Страсть Петра I, запретная любовь и эшафот: как страшная тайна лишила Марию Гамильтон головы

В старом Петербурге рассказывали о красавице, которой даже после казни не дали обрести покой. Когда-то Мария Гамильтон привлекла внимание самого Петра I, а затем по его же воле взошла на эшафот. Но удар палача оказался лишь началом самой мрачной главы её судьбы. Life.ru рассказывает историю, затерявшуюся между дворцовыми тайнами и мрачными преданиями Петербурга.

При дворе её называли Марьей Гамонтовой. Так на русский лад переделали шотландскую фамилию Гамильтон. Представители этого рода обосновались в России ещё при Иване Грозном. Начало службы Марии в ближайшем окружении Екатерины Алексеевны, супруги Петра I, обычно относят к 1713 году. За дворцовыми стенами разворачивались и совсем другие любовные истории — с преданностью, долгими разлуками и памятью, которую не могла уничтожить даже смерть. Вспоминаем три пронзительные истории любви русских царей и князей.

Молодую придворную заметил сам государь. Некоторое время она пользовалась его особым расположением, а вместе с ним получала внимание окружающих. Но царское увлечение прошло. А Мария осталась при дворе, где всё напоминало о прежней близости к Петру, но рассчитывать на неё как на защиту было уже опасно.

Вскоре её возлюбленным стал Иван Орлов — царский денщик. В 1716 году они вместе сопровождали Петра и Екатерину в заграничной поездке. Это была любовь на виду у людей, привыкших замечать чужие слабости, передавать сплетни и угадывать настроение государя. Гамильтон пыталась удержать Орлова подарками. Позже на следствии она призналась, что деньги и драгоценности для возлюбленного брала у самой Екатерины…

Осенью 1717 года у Марии появилась ещё одна страшная тайна. Согласно материалам следствия, она скрыла беременность, родила ребёнка и лишила его жизни. Прежде Гамильтон уже дважды прерывала беременности, принимая лекарства. В пересказах этой истории роковую роль играет испуг Орлова. Однажды Пётр разгневался из-за пропавшей бумаги и призвал денщика. Тот решил, что царю стало известно о его отношениях с Марией, и принялся каяться. Из расспросов всплыли подробности, которые уже нельзя было считать обычной придворной сплетней. К тому времени был найден и мёртвый младенец, завёрнутый в дворцовую салфетку.

Началось следствие. За кражами и любовной связью проступило проступило обвинение в преступлении, за которое грозила смерть. Марию допрашивали и пытали. Однако даже под истязаниями она настаивала, что Орлов не знал ни об убийстве ребёнка, ни о происхождении подаренных ему денег. Всё, что могло привести возлюбленного к плахе, она брала на себя. Его впоследствии освободили, а ей выйти на свободу уже не предстояло. 27 ноября 1718 года Марию Гамильтон приговорили к смерти.

Между приговором и казнью прошло почти четыре месяца. За это время за Марию успела вступиться сама Екатерина Алексеевна. Получалось, что о милости просила женщина, у которой осуждённая крала деньги и драгоценности. Но даже её заступничество не изменило решения Петра. Иногда даже там, где спасение кажется невозможным, судьба оставляет человеку шанс. О том, как семь женщин вырвались из рук известных серийных убийц, Life.ru рассказывал в отдельном материале.

У государя были свои причины особенно сурово относиться к убийствам младенцев. Ещё 4 ноября 1715 года он распорядился устраивать госпитали для внебрачных детей. Их разрешалось приносить тайно, оставляя через закрытое окно, чтобы никто не увидел лица матери. Убийство новорождённого было именно тем преступлением, которое царь пытался остановить. Но Мария, по преданию, до последнего надеялась, что прежние чувства окажутся сильнее приговора. Ведь человек, от которого зависела её жизнь, когда-то смотрел на неё совсем иначе.

