Нет ни народа, ни его воли: как в Германии борятся с реваншем правых

В этом году состоятся выборы в бундестаг, на которых, судя по недавним опросам, все шансы пройти и сформировать в нём третью по величине фракцию после христианских демократов и социал-демократов впервые имеют правые в лице популистской партии "Альтернатива для Германии" (АдГ). Подобно Трампу, АдГ апеллирует к защите простых немцев от мигрантов (в 2015 году Германия приняла более 1 млн беженцев из Сирии) и либералов во власти. Ответом на это, судя по всему, стала серия публикация в мейнстримных немецких СМИ, объясняющих, что никакого немецкого народа не существует, а говорить о нём — есть признак правого радикализма.

"Миф о культурной идентичности". Так называется пространная статья, опубликованная 5 февраля на сайте общенациональной радиостанции "Вещает Германия" (между прочим, содержащейся за счёт государственного бюджета). Автор (приглашённый профессора Высшей школы искусств в Карлсруэ Даниэль Хорнуфф) и не скрывает, к чему направлены его рассуждения о том, что такой идентичности у жителей Германии не может быть, вынеся в начало статьи предмет опасений.

— Германия сегодня. Старый миф о культурной идентичности возрождается. Его вызывают не только PEGIDA (общественное движение "Патриотические европейцы против исламизации Запада", нем. Patriotische Europäer gegen die Islamisierung des Abendlandes. — Прим. Лайфа) и АдГ, — пишет Хорнуфф. — Национальная гордость и доминирующая культура кажутся безвредными, но они создают почву для правого экстремизма. Миф о культурной идентичности является уродливой гримасой эпохи Просвещения.

Далее, если продраться через бесконечное словоблудие автора, можно обратить внимание, что он одобрительно цитирует "умное ироническое замечание историка искусства Йорга Шиллера" о том, что "заслуживающие доверия законы должны защищать не всеобщий интерес к немецкой культуре, а культуру от простых немцев". 

Лейтмотив угрозы со стороны "простых немцев" проявляется и в статье "В тени народности", опубликованной 1 февраля авторитетной газетой Die Zeit.

— Все правые партии воспевают "волю народа". Но что такое народ? И почему народ должен говорить одним голосом? — заявляет в начале статьи её автор, профессор новой и новейшей истории университета Кобленц-Ландау Кристиан Гойлен.

Далее он также заявляет, что "воля народа" — миф, причём, разумеется, поздний и "неправильный".

— Только в эпоху национальных революций XVIII века "божественное откровение простого человека" стало трактоваться как коллективный признак тех, кто становился частью формировавшихся наций, — пишет он. — На мировую арену вышла "воля народа". Её противопоставление принципу представительства современной демократии именуется популизмом.

Странная трактовка, так как популисты не противопоставляют себя принципу демократического представительства, а как раз критикуют принцип устройства, когда политические партии вместо отстаивания воли своих избирателей и даже прямо вопреки ей навязывают стране абстрактные мультикультурализм и толерантность. Но полемический посыл весьма красноречив.

— Самое позднее — с выходом Великобритании из ЕС пришло ощущение возвращения к эпохе национальных государств и национализма... Каждый конкретный национализм стремится к сохранению и упрочнению родины и нации, но обращается к своему конкретному народу по поводу проблем, источник которых лежит вне конкретной страны, — переходит Гойлен от общих слов к конкретным предметам своих опасений. — Главным лейтмотивом "новых правых" была и остаётся защита — западной культуры, европейских ценностей, а также и региональной идентичности, вплоть до традиционной семьи.

Вывод, что интересно, предлагается ровно тот же, что и в статье на портале радио "Вещает Германия" — считать, что нет никакого единого немецкого народа (поэтому и выражение "воля народа" настойчиво берётся в кавычки) и его культурно-исторической идентичности.

— Общество, и наше немецкое общество в особенности, слишком разделено, чтобы даже и пытаться уловить "голос народа", — резюмирует автор статьи в Die Zeit.

По его мнению, "не настолько архаична (то есть отжила свое. — Прим. Лайфа) и наша демократия: она живёт за счёт борьбы различных групп". Перед нами всё тот же принцип "Большинство — это коалиция меньшинств", который раз за разом реализовывали на выборах в США демократы по принципу противопоставления всех меньшинств (национальных, религиозных, гендерных и так далее) белым гетеросексуальным мужчинам и традиционной семье. Автор статьи в Die Zeit, кстати, тоже видит в таковой "оплот правых" (в статье на сайте радио "Вещает Германия" подобные признаки идентичности быстро развивают далее до понятия "почва для правого радикализма").

Что, в принципе, вполне логично. На президентских выборах в США, где сумевший пробудить то самое пресловутое "белое большинство" Трамп победил Хиллари Клинтон с её "коалицией меньшинств", было хорошо заметное деление внутри женского электората по отношению к традиционной семье. Судя по опросам, за Трампа намеревалось голосовать 49% замужних женщин (данные без разбивки по расе), в то время как 52% одиноких (идеал феминисток) были за Хиллари. И самый массовый протест против нового президента прошёл в формате "марша вагин". Профит от борьбы с традиционной семьёй и объявления женщин "угнетаемым меньшинством" налицо.

Нетрудно заметить, что либералы в Германии наступают на те же грабли, что и их коллеги в США. Это те самые люди, которые, по слова Меттерниха, "ничего не забыли и ничему не научились". В Штатах, кстати, городские либеральные избиратели также удивлялись, что рядом с ними ещё живут какие-то белые фермеры, голосующие за Трампа, — потому что радиостанции давно забыли о существовании таковых, рассказывая преимущественное про ущемление где-то прав геев.

Конечно, идея заявить немцам, что их не существует как единого народа с собственной идентичностью, будет с ликованием встречена ультралевыми адептами подобных идей (кстати, ещё один ударный отряд борьбы с Трампом в Штатах). Однако большинство граждан Германии это, в совокупности с откровенным желанием не считаться с их мнением (и вообще существованием), скорее толкнет к поддержке несистемных партий, обещающих "взять и отменить" полностью плодящую подобные идеологемы политическую систему.