меня очень непросто. Я часто пересматриваю репортаж с нашего заплыва. Я стою перед стартом в микст-зоне, там снимали, как разминаются спортсмены, и улыбаюсь. Та моя улыбка, которая, вероятно, была всего лишь защитной реакцией, скрывала страх и переживания, которые на самом деле бурлили во мне в тот момент, за пять минут до старта. Много было всего…

Перед Играми меня беспокоили старые травмы: были проблемы со спиной и плечом, плюс общая перегрузка организма. Уже в Китае мы пытались как-то усмирить все эти повреждения, делали массажи и так далее. Ещё один эмоциональный всплеск у меня вызвала экипировка.

С комбинезонами приключилась невероятная история. За три дня до старта мне дали три варианта костюмов — и ни один не подошёл. Один был мужской, молния доходила мне аж до затылка, и выступать в таком было нельзя, второй был женским, но не моего размера. Третий же был с открытой спиной. За него было бы очень удобно ухватиться соперницам. Мне же нужен был женский костюм с молнией на спине моего размера.

Фото из личного архива Ильченко. С тренером Владимиром Захаровым в "Русском доме" после победы на Играх в Пекине.

В общем, я была в шоке, и в таких расстроенных чувствах встретила партнёршу по сборной — пловчиху Дашу Белякину. Их соревнования на тот момент уже закончились. Она спросила: "Что случилось?" Тут-то я и выдала ей всё как на духу. "Не знаю, как плыть, — сказала я. — Костюмы, в которых я уже выступала, никуда не годятся, потому что растянулись". Она так посмеялась и сказала: "Да ты у них даже в трусах выиграешь! Чего ты так переживаешь?" Не успела я на неё рассердиться, как она достала костюм и сказала: "Держи, у нас с тобой размеры одинаковые. Это новый костюм, я в нём не плавала". Это как раз был костюм с молнией на спине. В итоге тот костюм стал счастливым.

— Во время олимпийского заплыва борьба, наверное, развернулась похлеще, чем на чемпионате мира.

— Да, за десять километров мне пришлось пережить несколько нервозных моментов. Например, все подкормки на дистанции у нас с тренером были распланированы. А англичанки, которые лидировали, ни разу не дали мне подкормиться, уводя группу от понтонов. А для меня этот момент был ключевым. Я знала, что не дотерплю до конца дистанции, если я хотя бы один раз не подкреплюсь.

И тут мне выпадает шанс получить заветный стаканчик. Я подплываю к понтону кормления, беру стакан, и китаянка, которая плыла со мной рядом, то ли специально, то ли случайно, выбивает его у меня из руки. Из больной руки! Она выбивает стакан и прокручивает моё больное плечо. И всё это было за полтора километра до финиша…

Фото из личного архива Ильченко. Кормление во время олимпийского заплыва.

Спасибо тренеру: он смог сориентироваться, побежал к другому понтону, на котором мы не планировали кормиться, так как до финиша от него меньше километра, и организовал для меня стаканчик. Как тренер потом рассказывал, когда он бежал до пункта кормления, у него в голове была только одна мысль: додумаюсь я подплыть к нему или нет. А я тем временем плыла, и мои надежды на победу постепенно таяли. Доплыву или не доплыву — единственное, о чём я тогда думала.

И в этот момент я увидела нашего врача. Она бежала вдоль берега и подавала мне знаки. По её жестам я поняла, что тренер будет ждать меня на последнем плотике. Я пошла на риск, вырвалась из группы и поплыла к нему, чтобы подкормиться. Когда я вернулась обратно в группу, оказалась только пятой.

Две девочки из Бразилии плотно заняли места за англичанками и мне отдавать позиции не хотели. Я понимала, что судьи смотрят на меня, и любое моё противоправное движение будет замечено. Однако я рискнула и попыталась перепрыгнуть через ноги бразильской девочки, конечно, задела её, и тут же получила жёлтый флаг. Но маневр удался — я вышла на третье место.