14 марта 1719 года по старому стилю, или 25 марта по новому, Марию Гамильтон вывели на казнь в Петербурге. Предание сохранило её последний наряд: белое шёлковое платье с чёрными лентами. Эта деталь особенно запоминается, словно женщина собиралась на придворное торжество, хотя впереди её ждала плаха. Рассказывали, что она нарядилась ради Петра, всё ещё рассчитывая пробудить в нём жалость.

Дальше история становится похожа на сцену из мрачного романа. По одному из рассказов, царь подошёл к осуждённой, поцеловал её и велел молиться. Затем что-то тихо сказал палачу. В этом шёпоте ещё можно было услышать надежду на помилование. Но помилования не последовало, и палач исполнил приговор. А после, согласно преданию, Пётр поднял отрубленную голову Марии и поцеловал её губы. А затем принялся объяснять окружающим устройство человеческой шеи, показывая рассечённые ткани. Прощание с женщиной, которой он когда-то увлекался, превратилось в урок анатомии… Но страшные истории исполнения смертных приговоров продолжаются и в наши дни. Ранее Life.ru рассказывал о Кристе Пайк и других случаях, когда казнь шла совсем не по плану.

Интерес Петра к человеческому телу был хорошо известен. Ещё в 1717 году он приобрёл для Кунсткамеры собрание препаратов голландского анатома Фредерика Рюйша. Сохранённые органы и части тела становились музейными редкостями, которые рассматривали с любопытством и страхом.

Согласно распространённому рассказу, такая посмертная участь была уготована и Марии. По воле царя её голову поместили в спирт и сохранили. Красавица, которую прежде окружали поклонники, сама превратилась в диковину. Позднее рядом с ней, по той же версии, оказалась голова камергера Виллима Монса, казнённого в 1724 году. Так в истории Кунсткамеры появились два страшных напоминания о петровском дворе. Проходили годы, умирали люди, помнившие казнённых, и менялись правители. А сосуды с головами, как гласит легенда, продолжали храниться в академических запасниках.

Следующая глава этого предания начинается в 1780-х годах с неожиданно будничной вещи — расходов на спирт. Княгиня Екатерина Дашкова, возглавлявшая Петербургскую академию наук, обратила внимание на траты. За сухими счетами обнаружилась мрачная подробность, что спирт требовался для сохранения двух человеческих голов.

Рассказывали, что их держали в подвале, в особом сундуке. При нём был сторож, но даже он уже не знал, чьи останки охраняет. Имена пришлось искать в старых бумагах. Так из забвения вновь появились Мария Гамильтон и Виллим Монс. О находке доложили Екатерине II. По легенде, императрица пожелала увидеть головы, после чего велела их похоронить. В некоторых пересказах говорится, что останки закопали прямо в подвале. Казалось бы, здесь история наконец должна была закончиться. Но у неё оказался ещё один поворот.

В 1830-х годах посетителям Кунсткамеры всё ещё показывали голову, которую представляли как останки Марии Гамильтон. Только за знаменитую придворную красавицу выдавали голову мальчика примерно 12–15 лет. Если Марию действительно похоронили по приказу Екатерины II, откуда взялся этот страшный «экспонат»? Кто первым назвал его именем казнённой женщины? И что произошло с настоящей головой? На все эти вопросы до сих пор нет ответов. Остаётся только надеяться, что заинтересованные историки докопаются до истины. А Мария Гамильтон получит либо новый виток славы, либо долгожданный покой.

У этой истории так и не появилось развязки, которая положила бы конец всем вопросам. Остались рассказы о царском поцелуе, сосуде со спиртом и погребении по воле императрицы. А сама Мария словно ускользнула из последней роли, которую ей отвели после смерти, — роли музейной диковины. Её жизнь оборвалась на плахе в 1719 году, но легенда о пропавшей голове пережила столетия. Свои мрачные тайны хранит и Москва. Здесь рассказывают о призрачных обитателях старых домов, зловещих предзнаменованиях и путниках, потерявшихся во времени. Life.ru собрал мистические места столицы, где осенняя прогулка превращается в путешествие по городским легендам.

Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАХ!