Вирусное фото «принцессы Каджар»: история усатых персидских женщин, которых превратили в мем

Каждый раз, когда в Интернете всплывает фотография персидской женщины с пышными усиками и короткой юбкой, комментаторы делятся на два лагеря. Одни хохочут, другие недоумевают. Кто-то клянётся, что это переодетый актёр, кто-то верит в легенду о тринадцати мужчинах, покончивших с собой, не пережив отказа красавицы. Мы покопались в исторических источниках и выяснили: правда оказалась куда интереснее любого мема.

Женщина с фотографии, которая десятилетиями гуляет по Интернету под названием «Принцесса Каджар», на самом деле принцесса Фатиме Ханум Эсмат аль-Доуле (1855/6–1905). Вторая дочь персидского шаха Насер ад-Дина Каджара. Снимок сделал её муж, Амир Дост Мохаммад Хан, примерно в середине-конце XIX века. Никаких актёров, никакого театра. Обычная семейная фотосессия в домашней студии, которую супруги организовали прямо у себя дома.

Эсмат вообще была одной из самых фотографируемых женщин шахского двора — не потому, что красавица, а потому, что увлекалась фотографией и имела доступ к технологиям. Она даже играла на фортепиано, что для персидской женщины того времени было настоящим бунтом против традиций. Отец доверял ей принимать иностранных гостей, что говорит о влиятельности Эсмат при дворе. А вот легенды про актёров в париках появились уже в XXI веке, когда Интернет решил, что всё странное должно иметь простое объяснение.

Самая смешная часть мема гласит: тринадцать мужчин покончили с собой, не снеся отказа прекрасной принцессы. Звучит романтично, но есть одна проблема: Эсмат вышла замуж в девять-десять лет. Как и её сестра Тадж аль-Салтане, как и большинство принцесс того времени. Девочку выдали замуж по договорённости, пока она жила в женской половине дворца — андаруне. Она физически не могла встретить никаких посторонних мужчин, не говоря уже о том, чтобы разбивать им сердца.

Позже, будучи замужней женщиной в патриархальной Персии, у неё тоже не было возможности для романтических приключений. Легенда о горе-любовниках — чистой воды фантазия создателей мема, которые решили добавить сенсационности в картинку. Ни в одном историческом источнике, ни в мемуарах современников, ни в официальных хрониках двора нет упоминания о массовой кончине влюблённых. Зато есть множество свидетельств о том, что Эсмат была умной, образованной женщиной и использовала своё влияние на отца для решения политических вопросов.

Вот здесь начинается действительно интересное. То, что современные комментаторы высмеивают — усики и монобровь, — в Иране XIX века считалось привлекательным. Профессор Гарвардского университета Афсане Наджмабади в своей книге «Женщины с усами, мужчины без бороды» приводит множество персидских источников и фотографий: «Густые брови и усики считались настолько привлекательными, что их иногда подкрашивали». Это не шутка и не преувеличение. Реальная косметическая практика того времени.

Бельгийская путешественница, посетившая двор шаха в 1877 году, описывала Эсмат так: «Над верхней губой у неё был мягкий пушок усов, что придавало ей мужественный вид». Но это не было чем-то шокирующим. Это был стандарт. Женщины, у которых усиков не было от природы, дорисовывали их косметикой. Как сейчас подводят брови, только наоборот. Кураторы выставки «Каджарские женщины» в Музее исламского искусства в Катаре отмечали: женщины императорского гарема с помощью макияжа специально подрисовывали усы и соединяли брови, если природа не наградила их этими чертами.

В гареме Насер ад-Дина проживало от пятисот до шестисот женщин. Восемьдесят из них были постоянными жёнами, остальные — временными. Среди этой толпы главной была Анис аль-Доула, которая попала в гарем временной женой в 1859 году и так и осталась в этом статусе до конца жизни, отказываясь от предложений стать постоянной супругой. Её влияние было так велико, что иранский историк Мухаммад Хасан-хан писал в 1891-м: «Гарем шаха ограничивается этой женщиной. Если она умрёт, горе Ирану».