На финише я смотрела только на берег, по которому бежала наша доктор. Я никогда не забуду эту картину. Она белым пятном двигалась вдоль берега на фоне огромной толпы британских болельщиков с барабанами в смешных шапках. В этот момент я поняла, что она меня не бросит, что к финишу мы идём с ней вдвоем. Вдвоём против двух англичанок и целой толпы их фанатов. Мне это придало сил. Всё, что я делала на финише, было не только для меня, но и для тренера и нашего врача.

Фото из личного архива Ильченко. С доктором Еленой Ломазовой перед стартом в Пекине.

Когда всё закончилось, мне просто хотелось оказаться на суше. Всё страшно болело — спина, плечо, глаз — по нему здорово съездили.

— Простым зрителям не видно, что происходит в группе пловцов. Да и не каждый профессионал увидит. Многие агрессивные атаки остаются безнаказанными?

— К счастью, сейчас судейская бригада расширилась. Ни одна и даже не две лодки сопровождают группу. Поэтому беспредела в воде не допускают. Раньше же было в порядке вещей заплыть за буй и кому-то навалять.

— Как распорядились олимпийскими призовыми?

— Всё, что у меня было, я вложила в недвижимость. Ещё до Олимпийских игр приобрела жильё в строящемся доме в Волгограде, и позже мне удалось компенсировать всю выплату из призовых. Спустя какое-то время мой сосед по этажу выставил свою квартиру на продажу. И все деньги, которые у меня тогда были, я отдала на покупку второй квартиры, чтобы потом их объединить. 

— Многие чемпионы и призёры Игр продают свои "авто от президента" по тем или иным причинам. Вот недавно свой BMW выставила на продажу Юлия Ефимова. А вы всё ещё ездите на олимпийской машине?

— Да, этот автомобиль со мной и я им очень довольна! Я сразу не собиралась продавать машину, по мне, это замечательный подарок. За рулём я с 2009 года и стараюсь не гонять, вожу спокойно, хотя мой муж считает иначе. (Смеётся.)

"Я захлебывалась, и это было действительно очень страшно"

— После Олимпиады вы выступили на нескольких турнирах, взяли серебро на чемпионате мира в Риме и пропали…  Свою роль сыграла история, когда вы едва не погибли на чемпионате мира в Канаде?

— То, что произошло на чемпионате мира, я помню отрывками. Понимаете, я теплолюбивое создание, а выступать пришлось в ледяной воде. Несмотря на то что мы пытались подготовиться к таким условиям, стояли под холодным душем до и после тренировки, на базе работали в бассейне с холодной водой, подготовиться к ледяному приёму в Канаде так и не смогли.

Тут ещё вот какой момент оказался немаловажным. В открытой воде разрешалось выступать в костюмах с длинными штанинами, но в классическом плавании их уже запретили — по правилам надо было выступать в шортах. В общем, на всю сборную заказали такие костюмы. Соответственно, и нам. Раз запретили для пловцов, запретили для всех. Таким образом, в Канаду, где даже температура воздуха была на тот момент довольно низкой, нам прислали костюмы с шортами. Я сохранила электронное письмо английскими буквами на русском, которое написала нашему президенту Владимиру Сальникову, просила помочь с костюмами… Но нам не помогли.

Представьте себе, температура воды 15 градусов, все спортсмены, кроме россиян, те же итальянцы, французы, немцы, выходят на старт в полноценных комбинезонах, а мы в шортиках. Это даже морально тяжело… Конечно, у нас был вариант выступать в старых костюмах, так как плыть в шортах было, по меньшей мере, нелепо. В такой-то холод. Многие так и делали. А некоторые наши мужчины вообще выступали в женских костюмах… Вот такие у нас были условия на том чемпионате мира.

Кроме того, у нас возникли проблемы и с шапочками. Нам прислали их без швов. Для спринтеров они, конечно, хороши, но не для марафонцев. Наш спорт мало того что контактный, так ещё и в воде мы проводим по два часа. Нам нужны были другие шапочки. Если ты получаешь в такой шапочке по голове хоть один раз, то она слетает тут же.

