Уснули на одной улице, проснулись на другой: как в Москве двигали целые дома вместе с жильцами

Обычно при переезде приходится паковать вещи, разбирать мебель и привыкать к новой квартире. Но в Москве 1930-х годов можно было остаться в своей постели, пока на другое место отправлялся весь дом. Инженеры двигали многоэтажные кирпичные здания весом в тысячи тонн, иногда ещё и разворачивали их. Внутри продолжалась жизнь, а снаружи бригады следили, чтобы стены, рельсы и временные трубы выдерживали это путешествие.

В 1930-е годы столица стремительно менялась. Генеральный план реконструкции 1935 года предусматривал расширение улиц, появление новых магистралей и перестройку транспортных узлов. Существующие дома нередко оказывались на пути будущей дороги или подъезда к мосту. Многие сносили, но некоторые здания решили сохранить, отодвинув в глубину квартала.

В 1936 году в Москве создали специальную контору по передвижке зданий, которую спустя полтора года преобразовали в трест. Его главным инженером стал Эммануил Гендель, работавший до этого на Метрострое. Опыт укрепления фундаментов пригодился в новой задаче. Предстояло научиться перемещать огромные кирпичные постройки так, чтобы ими можно было пользоваться и во время работ. Для жильцов за этими инженерными расчётами стояла привычная жизнь со своими комнатами, соседями и разговорами на общей кухне. Мир московской коммуналки позже станет основой «Покровских ворот», об истории создания которых Life.ru рассказывал отдельно.

Главная опасность заключалась в том, что тяжёлая кладка могла не выдержать неравномерной нагрузки. Поэтому под несущие стены подводили систему стальных балок, которая принимала на себя вес здания. Ниже устраивали пути со шпалами и рельсами, укладывали стальные катки, а на них опирали ходовые балки. Только после этого дом окончательно отделяли от прежнего основания.

Здание тянули лебёдками с тросами, а для первоначального сдвига и других операций применяли домкраты. Движение постоянно контролировали, следя за осадкой и положением конструкций. Сам переезд мог занимать часы или дни, тогда как подготовка растягивалась на месяцы. Для каждого дома требовался собственный проект, учитывавший стены, грунт и будущий маршрут.

Заранее продумывали и то, как сохранить привычную жизнь внутри. Водопровод на время движения подключали гибкими рукавами с запасом длины. Для канализации использовали гофрированные шланги, которые укладывали на опоры разной высоты, сохраняя необходимый уклон. Даже во время такого необычного переезда стоки должны были уходить в городскую сеть. Даже в доме, который никуда не едет, небольшая протечка или повреждённый шов могут закончиться дорогим ремонтом, а здесь исправность коммуникаций нужно было сохранять ещё и в движении.

Электрические и телефонные кабели оставляли с запасом, сворачивали большими кольцами и постепенно распускали. В холодное время временные соединения утепляли, отдельно решали вопрос с отоплением. Например, Саввинское подворье на период передвижки подключили к соседней котельной. К подъездам устраивали временные переходы, а после завершения работ коммуникации переводили на постоянные вводы.

Самый известный московский дом-путешественник сегодня легко пропустить. Саввинское подворье скрывается за фасадом дома № 6 на Тверской, хотя когда-то само стояло у улицы. Здание возвели в начале XX века по проекту Ивана Кузнецова для Саввино-Сторожевского монастыря. За нарядным фасадом с изразцами располагался доходный дом, где сдавали квартиры и помещения. Здесь работала и кинокомпания Александра Ханжонкова.

При расширении улицы Горького (тогда так называлась Тверская) подворье оказалось перед угрозой сноса. В итоге его решили передвинуть почти на 50 метров в глубину квартала. Масштаб был исключительным. По расчётам масса здания составляла 22 400 тонн. Вместе с ним перемещали даже стены подвалов и перекрытия под внутренними дворами.

Переезд состоялся в марте 1938 года. Вокруг него выросла история о том, как москвичи вечером легли спать на одной улице, а утром обнаружили за окном совершенно другой вид. Жильцов действительно не отселяли, коммуникации сохраняли в работе. Однако весь путь подворье прошло за три дня. У других московских домов знакомые фасады, наоборот, постоянно перед глазами, только на экране. Посмотрите, как сегодня живут здания, прославившиеся благодаря советским фильмам, и что осталось от узнаваемых дворов и подъездов.

У дома № 5/16 на улице Серафимовича задача была ещё и вертикальной. В 1937 году здание мешало устройству подходов к новому Большому Каменному мосту. Требовалось освободить место и учесть изменившийся уровень улицы, поэтому пятиэтажку массой около 7500 тонн сначала приподняли почти на 1,9 метра, а затем передвинули на 74 метра.

Для подъёма использовали 92 гидравлических домкрата. Они должны были работать согласованно, чтобы одна часть дома не ушла вверх быстрее другой. Жильцы оставались в квартирах и пользовались коммунальными удобствами. Именно этот московский переезд связывают со стихотворением Агнии Барто «Дом переехал», в котором исчезнувшее здание предлагают искать за углом. Вместе со стенами на новое место отправлялась вся домашняя обстановка. Сегодня советские интерьеры уже сами стали приметой эпохи. Попробуйте узнать восемь фильмов СССР по квартирам без жильцов, ориентируясь только на мебель и детали комнат.

Свой переезд пережило и здание на Тверской, 13, где сегодня находится московская мэрия. В сентябре 1939 года бывшую резиденцию генерал-губернатора, занятую Моссоветом, отодвинули в глубину двора на 13,65 метра. Масса перемещаемого корпуса составляла около 20 тысяч тонн.

Подготовку вели подземным способом, чтобы учреждение продолжало работать. Под полами и двором выбирали грунт, прокладывали пути и подводили необходимые конструкции. В день передвижки сотрудники оставались на местах и продолжали привычно работать. Само движение заняло около сорока минут. На новом месте для здания подготовили фундамент с расчётом на будущую надстройку, поэтому переезд стал ещё и частью его дальнейшей реконструкции.

Особенно трудно представить переезд действующей больницы. Тем не менее в конце 1940 года Московскую глазную больницу начали перемещать с улицы Горького в переулок Садовских, который сейчас называется Мамоновским. Здание ещё и повернули примерно на 97 градусов, чтобы его главный фасад получил новое направление.

Участок на новом месте был ниже, поэтому заранее возвели дополнительный цокольный этаж и надвинули на него старое здание. В это время больница продолжала работать в привычном режиме, и в ней даже проводили операции. От строителей требовалось обеспечить такую устойчивость и исправность всех систем, чтобы лечебный процесс мог продолжаться внутри передвигаемого корпуса.

Передвижки не закончились вместе с реконструкцией 1930-х годов. В 1979 году на Тверской переместили конторский дом издателя Ивана Сытина. Его сдвинули в сторону Настасьинского переулка, чтобы увеличить площадь перед уже построенным новым зданием «Известий». Перед этим дворовую часть разобрали, а сохранённый корпус после переезда реконструировали и объединили с соседним объёмом. Это был уже другой проект, но инженерный принцип оставался узнаваемым.

Москвичи могли сменить вид из окна, не покидая постели и не лишаясь воды и света. Но если отмотать историю ещё на несколько десятилетий назад и заглянуть в крестьянскую избу, привычных удобств уже не будет. Попробуйте провести один день как крестьянин XIX века, чтобы понять, сколько сил уходило на самые обычные домашние дела. Вы бы согласились на такое путешествие в прошлое?

Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАХ!