Расчёт, а не жадность: Почему спор о счёте на первом свидании стал таким злым

Спор о том, кто должен платить на свидании, давно перекочевал из кухонь в заголовки. Кандидат экономических наук, доцент кафедры финансов и кредита Университета управления «ТИСБИ» Ольга Дорошина и заведующая кафедрой гражданского и преподавательского права, кандидат юридических наук, доцент Университета управления «ТИСБИ» Светлана Аламова в беседе с Life.ru объяснили, что скрывается за этим конфликтом.

Традиционная норма пока сохраняется: по данным опроса ВЦИОМ, 68% россиян считают, что счёт в кафе или ресторане на свидании должен оплачивать мужчина, а 17% выступают за разделение расходов поровну. Однако среди молодых россиян эта установка выражена слабее. При этом данные разных исследований, проведённых в разные годы и с разными формулировками вопросов, нельзя складывать в единый временной ряд.

Причину происходящих изменений стоит искать в том числе в том, как устроен современный поиск партнёра. Психологи Тилбургского университета Тила Пронк и Яап Дениссен установили, что чем дольше человек выбирает партнёра в онлайн-знакомствах, тем чаще он начинает отказывать кандидатам. Вероятность положительного выбора в ходе экспериментов снизилась в среднем на 27%. Авторы связали этот эффект с так называемой «установкой на отвержение»: большое количество вариантов способно не облегчать выбор, а, наоборот, усиливать склонность отвергать потенциальных партнёров.

По словам Ольги Дорошиной, в таких условиях оплаченный ужин можно рассматривать как экономический сигнал.

Мужчина, который отказывается платить за весь счёт, в таком случае может защищаться не от конкретной женщины, а от самой структуры современного поиска. Если подходящего партнёра удаётся найти только после множества свиданий, оплата каждой встречи превращается в расходы, которые могут не привести к отношениям. Разделить счёт — значит не нести все издержки поиска в ситуации, когда отдельная встреча практически ничего не гарантирует.

Женщина, которая проверяет, готов ли мужчина заплатить, может руководствоваться похожей логикой. Она также сталкивается с издержками поиска — тратит время, силы и несёт эмоциональный риск. Оплаченный ужин в этом случае становится для неё сигналом того, что вложения в отношения не будут односторонними.

В результате возникает невыгодное для обоих равновесие: каждый пытается защититься от несерьёзности другого и тем самым лишь усиливает взаимное недоверие. Мужчина не хочет вкладываться, пока не убедится, что женщина не перебирает варианты, а женщина не готова вкладываться, пока мужчина не продемонстрировал серьёзность намерений.

У женского опасения есть и материальное измерение, о котором говорят реже, — период, когда один из партнёров может временно потерять собственный доход, прежде всего после рождения ребёнка. В такой ситуации вопрос «готов ли он вкладываться?» приобретает уже не символическое, а практическое значение. Если мужчина не готов брать на себя общие расходы на начальном этапе отношений, женщине может быть сложно понять, сможет ли она рассчитывать на него в период, когда сама временно не будет получать прежний доход.

Здесь экономический вопрос переходит в правовую плоскость. Светлана Аламова пояснила, что законодательная защита супругов устроена сложнее, чем принято считать. Семейный кодекс устанавливает обязанность супругов материально поддерживать друг друга. В частности, жена в период беременности, а также супруг, фактически осуществляющий уход за общим ребёнком в течение трёх лет после его рождения, при определённых условиях имеют право требовать алименты в судебном порядке.

По словам Аламовой, именно разрыв между ожидаемой и реальной защитой может превращать брачный договор из символа недоверия в практический инструмент. Он позволяет заранее договориться о распределении расходов и рисков и определить обязательства сторон в период, когда один из супругов оказывается более зависимым от другого. В этом смысле договор не обязательно является противоположностью доверия — он может переводить устные договорённости в конкретные обязательства.

При этом конфликт вокруг оплаты свиданий нельзя считать универсальным. В разных культурах отношение к счёту отличается. Например, в Германии вопрос официанта о том, платить вместе или раздельно, воспринимается как обычная часть расчёта и сам по себе не обязательно считывается как проявление скупости. В России же сталкиваются две нормы: традиционная установка на то, что мужчина оплачивает свидание, и более современная модель разделения расходов.

Спор о том, кто платит, поэтому лишь выглядит разговором о деньгах и манерах. Под ним может скрываться более глубокая проблема — изменение самого способа поиска партнёра. В условиях большого количества вариантов люди сталкиваются с необходимостью оценивать не только симпатию, но и риски собственных вложений. А счёт в ресторане становится одним из первых способов проверить готовность другого человека вкладываться в отношения.

Ранее Life.ru рассказывал, что поход в театр может стать не только культурным событием, но и помочь узнать партнёра на свидании. Театральная атмосфера сама по себе располагает к романтике: торжественность зала, полумрак и чувство причастности к искусству способны создавать особую эмоциональную атмосферу.

Больше материалов только для наших читателей — в разделе «Эксклюзивы» на Life.ru.