Все иностранные послы представляли своих жён именно ей. Все прошения подавались через неё. Она принимала жён министров и влиятельных семей. Фактически Анис аль-Доула была неофициальной первой леди Персии, хотя формально оставалась всего лишь временной женой среди сотен других. В мемуарах принцессы Тадж аль-Салтане есть такие слова: «Большинство прошений подавалось через неё, потому что, когда она представляла их государю, они принимались». Это говорит о том, что шах доверял её мнению больше, чем советам многих придворных мужчин.

Второй по влиятельности женщиной в гареме была Амине Акдас. Её главной козырной картой стал племянник Малиджак, которого также звали Азиз аль-Султан. Мальчик был любимцем шаха, хотя современники не понимали этой привязанности. Его описывали как человека с отталкивающей внешностью и странным поведением, которого все презирали. Но шах души в племяннике не чаял. По завещанию отца принцесса Тадж аль-Салтане должна была стать невестой Малиджака, однако её мать категорически воспротивилась.

В итоге шах обручил Малиджака с другой дочерью, Ахтар аль-Доулой. Та самая девочка, которую выдали замуж за мальчика, которого не любил никто, кроме её всемогущего отца. Многие при дворе высмеивали эту странную привязанность шаха к неприятному юноше. Однако через Малиджака его тётя Амине Акдас получала доступ к шаху и могла влиять на решения. Это была классическая дворцовая интрига: женщина, формально не имеющая власти, управляла через мужчину, которого монарх почему-то любил больше всех остальных.

Младшая сестра Эсмат, принцесса Захра Ханум Тадж аль-Салтане (1884–1936), пошла ещё дальше. Она стала феминисткой и националисткой, поддерживала культурную и конституционную революции в Персии. В своих опубликованных мемуарах «Терзающая корона» Тадж писала: «Когда настанет день, когда я увижу свой пол освобождённым, а свою страну — на пути прогресса, я принесу себя в жертву на поле битвы за свободу и охотно пролью свою кровь под ногами товарищей, борющихся за свои права».

Она была одним из самых красноречивых голосов, выступавших за снятие чадры как первый шаг к образованию, оплачиваемой работе и прогрессу нации. Её слова звучали смело для любой эпохи, а для конца XIX – начала XX века это была настоящая революция. Тадж открыто критиковала положение женщин в персидском обществе и призывала к переменам. К сожалению, её мечты об освобождении женщин не сбылись при её жизни. Но мемуары принцессы стали важным документом, показывающим, что борьба за права женщин в Иране началась задолго до XX века.

Искусствовед Стейси Джем Шейвиллер из Калифорнийского университета утверждает: огромное количество фотографий женщин из гарема Насер ад-Дина «имело способность продемонстрировать развитие женского революционного сознания». Сам факт, что эти женщины позировали перед камерой, носили короткие юбки, демонстрировали лица и тела, уже был актом протеста. Эсмат аль-Доула, будучи одной из самых фотографируемых женщин двора, оказалась визуально в центре этой социальной и культурной революции.

Каждый снимок был не просто семейным альбомом, а маленьким шагом к эмансипации. Шейвиллер отмечает: «Фотография самого себя могла превратить человека из безымянного, чья история не будет рассказана, в лицо, запечатлённое во времени». Женщины каджарского двора использовали фотографию как инструмент самовыражения и протеста в обществе, где их голоса почти не слышали. Они оставили потомкам не просто картинки, а свидетельства своего существования, своей индивидуальности, своего права быть увиденными и услышанными.

Мы привыкли смеяться над тем, чего не понимаем. Вирусный мем превратил реальных исторических личностей в карикатуры, лишив их имён и достижений. А ведь эти женщины были первопроходцами. Они играли на фортепиано, занимались фотографией, влияли на политику и боролись за права, когда большая часть мира даже не думала о женской эмансипации. Эсмат аль-Доула, Анис аль-Доула, Тадж аль-Салтане не были эталонами красоты в современном понимании. Но они были сильными, образованными, влиятельными женщинами, которые меняли мир вокруг себя. И это куда важнее любых усиков. А ранее Life.ru рассказывал, что подарить на 8 Марта, чтобы не получить холодное «спасибо».

Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАX!