«Малыш», «Толстяк» и 300 000 убитых: настоящая цель США в Японии, о которой молчат учебники

Ранним утром 6 августа 1945 года американский бомбардировщик B-29 Enola Gay под командованием полковника Пола Тиббетса беспрепятственно зашёл на цель. В 8:15 по местному времени с высоты свыше девяти километров на центр Хиросимы сбросили урановую атомную бомбу Little Boy («Малыш») мощностью от 13 до 18 килотонн в тротиловом эквиваленте. На 43-й секунде падения синхронно сработали часовой и барометрический спусковые механизмы, которые активировали взрыватель. Бомба разорвалась на высоте около 576 м над землёй.

Температура в эпицентре достигала 3 тыс. градусов. В радиусе полукилометра всё превратилось в пепел. 90% людей внутри этого смертельного круга погибли в течение минуты. Пролетавшие мимо птицы сгорали в воздухе, а световое излучение выжигало силуэты человеческих тел на стенах.

Многочисленные пожары возникли в городе одновременно и позже объединились в огненный смерч, который охватил свыше 11 кв. км. В течение нескольких минут погибло 90% людей, находившихся на расстоянии 800 м и меньше от эпицентра.

В Хиросиме в момент взрыва и в первые часы погибло от 70 до 80 тыс. человек. К концу 1945 года число жертв достигло 140 тыс. (около 40% населения города). Из 90 тыс. домов 62 тыс. оказались полностью разрушены.

Спустя три дня после уничтожения Хиросимы американское командование спешно готовило вторую бомбардировку. Она, в отличие от первой операции, была сопряжена с многочисленными техническими неполадками. 9 августа, в 3:47 по местному времени, бомбардировщик B-29 Bockscar под командованием майора Чарльза Суини поднялся с острова Тиниан. На его борту находилась плутониевая бомба «Толстяк» мощностью около 21 килотонны — почти вдвое мощнее «Малыша», сброшенного на Хиросиму.

Ещё до взлёта военные обнаружили проблему с топливным насосом в одном из запасных баков, однако экипаж принял решение вылетать, как было запланировано. Основной целью операции являлся город Кокура — место расположения крупнейшего в Японии военного арсенала. В 9:20 самолёт прибыл к Кокуре, однако над городом наблюдалась уже 70-процентная облачность, и это не позволило провести визуальное бомбометание. После трёх безуспешных заходов на цель и с учётом того, что из-за неполадки топливного насоса горючего хватало только на один проход над запасной целью, в 10:32 Суини взял курс на Нагасаки.

В 10:56 бомбардировщик прибыл к городу, который также закрыли облака. Суини одобрил намного менее точный заход на цель по радару. Однако в последний момент бомбардир-наводчик капитан Кермит Бихан в просвете между облаками заметил силуэт городского стадиона и, ориентируясь на него, в 11:02 по местному времени произвёл сброс атомной бомбы. Взрыв произошёл на высоте около 500 м над промышленным районом Ураками.

Хотя «Толстяк» был значительно мощнее «Малыша», неточное прицеливание и особенности местного рельефа — холмистая местность Нагасаки — немного снизили урон от взрыва. Тем не менее масштаб разрушений был ужасающим: в момент взрыва и в первые часы погибло около 40 тыс. человек, к концу 1945 года число жертв достигло 70–74 тысяч. Половина города была полностью разрушена, а в последующие годы список жертв продолжал пополняться за счёт умерших от лучевой болезни. По данным на 2014 год, число жертв бомбардировки Нагасаки возросло до 165 409 человек.

Официально Вашингтон заявлял о необходимости ускорить капитуляцию Японии и спасти жизни американских солдат. Однако рассекреченные документы и свидетельства современников говорят об ином: к лету 1945 года Япония была уже по факту побеждена. Военно-морская блокада и массированные бомбардировки авиацией США уничтожили японский флот и промышленную инфраструктуру. Начальник штаба ВМС США адмирал У. Леги признавал: «Япония уже была побеждена и готова к капитуляции ещё до применения атомной бомбы». Командовавший войсками союзников на Тихом океане генерал Макартур в 1960 году подтвердил: «Не было никакой военной необходимости в применении атомной бомбы в 1945 году».

Уже в сентябре 1944 года между США и Великобританией была достигнута принципиальная договорённость о возможности применения создаваемого атомного оружия против Японии. В мае 1945 года заседавший в Лос-Аламосе комитет по выбору целей отверг идею нанесения ядерных ударов по военным объектам из-за недостаточно сильного «психологического эффекта».

Первоначально в этом списке находился и Киото — древняя столица Японии, но военный министр США Генри Стимсон отверг этот выбор, поскольку с этим городом у него были связаны тёплые воспоминания.

Весной 1945 года после упорных боёв американцы овладели островом Окинава, получив идеальный плацдарм для последующего вторжения в Японию. Однако дальше военные США не спешили. Отчаянное сопротивление японцев на Окинаве, стоившее американцам 12 тыс. жизней, заставило их задуматься о том, каковы будут потери в случае аналогичного сопротивления на территории Японии. По самым оптимистичным прогнозам, в случае высадки американцы потеряли бы около 100 тыс. человек убитыми. По пессимистичным — не менее 200 тысяч.

16 июля 1945 года на полигоне в Нью-Мексико был проведён испытательный взрыв плутониевой бомбы, удовлетворивший американское командование. На Постдамской конференции в июле-августе 1945 года США дали понять, что намерены ограничить влияние СССР в Азии. А согласно Ялтинским соглашениям СССР должен был вступить в войну с Японией не позднее трёх месяцев после капитуляции Германии, то есть примерно к 8–9 августа 1945 года. Также Гарри Трумэн заявил Сталину, что США располагают невероятно мощным оружием, на что советский лидер только улыбнулся, а далее поручил академику Игорю Курчатову ускорить работу над ядерным оружием.

По мнению руководителя Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН Валерия Кистанова, американская версия не выдерживает критики. «Никакой военной необходимости у этой варварской бомбардировки не было. Сегодня это признают даже некоторые западные исследователи. На самом деле Трумэн хотел, во-первых, запугать СССР разрушительной силой нового оружия, а во-вторых — оправдать огромные затраты на его разработку. Но всем было ясно, что вступление СССР в войну с Японией поставит в ней точку», — заявил он.

Так и вышло. 8 августа 1945 года Советский Союз объявил войну Японии и уже на следующий день при поддержке Монголии выдвинул войска против сил Квантунской армии. 16–17 августа Квантунская армия капитулировала. Красной армии сдалось в плен свыше 600 тыс. японских солдат и офицеров, среди которых было 148 генералов. 2 сентября на борту американского линкора «Миссури» министр иностранных дел Японии Мамору Сигэмицу и начальник Генштаба генерал Ёсидзиро Умэдзу подписали акт об окончательной капитуляции.

Шок от атомной бомбардировки Хиросимы оказал глубокое воздействие на премьер-министра Японии Кантаро Судзуки и министра иностранных дел Того Сигэнори, которые склонились к тому, что правительство должно прекратить войну. Однако решающим фактором, по признанию самих японских руководителей, стало вступление СССР в войну 9 августа.

Общее число жертв двух бомбардировок с учётом людей, умерших в последующие пять лет от лучевой болезни, онкологических заболеваний и последствий ожогов, превысило 300 тыс. человек. Подавляющее большинство погибших составляли мирные жители — женщины, дети и старики. В городах были уничтожены не военные объекты, а жилые кварталы, школы, больницы.

Весь мир облетела история Садако Сасаки — «девочки с тысячей журавлей». Во время бомбардировки Хиросимы ей было два года, и на первый взгляд она не пострадала. Но спустя 10 лет после атаки у неё развилась лучевая болезнь. Садако верила в японскую легенду, что, если сложить тысячу бумажных журавликов и загадать заветное желание, оно сбудется. Девочка складывала птичек из любых бумажек, что попадали ей в руки, успела изготовить только 644 фигурки, а 25 октября 1955 года умерла. Друзья и родные храбро боровшейся с болезнью школьницы решили: о ней должны узнать все. Были собраны и опубликованы письма, которые Садако написала в больнице. Начался сбор средств на памятник, и 5 мая 1958 года в Хиросиме был открыт «Детский монумент мира». А писательница Элеанор Коэр написала книгу «Садако и тысяча бумажных журавликов» — она стала очень популярной во многих странах, в том числе в Советском Союзе. Образ Садако Сасаки стал использоваться в стихах и песнях.

Также в Японии появились свои «неприкасаемые» — так называемые хибакуся- пережившие катастрофу или родившиеся у матерей, подвергшихся воздействию радиации. Их часто сторонились, а родители многих молодых людей и девушек не желали, чтобы они вступали в брак с их детьми.

Ответственности за те военные преступления никто не понёс. А Пол Тиббетс даже в старости утверждал, что и сейчас осуществил бы бомбардировку и «выполнил приказ».

Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки навсегда изменили мир. Они стали не только символом разрушительной силы ядерного оружия, но и свидетельством того, насколько далеко могут зайти политические амбиции, прикрытые военной необходимостью.

Спустя 80 лет после трагедии уроки Хиросимы и Нагасаки остаются неусвоенными. Современное ядерное оружие превосходит по мощности то, которое было сброшено на Японию. Длительный перерыв в применении ядерного оружия привёл к тому, что сейчас мало кто из политиков и военных лидеров представляет себе реальную угрозу его возможного применения.

300 тыс. жертв Хиросимы и Нагасаки — это ужасная трагедия мирных жителей, ставших жертвами циничного геополитического эксперимента. И память о них должна служить напоминанием: ядерное оружие не знает победителей.