Авторизуйтесь с помощью одного из аккаунтов
Авторизуясь, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом и даете согласие на обработку персональных данных.

Новый культ жертвы. Как Америка распинает за секс с женщинами

Писатель и журналист Дмитрий Петровский — о том, что ритуальная казнь Харви Вайнштейна — первая, но не единственная. Теперь новый общественный договор, где жертвы становятся палачами, неизбежно будет требовать новых расправ за гетеросексуальность.

7891
Post cover

Фото © Spencer Platt / Getty Images

Андерса Брейвика, в 2011 году перестрелявшего в Норвегии 77 человек (из которых большинство — дети и подростки), суд отправил за решётку на 21 год. Альберту Шпееру, министру обороны нацистской Германии, прямо или косвенно повинному в смертях тысяч, а то и миллионов людей, гуманный Нюрнбергский трибунал впаял 20. Харви Вайнштейна, повинного в том, что был невоздержан с девушками и склонял их к сексу в обмен на разные карьерные перспективы, вчера закатали в тюрьму на 23 года. Из огромного списка "жертв" (94 он якобы домогался, 15 изнасиловал) в суде свидетельствовали только две, а за рассказанные ими истории в Голливуде точно не дали бы "Оскара".

Джессика Манн, молодая актриса, поведала граду и миру, что продюсер принял участие в её судьбе, повёл в книжный магазин, посоветовал, что купить по истории кино, а потом зазвал к себе в номер (вероятно, читать пьесу "Гроза" по ролям). Девушка согласилась, в номере Вайнштейн попросил сделать ему массаж, она помяла плечи стареющего продюсера и ... просто ушла. Позже продюсер позвал её на вечернику, она (неожиданно!) согласилась, там страшный Харви "подверг её оральному сексу" (нет, не так, как, принято считать, это делают продюсеры. Король Голливуда сам сделал девушке приятное). Шокированная Джессика снова ушла... Но потом опять встретилась с Вайнштейном, без всякого принуждения, и встречалась так ещё много-много раз. Из такого вот каравана увлекательных историй состоит всё "дело" Вайнштейна, везде речь шла о делах давно минувших дней, нигде — никаких прямых доказательств.

Я несколько раз прослушал аудиозапись, на которой слышно, как Харви пристаёт к модели Амбре Гутьеррес. Слушать было очень неприятно: немолодой мужчина ноет и клянчит, зовёт девушку подняться к нему в номер, повторяя при этом, что "он очень известный чувак". Но когда Амбра говорит решительное "нет", Вайнштейн отвечает "окей", и все расходятся при своих. Насилие? Нет, вы серьёзно?

И тем не менее присяжные посчитали, что этого достаточно, чтобы упечь в тюрьму на 23 года немолодого мужчину, продюсера, без которого не было бы ни "Криминального чтива", ни "Бешеных псов", ни "Влюблённого Шекспира". От бессмысленной жестокости приговора офигели даже отечественные феминистки: ТГ-канал "Нет значит нет" растерянно написал, что "теперь жертвы стали палачами".

"Общество должно стоять на фундаментах столь тёмных, столь потаённых и столь ужасающих, что тот, кто посмеет затронуть их, немедленно будет наказан самым чудовищным способом", — так говорил Жозеф де Местр, итальянский дипломат и философ XVIII−XIX века. Харви Вайнштейну не посчастливилось жить и предаваться нехитрым мужским радостям на сломе эпох, когда либеральное общество уже пересмотрело все основы, нашло их негодными и теперь кровью и железом приучает нас к новым.

Что общего у женщины, беженца и гомосексуалиста? Все трое признаны новым миропорядком угнетёнными, все трое имеют в нём право призвать к ответу белого цисгендерного мужчину, создавшего мир, в котором мы до сих пор живём. И ничего, что именно беженец, скорее всего, изнасилует женщину и убьёт гея (ничего личного, чистая статистика). Ничего, что именно белый мужчина, в том числе лично Харви Вайнштейн, годами безропотно оплачивал их шабаши (Харви — видный спонсор Демократической партии США).

В новом прекрасном мире балом правят жертвы, их слово — последнее слово, их статус — высший статус. Новые тёмные основы, о которых говорил Де Местр, закладываются через насилие и показательные казни. Ритуальная казнь Вайнштейна — первая, но, скорее всего, не последняя. Новый общественный договор неизбежно будет требовать новых.

Увы, невежество строителей новых миров почти всегда оказывается соразмерно их целеустремлённости. Кино (как и любое искусство) не живёт без вожделения, политика дышит сексом, а отношения мужчины и женщины — это всегда невидимый танец, игра, где один играет охотника, другой добычу, и роли эти могут произвольно меняться несколько раз за тур. Это не зависит от времени или моды, это основа, и если общество отвергает её — скорее всего, оно вскоре останется без искусства, без политики и без секса, а значит, сойдёт на нет в течение пары десятилетий.

Кстати, если кто-то помнит, движение "Я не боюсь сказать" пришло к нам с Украины раньше, чем эпидемия MeeToo разразилась в Америке. А кейс депутата Слуцкого многие сравнивали с делом Харви: тут и мужчина, имеющий власть, тут и девушки, через много лет вдруг "вспомнившие", как было дело. Но у нас волна так и не поднялась, история "не взлетела", сошла на нет. И можно сколько угодно сваливать это на то, что Россия отсталая, что она "не доросла" и "не готова" к жестоким чудесам просвещённого Запада. Я объясняю это проще: мы просто более здоровые. И мы пока ещё хотим снимать кино, наслаждаться романами и заниматься сексом с женщинами.

Либеральное общество стоит на культе жертвы, и на алтарь этого культа только что положили Вайнштейна, блестящего продюсера и, судя по всему, очень одинокого и закомплексованного мужчину. Потому что слово жертвы — последнее слово и не подлежит сомнению.

Харви можно любить или не любить, но то, что с ним сделали, не вписывается ни в какие представления о соразмерности вины и наказания (да и просто справедливости и законности тоже).

Выбор редакции

Loading...