У пловцов на открытой воде своя специфика соревнований, нас нужно было рассматривать индивидуально, а не вместе со всеми. В общем, мы справлялись как могли.

В таком холоде я смогла продержаться семь с половиной километров, потом у меня окаменели руки и ноги. Я остановилась, чтобы поправить очки и оглядеться: в тот момент уже плохо соображала. И всё… Пустота. Хорошо, мимо проплывал байдарочник. Он увидел, что я начала уходить под воду, и вытащил меня. Периодически я приходила в сознание. Вот я вижу, что меня несут спасатели, потом открываю глаза и вижу, что уже наши ребята хлопочут надо мной. Потом я увидела себя в какой-то палатке: меня пытались привести в сознание.

Фото из личного архива Ильченко. Чемпионат мира в Канаде. Ларису вытаскивают из воды.

Позже наша врач мне рассказывала, как меня пытались реанимировать с помощью кислородной маски. Я ведь не могла дышать нормально, спазмы были ужасными. Я приходила в себя, не могла вдохнуть, пугалась, и весь этот мой ужас передавался остальным. Я видела, как рядом стояла наша волгоградская пловчиха Мария Булахова и ревела. Меня выключало снова и снова…

Команда пыталась согреть меня, как только могла. Меня принесли в какое-то помещение, ребята сняли майки, стали мочить их в горячей воде и обкладывали ими меня. В рот мне заливали то ли чай, то ли бульон. Это было страшно! Было страшно не только мне, но и всем.

Однако то, что произошло со мной, не было единичным случаем. Вообще тот чемпионат мира очень тяжело сложился для многих. Мне до сих пор непонятно, почему этот ужас не остановили. Очень многие спортсмены сходили с дистанции добровольно, некоторых вытаскивали из воды полуживыми.

После всего мы ждали, что нас поддержат, хотя бы попытаются нас оправдать, но этого не произошло. Нас не поддержал ни старший тренер, ни даже собственные тренеры.

— Неужели и ваш тренер вас не поддержал?

— Он мне не поверил и даже этого не скрывал. Мне было очень тяжело. Сейчас мне кажется, что он просто не хотел в это верить, верить в то, что со мной могло произойти что-то страшное. Ему, вероятно, до последнего казалось, что я хорошая актриса.

Мы с ним долго не разговаривали после того страта. Наверное, неделю. Он приходил в бассейн, молча приклеивал задание на бортик и уходил.

Никто даже подумать не мог, что это переохлаждение будет иметь какие-то последствия. И надо было бы провериться у доктора, уделить внимание здоровью, но мы буквально тут же поехали на чемпионат Европы в Будапешт. Там мы оказались в абсолютно иных условиях. Вода была горячая. Стояла жара. Мы тогда с Екатериной Селивёрстовой на фоне гипотермии заняли только 21-е и 22-е места.

Наше выступление в Будапеште охарактеризовали как провал всей сборной, как наш личный провал, наш личный недочёт. Не Международной федерации плавания, не организаторов турнира и даже не Российской федерации, которая прислала нам в Канаду шортики... Старший тренер сборной сказал мне и Кате Селивёрстовой следующее: "Мне не нужны статисты в команде. Мы сделаем ставку на новых спортсменов. Поверьте, ваше место не будет пустовать". На тот момент мне было очень обидно. Продолжать выступать совсем не хотелось.

— Расскажите подробнее про допустимые пределы температуры.

— Самый нижний предел — это 16 градусов, самый верхний — 31. В Канаде мы выступали в озере, там много подводных течений, потоков ледяной воды, от которых голова просто раскалывалась. А температуру измеряли на мелководье… Естественно, получились разрешённые 17 градусов.

На прессу, которая писала, что мы потеряли мотивацию, зажрались, мне было плевать. Обидно было, когда не поддержали люди, которые находились рядом. Все всё знали, но говорили примерно следующее: "Ведь все были в равных условиях". Я считаю, надо понимать, что каждый спортсмен — индивидуальность. Кто-то может переносить холодную воду, а кто-то — нет.

Например, американец Фрэн Криппен в 2010 году умер в Арабских Эмиратах на Кубке мира во время заплыва, потому что вода была горячая, температура воздуха тоже была высокой. У него случился сердечный приступ. Его нашли только через три часа после окончания дистанции.

— Спустя время Захаров понял, как ошибался?

— Да, но это произошло значительно позже. В 2014 году на чемпионате России, который проходил в Истре, спортсмены оказались примерно в таких же условиях, в каких были мы в Канаде. Вода была ледяная. Не знаю, почему соревнования не перенесли, наверное, у федерации просто не хватило духа. И этот турнир выкосил половину команды. Для кого-то это был первый опыт выступлений на открытой воде и он оказался негативным, а кто-то просто загубил себя.

Тогда мой тренер не допустил к турниру нашу волгоградскую спортсменку, пожалел её. Я и другие ребята своим примером доказали, что холодная вода может внести серьёзные коррективы в результат, да и вообще в карьеру.

Сейчас мы с Владимиром Николаевичем и его семьей в отличных отношениях, всё-таки прошли вместе большой путь. А недавно мы отмечали юбилей тренера — 70 лет. Он собрал вокруг себя большую дружную компанию, своих лучших учеников, родных, и все вместе мы отпраздновали его день рождения.

— Пловцы вообще очень дружные ребята. У вас в социальной сети есть снимок семилетней давности, где вы отдыхаете на природе вместе с другими.

— (Смеётся.) Да, на той фотографии запечатлены я, Никита Лобинцев, Екатерина Селивёрстова и мой муж — Сергей Перунин. Мы правда были очень дружны. И эта дружба существует до сих пор. Тёплые отношения я сохранила и с доктором команды.

Фото из личного архива Ильченко. Слева направо: Александр Тихонов, Сергей Перунин, Екатерина Селиверстова, Александр Сухоруков, Никита Лобинцев и Лариса Ильченко.

Что касается той фотографии, то она была сделана в 2009 году после чемпионата мира в Риме. Все пловцы собрались в Волгограде и поехали за город на турбазу отдыхать. Было весело.

"Не хочу из Маши лепить себя"

— С супругом вы познакомились именно в такой дружной команде пловцов?

— Мы очень давно друг друга знаем. Он переехал в Волгоград из Пензы, без родителей, совсем один. Стал заниматься в нашей школе плавания, учился в колледже олимпийского резерва. Мы с ним вместе учились с девятого класса, тренировались на соседних дорожках.

— Можно сказать, школьная любовь?

— Ну что-то вроде того!

— У Маши нет другого пути, как пойти в плавание?

— Вы знаете, я ни в коем случае не буду на неё давить, а дам возможность самостоятельно выбрать свой путь в жизни. И не важно, спорт это будет или нет.

На данный момент дочке всё интересно: и синхронное плавание — она очень впечатлилась, как спортсменки "машут ногами над водой", и художественная гимнастика. Маргарита Мамун — её кумир. Она, похоже, влюбилась в этот вид спорта.

Плавать Машу я, конечно, научу! Но мне не хочется лепить из неё себя. Не собираюсь убивать в ней личность. Захочет заниматься гимнастикой — пожалуйста.

Фото из личного архива Ильченко. Дочь Маша на отдыхе в Сочи "После утреннего заплыва".

— Скоро начнётся отчётно-выборная кампания во Всероссийской федерации плавания. Не хотите попробовать свои силы?

— Вы знаете, я ещё здесь свои шнурки не зашнуровала… (Улыбается.)

Комментарии: 
  • Популярные
  • По времени
Публикации
не найдены
Похоже, что вы используете блокировщик рекламы :(
Чтобы пользоваться всеми функциями сайта, добавьте нас в исключения!
как отключить
×